Андрей Одинцов. «Леди Акация, или проект «Вечность»

Исправление ошибки

Мне психиатр сказал: присядьте;

щас успокоюсь и начнём

 

Святые Валентины внимательно рассматривали фотографии клонов Норемака и Ассакоба.

– А ведь этот – явно чистокровный англичанин и вылитый Норемак! – удивлялась мужская ипостась святости, указывая на белый портрет на фоне джунглей.

– Да, вылитый, только теперь это – клон африканского царька. А вот этот – будущий дублёр английского премьера, – показывала Валентина фотографию негра.

– Хорош, – согласился Валентин, – Но он явно недостаточно белый!

– И ведь каким-то чудом Норемак не успел осуществить процедуру эвтаназии. Он уже официально объявил, что идёт на эвтаназию, и даже назначил срок, но по какой-то причине его нарушил. Ещё один-два дня и всё! Появился бы чёрный клон премьера!

– Да, а в этом случае по закону все права и даже должность премьера автоматически перешли бы к его клону – туманный Альбион законы исполняет свято! Это был бы настоящий фурор! Ты представляешь себе чёрного премьера Великобритании?! Интересно, как бы англичане выбрались из этой передряги? – святой Валентин находил в таком развитии ситуации явно больше юмора, чем следовало.

– И что стало бы с нами в результате этого международного скандала! Верховный нам не простил бы этого! У нас ведь чётко отлажена вся процедура и никогда не было сбоев, – задумчиво говорила Валентина. – Но Европа-то – это же твоё направление!?

Валентин понял, что ему придётся отчитываться перед этим партнёром в юбке. И начал издалека:

– А ты помнишь, когда американы, англичане и китайцы пытались выкупить у нас технологии клонирования «под ключ», то они в первую очередь хотели клонировать себя сами, типа нам не доверяли?

– Было такое!

– Так вот. Скопус повёл себя как кремень и не согласился, даже несмотря на давление нашей пятой колонны. А мы с тобой тогда уже набрали обороты! Все увидели реальный эффект оздоровления, клоны стали создавать политические партии и проникать в государственные структуры!

– Ну да, ну да!

– Ну, эти ребята из иностранного истеблишмента и сломались. Тогда нам поступило сразу несколько заказов от их представителей. В эту же группу затесался и африканский царёк… Скопус далуказание всё делать в строжайшей тайне. Набежали люди из ФСО, ФСБ. Охрана, пропускной режим, всякое такое… А брикеты с заро-дышами клонов формировали в одном зале, причём их имена зап-ретили не только на бирках указывать, но и произносить вслух! Им присваивали номера, и в спешке бризары отправляли по адресам!

– Ты хочешь сказать, что обслуга перепутала бирки?

– А что ещё тут может быть?

– Норемак больше всего взбесился, когда узнал, что именно сказал про него наш Верховный в узком кругу.

– И что же он сказал?

– А то, что из сканов Норемака получаются всё время только обезьяны, поэтому и вырос из его бризара негр, который всё же лучше, чем обезьяна! И этому обстоятельству Норемак должен только радоваться.

– Такую чушь мог сказать только ты! – не поверила Валентина. – И вообще, нельзя же так шутить! Особенно про англосаксов!

 

Монетизаторы Вечности горячо обсуждали грядущую поездку к безвинно пострадавшему Норемаку.

– Дело осложняет то, что наш обиженный английский премьер много всякого нехорошего наболтал в своих многочисленных выступлениях и интервью, – говорила мужская ипостась святости.

– Вряд ли его удовлетворит даже новый зародыш и остальные наши гарантии, – подтвердила научная дива. – А на что, ты думаешь, он рассчитывает?

– Наверняка попросит денег. Ему ведь пора на пенсию, с чёрным клоном-то.

– Придётся дать! – сказала Валентина. – И не только денег, но и приличный процент! К тому же акции! – добавила она.

– И насколько ты готова? – осторожно поинтересовался Валентин.

– Ну, мы предложим ему один-два процента, а согласится он, скорее всего, на три.

– Не исключено, что аппетиты этого камрада намного выше… – задумчиво произнёс Валентин.

– А ты знаешь, что некоторые клоны политических лидеров Европы тоже оказались подменены клонами российских граждан? – спросила Валентина.

– Да знаю я, знаю… Ими уже занялась наша Генеральная прокуратура, – Валентин отвечал подозрительно браво.

– И что теперь?

– Слава Богу, в Генпрокуратуре все уже давно клонированы. Подключим Евгения с его усилителями, и эти всё решат в нашу пользу.

– А что, эти сомнения имеют основания? – изумилась Валентина.

– Имеют, не имеют… Какая разница! Деньги-то уже не только получены, но и вложены в развитие бизнеса. Вполне возможно, что в суматохе перепутали пару-тройку капсул, и несколько наших парней затесались в их истеблишмент, что из того? Такие рокировочки ведь бывают, и это обычное дело… К тому же англичане получили не женщину, или китайца, а всё как полагается – мужик вместо мужика, то есть эквивалентный обмен, – и Валентин засмеялся, – да и европейцам это только на пользу. У них все насквозь фальшивые! А наши-то и чище, и честнее, и в целом порядочнее. По крайней мере, в Европе будет меньше гомиков.

– Гомики – это твоя любимая тема, – поморщилась Валентина. – А в Европе, между прочим, все люди равны, там толерантность.

