Елена Шмидт. "Поживём - увидим"

Поживём - увидим

Елена Шмидт

 

 

Мы к мудрецу пришли

и задали вопрос:

Кто научил нас злу?

Огонь, – нам дан ответ.

 Кто сделал нас сильней,

учил нас побеждать?

 Вода, – нам дан ответ, -

воды сильнее нет.

А кто нам дал добро? -

спросили мы опять. -

Учил нас красоте,

учил нас всех прощать?

Мудрец набрался сил,

поднялся,

произнёс:

 Вот дерево в степи –

ответ на ваш вопрос.

 

 

- С-с-котина!  Га-ад ползучий! Весь тираж, весь! Что мы ему сделали?! – рыдала  девушка, размазывая тушь по физиономии. – С-с-волочь, к-кот помо-о-ой-ный! Парази-и-ит!

На шум потянулись любопытные. Через минуту комната наполнилась сотрудниками,  на столе выросла горка из скомканных салфеток, и запахло корвалолом.

  - Та-ак! Что у нас тут происходит? – вмешался главный редактор. – Спокойно и по-порядку: что случилось?

Корреспондент местной газеты Галина Сухова немного успокоилась и затараторила:

- Администрация арестовала сегодняшний тираж. Машины в типографию пригнали, наши грузить отказались, так они солдат привезли. Всё до последнего листика забрали! Как же моя статья… – губы у девушки опять предательски задрожали. – Говорят, распоряжение мэра.

- Сейчас разберёмся, чем мы ему не угодили, - редактор удалился к себе в кабинет и больше не показывался.

До конца дня больше ничего не произошло, и только под вечер, Галю вызвали к начальству.

- Вот, что я тебе скажу, Галина… Постарайся воспринять информацию адекватно и без истерики. Тираж не арестован, он… куплен. Сделка совершенно законная, оформлена на частное лицо, и деньги уже поступили на счёт газеты. Вот такие дела. Что делать с твоей статьёй, подумаем позже, когда всё уляжется. А пока никакого шума и сплетен по этому поводу! У нас в плане интервью с митрополитом стоит – вот и езжай пока от греха.

 

 

В конфискованной статье речь шла о местной достопримечательности – ореховой роще. Живописное место у подножия горы приглянулось кому-то из «сильных» мира сего под застройку. Вырубить деревья по-тихому не получилось – дело приобрело неожиданно громкий резонанс.

Находясь на широте шестидесяти трёх градусов северного полушария, где грецкие орехи практически не растут, роща была уникальна. Ещё одной особенностью было то, что её никто не сажал. Ну, обычным квадратно-гнездовым способом. Деревья росли как в обычном лесу хаотично, беспорядочно и очень красиво, плавно огибая гору зелёным воротником. Но самое главное было в возрасте рощи. По этому поводу две комиссии приезжали. Одна - наша, с академиком. Другая – немецкая, с новейшим оборудованием.  

Наша комиссия работала долго и обстоятельно. Галина несколько раз выезжала на место и всем надоедала, особенно академику. Но он оказался человеком терпеливым и прочитал  корреспонденту пространную лекцию. Работы проделали много: выборочно измерили высоту и диаметр деревьев для определения возраста по таблицам хода роста, высчитали плотность посадки и приступили, к самому точному методу - подсчёту годичных колец по керну. Насверлили так много, что Галя высказала опасения по поводу   деревьев, на что академик так зыркнул в её сторону, что захотелось быстро спрятаться в ближайшее дупло. Кто-то из сотрудников тихонько объяснил, что деревьям это не повредит. Диаметр керна всего пять миллиметров, и просверленные отверстия замазывают смолой.

Выводы комиссии получились странными. Возраст деревьев, полученный в результате измерений, не совпадал с подсчётами по керну. Измерения дали вполне обычный результат – около четырёхсот лет, что вполне соответствовало времени образования города. Керн показал две тысячи.

Вторая комиссия работала по-немецки, быстро и чётко. В Германии разработали метод определения возраста живых деревьев ультразвуковым просвечиванием ствола, но аппаратура была очень дорогая и вызывала споры в учёном мире. Галина опять надоедала с расспросами. Немцы, чётко усвоив для себя, что от назойливого русского репортёра так просто не отвяжешься, в ответ на многочисленные «почему» ответили, что они не делают выводов, только констатируют факты. А факты говорили сами за себя: возраст ореховой рощи две тысячи лет.

После этого девушка занималась подборкой материалов.

Деревья грецкого ореха живут от четырёхсот до тысячи лет, некоторые доживают до двух тысяч – об этом много писали. Однако доказательств существования никто не приводил. Несколько деревьев, имеющих возраст около тысячи лет, нашлись в Крыму. Из одного археологического музея предоставили данные  по образцам орехов, найденных при раскопках в южных районах, возрастом более полутора тысяч лет. Однако  всё это не решало проблемы по определению истинного возраста ореховой рощи. Все специалисты склонялись к мысли - такого просто не может быть. Один сотрудник даже пошутил: «Ну, не инопланетяне же вашу рощу посадили?!»

 

 

Пресс-конференция шла своим чередом. В зале собралось довольно большое количество народа, и вопросов тоже было много. Митрополит внимательно выслушивал каждого и давал обстоятельные ответы. Дали слово и Галине Суховой. Поднявшись, девушка внезапно поняла, что все домашние заготовки вылетели из головы в одно мгновение. 

-  Ваше Высокопреосвященство! – торжественно произнесла она, пытаясь собраться с мыслями. Повисла пауза. Лихорадочно прокручивая в голове все возможные варианты, Галя внезапно поняла, что должна использовать этот шанс. Окружающее перестало для неё существовать. Не стало полного зала, махавшего рукой секретаря, охранников, маячивших на выходе. Остались только добрые, чуть с прищуром, глаза, смотрящие на неё с интересом.

