И кто поймёт этих женщин?

 

 

                                                                            

 

Елена Крымова

  

Сенсор охранной системы деловито отметил пролетающую тушу астероида и потерял к ней всякий интерес. Кариб, чей корабль так удачно был замаскирован в расщелине космического скитальца, облегчённо выдохнул и расслабился. Что поделаешь – у каждой профессии свои издержки. А у такой не совсем законной, как «контрабандист и охотник на мырусов», их особенно много. И главная из них - оставить с носом патрули Комитета по Цивилизациям, охраняющие подступы к планете Земля.

Всё оказалось бы куда проще, если бы оная, очень суровая к нарушителям, организация, не перевела бы планету из дикого состояния в техническое и не запретила любые контакты с её обитателями. Теперь приходилось рисковать, правда, прибыль существенно возросла.

- До сближения с точкой установки портала осталось десять минут, - мелодично пропел ласковый женский голос системы управления и Кариб удовлетворённо прищурил глаз. «Нет, не зря я отдал за это чудо целого мыруса, хотя стабилизаторы и были нужнее».

Установка портала на планету много времени не требовала, однако этот момент являлся самым уязвимым во всей операции. Пока портал не развернётся, он отчётливо виден для сканеров пространства. И сейчас всё скорее зависело от благосклонности фортуны, чем от умения контрабандиста быстро управляться с аппаратурой.

 

В этот раз всё прошло благополучно, если не считать жёсткой посадки, от которой у Кариба клацнули зубы. И вот уже местная растительность надёжно укрыла летающую тарелку. Осталось только поспешить спрятать пятиметровый след, проецируемый от портала на землю. Сам корабль сверху не засекут, но вот пространственное уплотнение анализаторы обязательно заметят и доложат патрулю. А Карибу такая головная боль нужна?

- Всё, как только вернусь, отдаю мыруса за стабилизаторы! – пообещал он и себе, и кораблю, осторожно дотрагиваясь до прикушенного языка. Времени сожалеть о полученной травме не было, и Кариб, стремглав выскочив из корабля, щедро посыпал землю вокруг порошком из большой банки.

- Н-да, хатхиры с Таринхи дело своё знают, - удовлетворённо улыбнулся он, наблюдая, как по всей площади следа происходит бурная химическая реакция, образующая липкую плёнку. – Недаром дерут такую цену за банку - целого мыруса заломили! Могли бы и побольше насыпать, - он заглянул внутрь ёмкости и печально констатировал, что порошка как раз хватило на маскировку одного следа.

Через пять минут Кариб, увешанный снаряжением и огромной сумкой через плечо, отправился на охоту.

 

Примерно в то же время в двух километрах от стоянки летающей тарелки Наталья заканчивала макияж. Девушка только вчера приехала на летние каникулы  из города домой в деревню и очень стремилась создать эффект этакой «городской штучки». Отсюда и длинные накладные ногти, и подведённые глаза, и губы, накрашенные по всем правилам модных журналов, и даже маленький пирсинг на пупке, о котором ещё не знала мама. Закончив прихорашиваться, студентка окинула себя довольным взглядом в зеркало и как последний штрих заколола длинные тёмные волосы на одну сторону яркой заколкой.

- Вот сейчас как пройдусь, и все девчонки лопнут от зависти! – вынесла вердикт Наталья, оценив себя со всех сторон.

- Натуся! Доча, сходила бы ты к бабе Маше, а то она дюже волновалась за тебя, да и пироги как раз поспели.

- Я что? Красная Шапочка? – фыркнула девушка, у которой имелись совсем другие планы. – Вечером и сама придти сможет, что зря ноги бить? Тем более автобус только что уехал. И вообще, мама, я ведь просила - не называй меня «Натуся»! Мне больше нравиться – Наталья, - она ещё раз крутанулась перед зеркалом.

- Доча, мне хоть Натуся, хоть Наталья, а только если ты не окажешь уважение пожилому человеку, то сейчас смоешь свою «боевую раскраску» и пойдёшь в огород картошку окучивать, - цветущая женщина средних лет вошла в комнату, вытирая полотенцем руки.

- Да ладно, мама, уж и пошутить нельзя, - быстро пошла на попятную красавица. – Вот у меня и сумка есть, большая, вместительная.

Сумка действительно была. По последней моде – блестящая, с множеством молний, заклёпочек, висюлек и двумя золотистыми буквами, обозначающими логотип известной фирмы. О том, что она была куплена на Китайском базаре, Наталья никому не собиралась признаваться.

- И в самом деле, вместительная, - согласилась мать, - думаю, сюда кроме пирожков ещё и полведра картошки войдёт.

- Ой, мамочка, мне ждать некогда. Пирожки на столе? – заволновалась студентка и мигом выскочила из комнаты.

 

Расстояние от одной деревни до другой километров десять, но это если идти по дороге, а если напрямик через лес, то всего три. Дорогу Наталья знала, как свои пять пальцев, любоваться привычными окрестными видами было неинтересно, а вот пофантазировать на всякие отвлечённые темы - самое время.