– Именно поэтому мне и нельзя ехать к Норемаку, – констатировал Валентин.

Научная дива изумлённо вытаращилась на него:

– Ты не хочешь ехать на переговоры?

– Не хочу!

– А кто тогда будет разбираться за твои косяки? – спросила она.

– Ну, ты, конечно. Кроме тебя ведь некому, – в своей привычной хуцповской манере ответил Валентин.

«Какой же он всё-таки дрянь! – подумала пресс-дива. – Направляет на опасные переговоры женщину! Неужели он так боится Норемака?» А вслух сухо произнесла всегда готовую для таких случаев, не такую уж редкую и вполне типичную для монетизаторов фразу:

– Ты сам напортачил – сам и разгребай!

– Ну, ты же меня не бросишь на съедение этим англоязычным псевдоаристократическим троглодитам, – почти искренне произнёс Валентин. – Мы же партнёры! Тебя они не тронут, разве что…

– Что «что»? – во взгляде пресс-дивы сквозило явное презре-ние.

– Совершат покушение на твою честь, то есть причинят неудобство выхода замуж сразу за нескольких незнакомых мужчин, – сострил Валентин.

«Действительно, она ведь женщина! – подумал Валенитин. – Не успевает академик удалиться на более или менее приличное расстояние, как она уже в моей постели!»

«А что, можно и одной съездить! – размышляла Валентина. – Изнасилуют?» – и она вспомнила старого солдата господина Им-мунитетова и его роскошные усы, примирившие бедную девушку с его сугубо извращённой европейской манерой. Зато теперь она знает, как всё это принято в европах… «Повращаюсь в прекрасном обществе… и заведу роман с английским диаспоральным арис-тократом! Да и вообще, я соскучилась по куртуазному мужскому вниманию», – триумфально завершила целомудренный анализ расклада пресс-дива и, снова почувствовав себя мадемуазель Неукротимой, она вернулась к суровой действительности, где партнёр ещё продолжал её убеждать:

– Я всегда был и остаюсь твоим наиболее страстным и верным поклонником, и поэтому все твои усилия будут достойно компенсированы! – мужская ипостась святости изо всех сил стара-лась быть неотразимой.

– Сладострастно подчиняюсь, – ответила Валентина. – Счёт тебе выставлю по возвращении. И готовься, он будет шестизначным…

 

Но вернулась из поездки в Лондон святая Валентина какой-то совсем другой. Она была несколько задумчивой и рассеянной.

– Почему ты не звонила и трубку не брала? – встревожено расспрашивал Валентин. – Сколько он потребовал? Ты согласилась?

– Он ничего не потребовал, – кротко отвечала Валентина. – Были общие слова на самой первой встрече, но это так и осталось словами.

– Технологию клонирования «под ключ» хотели?

– Хотели, но как-то неубедительно, и мы отказали.

– Норемак не настаивал на том, чтобы мы отняли его клон у африканца и вернули ему?

– До этого он, к счастью, не додумался! По-моему, они всё ещё надеются на английский спецназ.

– Не предлагал ли он нам заняться отбеливанием своего негритёнка? – Валентин не знал, что и предположить. Ему не верилось, что англичанин оказался таким сговорчивым.

– Думаю, до этого мог додуматься только ты, – сказала пресс-дива.

– Ну тогда возникает вопрос, что вы так долго делали в Лондоне, если англичане ничего особого не требовали?!

– Как ни странно, они предложили прекрасную развлекательную программу.

– И что же это за программа? – мужская ипостась святости насторожилась. Вероятно, вот тут-то и зарыта собака.

– Да всё как обычно: рестораны, театры, Биг Бен, Тауэр, Флит-стрит, ну и далее по списку.

– А почему ты такая рассеянная?

– Да не знаю. Наверное, от впечатлений голова пошла кругом.

Святой Валентин задумался, с ним такое бывало нечасто.

– И на чём вы порешили?

– На том, что мы сделаем ему другую копию, типа Super VIP. А также будем делать клоны всем его пассиям по первому требованию и вне всякой очереди. Всё дорого застрахуем. Также мы сделали ему подарок в виде Суперкапсулы, которая была сделана по твоей идее нашими кулибиными. Помнишь?

– Конечно, помню! – с гордостью отозвался партнёр.

– Так вот, Норемак попросил такую, сказав, что в этой капсуле ему приходят умные мысли.

– Что ещё?

– Также мы заключили с ним договор о его бесплатном клонировании каждые двадцать лет.

– Это всё?

– Но ты мне должен за поездку, как и договаривались, лимон баксов.

– Ну, это само собой! Считай, что я уже перечислил эти деньги...

 

Степан – источник господина Иммунитетова – докладывал ему о своей поездке в Лондон в качестве сопровождавшего Валентину.

– Обычно на свои встречи она брала с собой Евгения, кого-нибудь из врачей или электронщиков, в зависимости от тематики.

– Что ещё?

– Там были два старца – «сэр Джейкоб» и «сэр Дэвид», которые называли друг друга партнёрами. Вот, пожалуй, и всё.

– И какое впечатление у тебя сложилось от этих встреч? – не сдавался Иммунитетов.

– Впечатление, будто там главным был не Норемак, а именно эти старцы.

– А что сама Валентина?

– Похоже, старалась понравиться. Даже свой хвост распушила! – Степан прекрасно знал, что значит для научной дивы распушить хвост. – Правда…

– Что «правда»? Шевелись, не тяни!