– Владыка! – сказала она неожиданно звонко в повисшей паузе. - А  как вы относитесь к инопланетному разуму?

В зале произошло шевеление. Вопрос был явно не по теме. Митрополит внимательно посмотрел на корреспондента, и показалось, что в уголках его глаз затаилась улыбка. Совершенно непредсказуемо, ей в тон он спросил:

-  А вы?

-  Я? – Галина слегка опешила. – Ну… глупо было бы предполагать, что вселенная во всём её многообразии представляет собой единичную модель.

- Вот вы и ответили на свой вопрос, - теперь митрополит действительно улыбнулся.

Девушка и предположить не могла, что сама себя загонит в угол. Все мысли, витавшие в голове, сложились, наконец, в единое целое и остановиться она уже не могла. Вопросы посыпались один за другим. Галя скорее догадалась, чем услышала: митрополит наклонился и попросил секретаря не вмешиваться. Начав с отношения церкви к охране природы, Галина плавно перешла к ореховой роще. При этом всячески старалась не касаться городских властей, во избежание. Митрополит ответил на все вопросы. Он не просто ответил. Он дал каждому ответу такое железобетонное обоснование, что Галина невольно подумала: «Он понял, как я хочу использовать это интервью!»

После пресс-конференции на благословение к митрополиту выстроилась очередь. «Благословляю, дочь моя, на благое дело», - она поцеловала протянутую руку и подняла голову. Глаза митрополита излучали  доброту и спокойствие. Гале даже показалось, что в них бегали озорные искорки. «Точно понял, - подумала она, - и как будто разрешение дал».

 

 

Из командировки Галина вернулась воодушевлённой. Статья написалась на удивление легко и сразу была сдана в печать. Газета вышла без эксцессов, а героиня дня ходила по редакции триумфатором.

 Всё кончилось очень быстро.

 Была ещё одна комиссия по инициативе администрации,  признавшая все деревья ореховой рощи «больными и погибающими». Без официального уведомления участок под рощей продали с молотка. Опасаясь народного возмущения, пилили и вывозили лес под покровом ночи. Через два дня от рощи ничего не осталось.

Корреспондента Галину Сухову положили в больницу с нервным срывом.

 

Такого грозового лета в городе ещё не было. Не успевала отгреметь одна гроза, как над горизонтом собирались очередные тучи, и всё начиналось снова. Гора как будто притягивала к себе разряды, и молнии шарахали в неё с завидной точностью.

Из больницы Галина выписалась с твёрдой уверенностью, что будет бороться с любым беспределом до конца и отправилась посмотреть на остатки рощи.

 

Она сидела на пеньке и думала о пределе людской глупости. Что же такое должно произойти, чтобы каждый смог задуматься, как же он живёт? Лично он, без оглядки на окружающих? Сможем ли мы построить свою цивилизацию так, чтобы каждый был в ответе: за травинку вдоль дороги, за полевой цветок, одиноко растущий в степи, за эту самую степь, за каждое дерево, растущее на земле, за всю Землю?

 Из-за горы медленно выползала иссиня-чёрная туча, бугрясь и перекатываясь в пространстве неба. Полило резко и внезапно. Прямо перед Галиной – только протяни руку – шла ровная полоса дождя, но над горой дождя не было совсем. Только горы тоже не было. Всё заволокло мутной, серой дымкой. Галя замерла. Откуда-то изнутри, из самых потаённых глубин её сознания, стал просачиваться противный, липкий страх. Она хотела закричать, но голоса не было. Сверху, из таинственной дымки, к земле протянулся световой конус. Это не могло быть ничем иным. Оно и было иное. Девушка медленно подняла голову. Страх ушёл, и появились мысли. Они пришли в сознание постепенно, образуя чёткие, вполне осязаемые образы.

- Кто научил людей злу? Огонь… Кто научил людей быть сильными? Вода…  кто научил людей добру? Дерево… Вы должны быть добрыми… Зелёная планета… Вы ещё можете всё исправить… Это наш последний подарок … Деревья снова оживут… Они защитят… Вам ещё рано… Вы не готовы принять знание… Слишком рано…

Дымка рассеялась, и грянул гром. Молния разрезала небосвод на две половины серебряной ломаной линией и оглушила. Потом наступила тишина. На глазах у изумлённой Галины из земли показались первые ростки молодого орешника. Новая жизнь - очередной подарок неразумным детям. Справимся ли мы с ним? Земля задрожала, из-под горы с гулом вылетел светящийся объект и устремился вверх, на мгновение оставив после себя неоновый след в воздухе и на века - молодую ореховую рощу на земле.

Туча ушла, и дождь почти прекратился, докапывали только отдельные капли то тут, то там. Лёгкий ветерок, приятно ласкал длинные русые волосы девушки. Вечерняя свежесть после дождя дурманила, навевая в тоже время спокойствие и умиротворение.

 

Вернувшись домой, Галя закуталась в плед и уютно устроилась на диване, обдумывая произошедшее. «Им у нас и перенять-то нечего, что с нас возьмёшь… Только наблюдать, а это они умеют. И, судя по всему, уже давно. Большой аттракцион под названием «Земля». Но… Но теперь я знаю, о чём буду писать! Мы ещё всем покажем, не такие уж люди и глупые. Поживём – увидим, не так ли?»

Голосование: 0 1 2 3 4 5 
Средняя оценка: 2.29 баллов, проголосовало: 837 человек

Корзина

  • Товаров:0
Культурно-исторический календарь