«И вот он подойдёт ко мне и скажет…» - что именно скажет известный кинорежиссер, сражённый наповал её красотой, девушка ещё не успела придумать. Так как вместо возвышенной фразы у Натальи получилось: «Откуда эта дрянь здесь взялась?!»

Ругаться было отчего. Новенькие кроссовки влипли в какую-то гадость, причём настолько плотно, что отодрать их не имелось никакой возможности.

 

- А погода-то какая, а птички-то как поют, аж за душу берёт! – восхищался Кариб, возвращаясь с полной сумкой честно добытых мырусов. – Самое время влюбиться!

И тут он увидел ЕЁ. Она вся была ТАКАЯ, что слов не хватало. Кариб обладал романтический складом характера и объектом его любви вполне мог стать кто угодно, естественно, в свете платонических отношений. Ему очень важно было восхищаться объектом любви, томно вздыхать и жалиться на несовершенство этого мира, заключившего две родственные души в неподходящие по физическим параметрам оболочки, а при расставании тяжко вздыхать и сладко грустить о прошедшем.

 

- Ой, мамочки мои, - прошептала Наталья, глядя круглыми от удивления глазами на идущее по тропинке существо. Нежно-бирюзового цвета,  размером на голову выше девушки, узкие плечи, грушеобразное тело, поддерживаемое двумя толстыми лапами,  голова с крупными ушами, а над ней на стебельке один большой глаз. И увешено это чудо с ног до головы какими-то блестящими палками и большим сачком для бабочек, а трёхпалая рука бережно прижимала к животу массивную сумку.

Существо замерло на месте. Глаз на стебельке рассматривал девушку под разными углами, а само бирюзовое нечто широко улыбалось. Сбросив с плеч оборудование, оставив только сумку, оно сорвало ромашку и медленно пошло к красавице.

«Это же кино снимают!» - молнией мелькнула в голове у студентки догадка. – «Сразу видно – Голливуд, нашим до такого грима ещё расти и расти! А в кустах наверняка камеры и режиссер». Наталья  втянула посильнее живот и выпятила грудь, стараясь принять самую эффектную позу.

«Я ей тоже понравился» - умилился Кариб, - «ишь, как глазки строит. Ничего что два, так даже пикантнее». Он расправил рукой ресницы на глазу, стараясь стать ещё соблазнительнее и краше.

Дышать в принятой эффектной позе было не очень удобно, и девушка покрутила головой в ожидании появления остальной съёмочной группы. К сожалению, никто не спешил с предложением отдать ей главную роль.

«Наверное, артист просто заблудился, - сделала вывод красавица. «Нужно ему понравиться, пусть с режиссером познакомит», - она перекинула волосы через плечо и стала с задумчивым видом наматывать прядь на палец, бросая красноречивые взгляды на своего ухажёра.

«Да! Она меня любит! Будет о чём помнить и мечтать, смотря на звёзды! А это растение станет напоминать мне о возлюбленной!» - ликовал счастливый Кариб. – «Жаль, переговорник накрылся, и я даже не могу узнать имя моей страсти».

«Эк его пробрало, так и застыл с ромашкой, глаз отвести не может» - удовлетворённо подумала девушка, правда, с ноткой некой досады. Артист не спешил звать её на съёмочную площадку и знакомить с режиссером. «Как же тебя подтолкнуть-то к действиям?»

- Наталья, - томно представилась она.

- Кариб, - ответил «артист».

- Мы ещё очень мало знаем друг друга, чтобы на Карибы отправляться, - девушка загадочно закусила губку и посмотрела из-под ресниц. «А может, ну его – режиссера, на Карибских островах и миллионера можно запросто встретить. Ну что он молчит-то? А вдруг есть хочет? Говорят, путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, пирожок ему, что ли, дать?»

Она достала ещё тёплый пирожок и протянула Карибу. Тот рассеянно взял, не зная, что с ним делать.

- Это вкусно, ешь, - Наталья, достав и для себя пирожок, откусила от него маленький кусочек.

«Она голодная, намекает, что кроме этой странной штуки ничего больше у неё нет. Наверное, мыруса просит» - огорчённо решил Кариб. Мыруса было жалко. Один мырус – новые стабилизаторы. «Но я ведь мужчина! Раз соблазнил красавицу, значит нужно раскошеливаться!»

- Вот, это тебе, - он запустил руку в сумку, и, ухватив столь ценное в галактике лакомство, протянул его девушке.

- СПАСИТЕ, МЫШЬ!!! – взвизгнула Наталья и бросилась прочь, с лёгкостью преодолев препятствие в виде липкого реагента умельцев с Таринхи.

- Э? – Кариб широко раскрытым глазом наблюдал за своей великой любовью, скрывшейся почти на сверхзвуковой скорости за деревьями. – И кто поймёт этих женщин? – ворчал он, бережно упрятывая мыруса обратно в сумку. 

Вернуться на страницу рассказов

 

Корзина

  • Товаров:0
Культурно-исторический календарь