– Первое время госпожа Валентина была, как бы это сказать…

– Развязна? – легко догадался Иммунитетов.

– Ну, да. А после первой встречи со старцами наедине выглядела несколько потрясённой и даже скованной.

– И чем же, ты думаешь, она была так потрясена?

– Не знаю… Может быть… Несколько раз я слышал, как она бормотала себе под нос: «Это же триллионы… Триллионы!»

– Триллионы? Это интересно! А старцы задавали какие-нибудь вопросы госпоже Валентине в твоём присутствии?

– Да, задавали, но эти вопросы никакого отношения к подмене бризаров отношения не имели. Я бы сказал, что это были в основном вопросы о жизни и бытовых мелочах.

– А сколько раз старцы оставались наедине с Валентиной?

– При мне один раз. Однажды, когда я её сопровождал, то стар-цы пригласили её в ресторан, сказав, что она – красивая женщина. И там все переговоры проходили на фоне обильной трапезы. При этом старцы говорили о ней: «Какое честное лицо с такими милыми губами!» И называли её очаровательной.

– Думаешь, старцы поимели с ней отношения? Ну, ты понимаешь?

– Думаю, они уж давно ни с кем не имеют отношений.

– Так в чём же интерес этих старцев?

Степан виновато пожал плечами, оставив вопрос без ответа.

«И всё-таки, наверное, я ошибся с этим программистом – не того выбрал. Степан явно не дотягивает. Надо было заняться Евгением, – с досадой подумал Иммунитетов, – а теперь вот поезд уже ушёл… Или ещё не ушёл?»

 

Европейский политический бомонд высоко оценил идею Норемака, изнурённого затянувшейся борьбой с царём Ассакобом. Норемак настаивал на генетической экспертизе клонов. А чтобы установить истинность их родства с оригиналом, надо использовать их родственников.

После этого скандала европейцы стали бояться эвтаназии. В результате европейским странам грозило перенаселение.

Выход из ситуации видели в том, что Россия должна оплатить генетическую экспертизу абсолютно всех клонов, выращенных в Европе, а в последующем платить западным странам за выращивание и социализацию каждого клона.

Журналистская братия активно начала разбираться во всём этом. Начав с чиновников Евросоюза, журналисты быстро пришли к единому мнению, что все эти чиновники давно клоны, даже ещё до изобретения клонирования. Затем перешли к действующим представителям исполнительной власти, но тут дело затормозилось, поскольку несколько особенно ретивых писак быстро оказались за решёткой. Широчайший простор для муссирования открылся после того, как СМИ сообразили, какой клад в данном контексте для них представляют известные спортсмены, звезды эстрады и кино, различного рода «иконы стиля», особенно если поставить дело на коммерческую основу.

Экономические власти в ожидании финансовых поступлений из всегда такой покладистой России спешно почистили бюджет и даже сочинили несколько довольно перспективных инвестиционных проектов, причём не только экологического характера.

Соединённые штаты увидели в предложении Норемака повод, чтобы на законных основаниях окончательно утихомирить надоевшую всем Россию. Оставался открытым только один вопрос: эту контрибуцию получать от России несколькими траншами или же разделить общую сумму долга на количество населения России и ежемесячно вычитать этот долг из зарплаты каждого гражданина? Бомонд склонялся к последнему.

 

Баталии в Государственной Думе 

Шестнадцать пар под Мендельсона

кружили пальцем у виска

 

В обстановке строжайшей секретности Скопус вызвал к себе своего особо доверенного программиста Евгения. Главный академик страны был чрезвычайно возбуждён.

– В Госдуме запланированы дебаты по целому ряду важных для нас вопросов, которые мы не можем оставить бесконтрольно, а времени у нас в обрез. Обстановка тебе понятна?

– Вполне.

– А раз понятна, то начиная с этого момента ты будешь отслеживать все заседания Госдумы. И включай усилители ДУБов[1] на полную мощность, чтобы дистанционно корректировать про-исходящее в Думе и получать нужные нам решения. Поскольку практически у всех клонов имеются встроенные блоки, то стимули-руй у них установку: «Вся власть клонам!» Под эту установку и подводи все принимаемые в Думе решения.

– А думское «болото» тоже обрабатывать?

– А как ты думал?! Именно думское «болото» и создаёт фон, и его надо облучать постоянно. Я выезжаю на заседание, а ты никому ни слова о наших мероприятиях.

– Понимаю. А господин Иммунитетов и помощники в курсе?

– Нет, конечно. Ситуация слишком серьёзная, поэтому об операции не знает никто, кроме меня и тебя. Тебе будет обеспечена охрана, неподконтрольная Иммунитетову.

– А что, если появится сам Иммунитетов?

– Его остановит охрана. Вход в секретную комнату отныне запрещён всем, поэтому за свою безопасность можешь не беспокоиться. И держи усилители включёнными на полную мощность! – приказал Евгению академик.

 

Открывая заседание Госдумы, посвящённое сложившейся ситуации с клонами, спикер Дзурикеллов позволил себе сделать вводное замечание:

– Судя по всему, в погоне за вожделенным ростом численности населения мы слишком сильно «отпустили вожжи», стимулируя и поощряя ксерокопирование граждан, причём даже не препятствуя клонированию воров, убийц, бомжей и прочих сомнительных категорий. Следствием подобного разгильдяйства и стала наша уродливая структура общества!

После этого на думскую трибуну вскарабкался политический тяжеловес Загоруйский.

– Уважаемые коллеги! Весь мир и наша цивилизация втягиваются в шестой технологический уклад. Происходит тотальное системное внедрение и применение высоких технологий, бурно развиваются генная инженерия, интеллектуальные информационные сети, экологически чистая энергетика, нано-, био-, квантовые и мембранные технологии, микромеханика и сверхпроводники. На этом фоне наиболее дефицитным фактором становятся идеи – гораздо более дефицитным, чем труд и капитал вместе взятые. С другой стороны, квинтэссенцией четвёртой промышленной революции являются интеллектуальные машины, которые полностью заменяют человека в сфере низкоквалифицированного труда и постепенно вытесняют его даже из сферы умственного труда. Использование роботов, в том числе и в форме программного обеспечения, резко увеличивает производительность труда в самых разных областях, таких как энергетика, здравоохранение, транспорт и массовое производство на основе 3D-печати. Уже сейчас производство выгоднее не в регионах с дешёвой рабочей силой, а при минимальном количестве рабочей силы и в близости к конечным рынкам сбыта. В результате происходит реиндустриализация западных стран и США в смысле возврата реального производства из Азии.

Однако некоторые эксперты величают происходящее «технологическим идиотизмом».

– А каким боком это относится к России? – депутаты всё ещё не могли поверить.

– Всё просто! Если мы не повернём нашу государственность в прямо противоположное русло, то России грозит Апокалипсис!

А чтобы этого не произошло в течение короткого периода времени, нам придётся отказываться от прежнего производства и его сложившейся инфраструктуры, то есть от заводов и фабрик, станков и приборов, а также от специалистов с их трудовыми навыками и умениями.

Более того, речь идёт не только о смене технологической и экономической парадигмы, но и о радикальной трансформации всех структур, в том числе социальных, экономических и идеологических. Также подвергнутся изменениям модели социума, начнёт формироваться кардинально иной тип личности, главным навыком которого будет умение нажимать на кнопку. Новому потоку технологий будут соответствовать и новые социально-экономические взаимодействия.

Всё это грозит масштабными социальными революциями и даже войнами. Спокойное и тихое существование, полное радостей потребительского общества, очень скоро может кануть в Лету.

…Скопус послал команду в свою секретную комнату:

– Так, направь-ка ход его мыслей ближе к интересам нашего Проекта!

…Загоруйский на трибуне среагировал на удивление быстро. Сделав театральную паузу, он возвысил голос:

– И сейчас мы уже должны выбрать свои приоритеты – развивать отдельного человека, Человечество в целом, инвесторов и нарождающийся уклад. С позиций нового уклада, надо сокращать население планеты в два и даже в три раза, поскольку новый уклад не нуждается в таком количестве потребителей! Новой цивилизации не нужно огромное количество товаров на фоне нарастающего дефицита природных ресурсов.

Возможности кодифицирования, оцифровывания и копирования самых различных товаров, услуг и процессов постоянно расширяются. Цифровые копии способны точно и почти без затрат воспроизводить оригинал, при этом могут мгновенно передаваться в любую точку планеты.

В силу сложившихся обстоятельств возникает резонный вопрос: а не проще ли нам оцифровывать и копировать потребляющего субъекта, а не потребляемые продукты?

И в этих условиях, как по мановению волшебной палочки, появляется его величество Клон. То есть появляются технологии сканирования и последующего изготовления клона, как копии конкретного человека. Сразу возникает заманчивая альтернатива: теперь мы можем отбирать и в любом количестве выращивать необходимых специалистов, существенно усиливая их способности и навыки. И делать это можно, внося лишь небольшие изменения в файл исходных параметров. Подобное решение отбрасывает и делает бессмысленными все вопросы, связанные с использованием прошлого труда, формированием новой инфраструктуры и производств, переобучением, адаптацией и трудоустройством высвобождающейся рабочей силы, а также регулированием миграции, гармонизацией социальных разногласий и так далее.

 

Живодёров – вечный оппонент Загоруйского из фракции справедливороссов – возразил:

– Но и тут нас подстерегает вопрос: а что ценнее и что является самым дефицитным ресурсом, – тысячи креативных личностей, миллионы инвесторов, так называемый средний класс или десятки и сотни миллионов рядовых работников?

С позиций нарождающегося шестого уклада надо клонировать преимущественно креативных людей. Клонировать, то есть воспроизводить, расово чистых. И в этом кровно заинтересовано человечество для собственного выживания. Клонирование всех подряд – это удовлетворение эгоистических интересов отдельных людей. Клонировать средний класс необходимо для сохранения сложившегося общества потребителей. Клонировать исключительно инвесторов, значит, осуществлять мечту современной политической и экономической элиты общества.

 

Почему у нас всего один Ленин, а не миллион? Отчего всего один Гитлер? И это вопрос не оголтелого сатаниста, а любого человека, знакомого с теорией вероятности. Ведь история получила именно такое развитие лишь потому, что вся власть была сконцентрирована в руках одного человека. То же справедливо и в отношении Сталина и ещё очень многих исторических личностей. Лучший и наигуманнейший способ избавления от любой диктатуры раз и навсегда – это не уничтожение диктаторов, а наоборот, воспроизведение их легионами. Равные в честолюбии, способностях и воле к власти, они будут вынуждены прийти к взаимному соглашению. И чем их будет больше, тем больше будет и вероятность достижения мира и согласия, ибо вероятность, что один претендент на гегемонию победит всех конкурентов, будет меньше.

Деревни, населённые клонами Хрущёва, Горбачёва и Ельцина, наречённые Хрущёвками, Горбачёвками и Ельчинками, будут не опаснее обычного крестьянского двора. Зато пассионарная энергия этих субъектов, объединённая условиями вынужденного договора, будет направлена на благие созидательные цели, и это даст огромный эффект.

Только сейчас, в век генетической революции, отчётливо стали ясны слова гениального русского консервативного мистика XIX века Константина Леонтьева, сказавшего: «Зло на просторе родит добро».

Совершенно очевидно, что энергетика отдельных диктатур, помноженная на огромное количество их представителей, перейдёт в совершенно иное, сверхчеловеческое качество. И это будет уже не скопище сильных личностей, а совершенно другая раса, мыслящая иными категориями и живущая по иным законам. Все знают, что лекарства готовят на основе яда.

– А не слишком ли жёстким и жестоким является предлагаемый проектом «Вечность» и лично вами искусственный отбор?

– Всем нужно понять простую вещь: жёсткость предлагаемого искусственного отбора ни в какое сравнение не идёт с жестокостью природного отбора.

Судите сами, во время одного полового акта мужчина изливает в женское лоно до пяти миллионов сперматозоидов, однако же зачатие происходит усилиями лишь одного-единственного. Хотелось бы посмотреть в глаза хотя бы одному гуманисту и борцу за общечеловеческие ценности, которому пришло бы в голову обвинить женский организм в фашизме и недостатке демократии по отношению к мужским сперматозоидам, потому что они, дескать, сегрегированы в правах. Добавьте сюда и другие цифры: средний европейский мужчина за всю жизнь зачинает одного-двух детей, хотя ресурс половых актов у него превышает 10 000 раз.

Получается простая статистика: организм одного мужчины рассчитан на воспроизведение за всю свою жизнь всего населения Земли, однако в действительности мы этого, естественно, не имеем. Абсолютный рекорд был установлен лишь одним турецким султаном в XVII веке, который произвёл с помощью своего гарема на свет более 700 детей. Если же обратиться к мифологии, то здесь первенство принадлежит индийскому богу Кришне, который, согласно преданию, родил 100 000 детей от 10 000 жён. Это подлинные предтечи реалий нашего генетического социализма. Всё лучшее и благородное должно получить почётные привилегии. И только в этом случае порода решит всё – дорогу породе!

Как сказал классик, кровь не бывает виновата, во всём виноваты только примеси, поэтому в интересах жизнеспособности нации необходимо подмешивать в нужных пропорциях ценную кровь и вымывать дурную, которая ведёт к деградации. Такова перспектива управления пассионарностью этноса с целью его оптимизации. Засчёт подобной управляемой модификации этнос сможет существовать сколь угодно долго, избегая старения и деградации.

Таким образом, русское евгеническое государство, построенное на принципах генетического социализма, будет следовать главной цели – сделать весь русский народ вновь похожим на былинных богатырей и сказочных красавиц. Тогда дивные арийские лица, исполненные духовности и совершенства, достоинства и само-достаточности, мы увидим не только на картинах гениального русского художника Константина Васильева, но и просто на улице. Никакого генетического брака, никаких пародий на человека. Боги и герои вновь сойдут на землю!

В основу своей внешней политики новое русское государство положит принцип предоставления всем желающим иностранцам не политического убежища, но убежища генетического. Если жизнь в условиях плавильного котла общечеловеческих ценностей утомит человека, и он захочет увековечить свою генетику, то в этом случае государство пойдёт ему навстречу, чем избавится от необходимости плодить героев комиксов с равными правами.

Похоже, Загоруйский своими речами и экскурсами в историю пробуждал в депутатах тягу к расовой чистоте и её истокам, поскольку весь исторический процесс был направлен на уничтожение благородной расы.

– А разве все люди не равны? Это что-то новое! Неужели вы предлагаете вернуться к кастам? – задали вопрос с места.

– Конечно, да, все люди равны, но только в том, что каждый имеет своё Предназначение, которое и обязан исполнять. Но это Предназначение различно, особенно для кроманьонцев и неандертальцев! Кроманьонцы – это в основном люди, а неандертальцы – больше звери, поскольку «андр» – означает человек, а «неандр» – нао-борот. Таким образом, предназначение неандертальца – стать кроманьонцем, – Загоруйский был, как всегда, в ударе.

– Так ведь кроманьонцы-то произошли от неандертальцев? И это даже в школе проходят. Во всяком случае, и те и другие в наше время ничем не отличаются – одинаково занимаются спортом, наукой и искусством, имеют семьи и соблюдают закон.

Зал одобрительно зашумел.

– А вот и нет! – возразил Загоруйский. – Они коренным образом отличаются своей нравственностью, которая проявляется в любой сфере деятельности, результатах труда и, конечно, в ситуации этического выбора.

Также и в отношении семьи. Кроманьонцы всегда образуют пары – мужчины с женщинами. А у неандертальцев существует сообщество сотен и тысяч особей, в которые входят без разбору мужчины и женщины. То, что для нравственного кроманьонца недопустимо, для неандертальца – обычное дело. Надеюсь, вы понимаете, о чём идёт речь?

Зал понял и недовольно зароптал.

– Неандертальцам также свойственна склонность к узкой специализации, дальше которой они ни на что не годны. Кроманьонцы же – люди универсальные, каждый может делать многое, причём хорошо. К тому же, они имеют развитые таланты. Разница есть?

– А что с потомками смешанных браков? – проснулся некто, прикорнувший в широком депутатском кресле.

– Потомки смешанных браков – это те же неандертальцы, только намного хуже. Я вам об этом уже битый час рассказываю, – упрекнул спросившего политический тяжеловес.

Зал угрюмо молчал. Большинство прекрасно знало, что отличается самой что ни на есть узкой специализацией, которая называется – депутат. А Загоруйский великодушно продолжал.

– Пусть каждый сверчок знает свой шесток и выполняет своё Предназначение, а мы с вами позаботимся, чтобы у этого сверчка появились перспективы усесться на шесток повыше.

– Разве образование не уравнивает кроманьонцев и неандертальцев? – несколько запоздало удивились коммунисты.

– Увы, – грустно сказал Загоруйский, – Отвечу вам парадоксом Оскара Уайльда: «Образование – восхитительная вещь, но следует помнить, хотя бы время от времени, что ничему тому, что действительно следует знать, обучить невозможно». Наши аналитики оценили, что при наличии технологий клонирования на всё про всё потребуется всего три-четыре поколения.

Зал забурлил, как вскипающий кофе в турке, – и намного сильнее, чем во времена, когда Горбачёва сменял Ельцин. И это бурление грозило в любой момент стать неконтролируемым. Загоруйский заподозрил, что сейчас может начаться штурм его маленькой трибуны. Но он поставил на карту всё. Тем более, что в контракте со Скопусом была маленькая строчка, которая означала увеличение гонорара ровно в десять раз в случае физического насилия над политическим тяжеловесом со стороны коллег-депутатов. А в случае увечий средней тяжести Загоруйский смог бы не ходить на работу в течение следующей тысячи лет.

К трибуне устремились бывшие чемпионы-боксёры в сопровождении молодых выдвиженцев криминалитета. Их лица были искажены жаждой крови руководителя фракции.

– Господа! – продолжал Загоруйский. – Мы с вами имеем уникальную историческую возможность создать из себя новую политическую элиту не только нашей страны, но и всего мира! И эта элита сможет существовать тысячелетия!

– Коллеги, прошу вернуться на свои места! Тут вам не киевская Рада, – непривычный металл в голосе спикера не оставлял сомне-ний, что его указание надо срочно исполнить.

…Академик Скопус восторженно вибрировал. Он больше не клеймил позором и нехорошими словами политического тяжеловеса Загоруйского. Это была полная победа. Возможно, даже окончательная.

 

Цыля Восхитительная радушно приняла Дзурикеллова в собственном ресторанном будуаре во всём своём гламурном блеске. Спикер, как на докладе у начальства, был подчёркнуто сдержан и по-деловому краток.

– Либеральные башни Кремля дали команду мочить этого идиота Загоруйского. Будем делать из него политический труп! Он всех достал своей клоно-расовой концепцией, – в глубине души Дзурикеллов был даже рад такому развитию событий – уж очень больно всех давил этот политический тяжеловес своим авторитетом. А политическую элиту на тысячелетия можно создать и без зазнайки Загоруйского.

Для Восхитительной эти веяния не стали новостью, она всегда была в курсе событий и постоянно держала свои нежные пальчики на политическом пульсе страны. В подобные разборки Цыля не вмешивалась, считая, что чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Но в данной ситуации было одно «но». И это «но» заключалось в том, что при упоминании о Загоруйском внутри леди Цы отозвалось и заныло какое-то ощущение незавершённости, и это ощущение всякий раз ждало от Леди вполне конкретного решения или поступка.

Объяснение подобному ощущению было простое: на заре туманной юности Загоруйский имел честь был первым мужчиной в её богатой любовными приключениями жизни. Да, да, ве-ликолепный академик Скопус – только вторым… И политический тяжеловес был дорог ей именно как артефакт её ранней сексуальной практики. Тем более, что ей нравилось, как Загоруйский элегантно и непринуждённо озвучивает на публике невероятные и одновремен-но смешные вещи. Это для мужчин в бизнесе и политике «ничего личного», а для женщины-разведчика всегда на первом месте оказывается только личное… Поэтому Цыля без колебаний наложи-ла вето на планируемую политическую экзекуцию Загоруйского.

– «Мочилово» откладывается, – сказала она без раздумий. Её глубокое музыкальное контральто звучало завораживающе, и спикер всегда чувствовал себя перед ней, как кролик перед удавом.

– Надолго? Мне же надо будет это как-то объяснить коллегам и доложить в инстанции, – мягко и как бы оправдываясь, поинтересовался Дзурикеллов.

– Это приказ, – сказала Цыля. Она обладала более чем достаточными полномочиями для этого.

«Так вот почему этот Загоруйский позволяет себе быть таким непредсказуемым и напористым, – подумал спикер. – Классная у него крыша!»

– Займитесь лучше Первым клоном, – снизошла до ре-комендации Цыля.

– Первый клон для нас недоступен, – пожаловался Дзурикеллов.

– Почему?

– Его патронирует сам Президент. Президент считает «Вечность» своим имиджевым проектом. Этим бюджетообразующим Проектом Президент утирает теперь нос Западу.

– Вон что! Ну, валяйте, – и Цыля как-то не очень хорошо улыбнулась спикеру…

Дзурикеллов откланялся и, не теряя времени, «полетел» в Правительство с новым докладом. Вот она, тяжёлая и безрадостная спикерская жизнь, но Дзурикеллов не жаловался. Потому что жаловаться было некому.

 

 

Хотел как лучше

Когда-нибудь я буду боссом

а щас в снегу лежу... упал

 

– Ваше Высочество, – сказал академик Скопус, обращаясь к своему помощнику, святому Валентину, – не соблаговолите ли Вы объясниться, с чем связана Ваша бурная оппозиционная деятельность, волны которой уже достигли Кремля, и плещутся у его стен? Вы сильно там завязли?

– Да нет, не очень, – не смутился Валентин, с некоторых пор его не так просто было смутить. – Просто я с детства интересуюсь революционерами, диссидентами и оппозиционерами. Мне импонируют некоторые их ключевые фигуры. Иногда нахожу время и посещаю их тусовки. Бывает, даже делаю небольшие пожертвова-ния

– На твои «небольшие пожертвования» так называемые оппозиционеры развернули уже бурную деятельность! Обнаглели до того, что требуют от Президента его же клонирования с эвтаназией и с передачей власти клону! Также требуют досрочных выборов, полагая, что при таком солидном финансировании их непременно ждёт успех! Ты понимаешь, что рубишь сук, на котором сидишь?

– У Президента и так достаточно двойников, зачем ему клонироваться? – удивился Валентин. – А что касается моих взносов, то на самом деле они невелики. – Валентин обычно делал свои пожертвования в фальшивых долларах.

– Из Кремля мне уже погрозили пальчиком. В условиях западных санкций подобное поведение топ-менеджера бюджетообразующего Проекта абсолютно неприемлемо, поэтому притормози с этим делом. Хватит уже изображать из себя политического мецената!

– Всё понял, патрон, притормозим, – с готовность отозвался святой. – Хотя с другой стороны, мне всё время кажется, что пора бы нам уже идти во власть, и Вам самое время баллотироваться. А для этого надо создать свою партию под названием «Ветераны Вечности». Думаю, партия с таким названием соберёт бо́льшую часть голосов на выборах.

– Если мы доживем до этих выборов, ты что, не понимаешь? – Ринц Хиршович окончательно потерял терпение. – Ты действительно такой дебил? Или только прикидываешься? Ведь тогда мы с тобой точно «добровольно» согласимся на эвтаназию, а наши клоны поедут в качестве ветеранов вечности на Колыму! – такая перспектива не привлекала и даже где-то пугала академика ещё во времена СССР.

– Всё понял, патрон, и подчиняюсь. Партия тоже отменяется, как и пожертвования, – и святой Валентин как бы сник, но это было только «как бы».

– И второе, – голос академика снова стал бесконечно мягким и даже как бы нежным. – С каких это пор ты заделался фальшивомонетчиком?!

– Но мы ведь делаем только доллары, – Валентин постарался успокоить патрона.

– И что, получается?

– Да! – гордо ответил Валентин. – Без специальной аппаратуры не отличишь!

– Вам что, не хватает доходов от клонофирм? Это же миллиарды!

– Рублей, но не долларов, – уточнил проштрафившийся. – К тому же, Вы сами мне объясняли, что понемногу это можно, чтобы никто не заметил!

– Но ты-то не понемногу! Твоё производство уже сравнимо по масштабам с эмиссией Соединенных штатов!

– Зато качество отменное! Вы же говорили, что главное – качество! – не сдавался святой.

– Какое качество? Ты же на американских дензнаках рисуешь лишние нули, то есть делаешь фальшивые деньги, да ещё и несуществующего номинала?!

– Но ведь эти деньги берут! Да ещё как берут! Особенно криминалитет! Правда, потом пытаются предъявлять… Но мы эти потуги гасим. Спасибо Иммунитетову – для зашифровки конструирует всякие оперативные комбинации… И вообще, я бы на месте американов перенял мой опыт и официально увеличил максимальный номинал на несколько порядков. Купюры сверхбольшого номинала занимают мало места, поэтому обязательно будут востребованы богатенькими буратинками!

– Ты что, чокнутый? – терял терпение академик. – Все взбесятся, узнав, что кто-то имеет наглость соревноваться со Штатами в выпуске их долларов!

– Но мы ведь можем на упаковках ставить наш штамп «Вечный Вагин и Ко». К тому же, наши доллары гораздо лучше! У них не только больше номинал, но и больше степеней защиты! Даже бумага лучше! Ринц Хиршович, а может, нам вообще с клонирования людей перейти на клонирование долларов? Я тут сделал элементарный расчёт, это будет намного выгоднее!

Академику показалось, что он проглотил свой собственный язык от изумления. Это извращение было похоже на театр абсурда. Может быть, его сынок просто уже сошёл с ума? Превратно истолковав затянувшееся молчание папы, Валентин продолжил:

– Всё говорит в пользу клонирования долларов. У нас резко увеличится оборот, ведь клонировать стодолларовую бумажку можно за микросекунды, поэтому за время, которое необходимо для создания только одного скана, мы изготовим примерно 100 тысяч таких бумажек. К тому же, мы серьёзно сэкономим и на оборудовании, и на транспортировке. Да и рекламу нашему продукту не нужно будет делать – сегодня все хотят доллары! При таких минимальных затратах наши доходы вырастут на два порядка!

Между тем академик пришёл в себя, однако его лицо оставалось каменным.

– Так… чтобы об этих безумных прожектах я больше не слы-шал! – жёстко сказал Скопус.

– Хорошо, я почему-то так и думал, что этот вариант тоже не пройдёт. Тогда давайте выпустим собственные деньги и новую валюту назовем «ри-хи» в Вашу честь! «Бессмертная Тина» нас поддержит! Этот проект будет иметь громадные перспективы! За клонирование мы будем принимать только наши «ри-хи» и похороним этот поднадоевший всем доллар, а вместе с ним и юань. Евро и без нас на ладан дышит. Надо будет решить только одну проблему – как распространить нашу валюту по всему миру! Но я думаю, что Вы просто употребите свое влияние, за солидный процент, конечно.

Святой Валентин так увлекся изложением своих наполеоновских планов, что почти забыл о патроне. А тот всё больше напоминал готовый к извержению вулкан. Последний вопрос Скопуса, на который он оказался способен перед извержением, прозвучал так:

– И кто же тебе это всё сконструировал…? – и, не закончив вопрос, рассвирепевший академик выдал солидную порцию небесспорной лексики.

– Всё просто, патрон, – радостно подхватил Валентин. – Я тут выписал из Штатов парочку спецов, точнее, их клонов, которые работали в эмиссионном центре. Иммунитетов с Интерчеловым помогли переправить к нам оборудование… И ещё у меня есть команда американских клонов по платёжным системам, они работают, как звери… Ну и результат налицо!

Извержение откладывалось. Скопус решил ограничиться его имитацией… Ринц Хиршович понял, что детёныш давно перещего-лял его своей разросшейся хуцпой. Что ж, всё закономерно… Против генетики не попрешь… Академик в течение всей жизни постоянно опасался попасть под колесо чужой фортуны, и пока ему это удава-лось, но с этого момента он стал тревожиться, как бы не попасть под хуцпу собственного сыночка, которого холил и лелеял уже столько лет.

– Короче, твоими фальшивками недовольны уважаемые люди в Штатах. Если не прекратишь, то за твою безопасность я не ручаюсь. Причём не хватит даже усилий всемогущего Иммунитетова. Сворачивай эту свою «линию», да побыстрее, и закрывай лавочку. Это намного опаснее, чем финансирование оппозиции. Разговор окончен! Ты понял? – невыразимо страдальчески воскликнул Ско-пус.

– Да, – ответил Валентин. Он тоже страдал, истолковывая происходящее лишь как новое свидетельство заката звезды академика.

 

– Уважаемые ветераны развития! Рад вас снова приветствовать в информационном пространстве! – тёплую, золотисто-розовую волну, исходящую от Огненного Учителя, ощутили не только оригиналы в самых дальних уголках страны, но и многочисленные «корреспонденты» за её пределами, способные к телепатическому общению. – Проект «Вечность» теперь в полной мере работает и на Человечество, и на реализацию замысла Великих Божественных Сил. Отрадно, что к нашему всероссийскому телепатическому общению активно присоединяются оригиналы, которые являются гражданами европейских стран и Востока. У них хватило сил отказаться от навязываемой им эвтаназии. Эти оригиналы мыслят, конечно, на своём языке, который многим из вас пока не понятен, но пройдёт совсем немного времени, и вы тоже сможете телепатически общаться с ними достаточно свободно, то есть независимо от того, на каком языке разговаривает в обычной жизни ваш собеседник. Вот тогда это и будет истинное телепатическое общение. А теперь, пожалуйста, ваши вопросы.

– Сейчас в Госдуме обсуждается вопрос о том, чтобы клонирование рассматривать как инструмент расовой гигиены и использовать его не только для оздоровления, но и для улучшения генетики населения. Насколько этот подход сообразуется с замыслом Великих Божественных Сил?

– Расовая гигиена и евгеника хорошо действуют в закрытых, изолированных обществах. Но в условиях глобального общества евгеника не потянет. Запретами и правилами, как известно, ничего решить нельзя, а у некоторых они могут даже вызвать желание поэкспериментировать. Если нет понимания сути и возможных последствий эксперимента, то надо просто жить, а не экспериментировать. Таким образом, расовая гигиена – это сугубо технический, или же технико-биологический приём, который используется, чтобы обойти препятствия, созданные чисто технически. Но ведь физическое тело – это почва, в которую прорастают Дух и Душа, для чего оно, наконец, и должно проснуться.

В результате человеку, в терминах евгеники, в первую очередь нужна гигиена Духа и Души, как проявлений его человеческой Сути. И эта Суть независима от расовой, этнической или религиозной принадлежности человека. Эго, каким бы хитрым оно ни было, обойти Суть не может, поскольку она находится в другом измерении, недоступном для эго.

Однако данный вопрос достаточно сложен для понимания и осознавания, поэтому мы ограничимся сегодня его кратким обсуждением. Желаю вам собственных прозрений и осознаваний! Всего вам самого наилучшего! А-О-У-М!

 

Господин Иммунитетов с заговорщическим видом положил перед шефом тоненькую стопку бумаги.

– Что это? – нахмурился Скопус.

– Посмотрите. Весьма любопытно, – интриговал Иммунитетов.

– Что это? – ещё раз повторил академик, и глаза его заблистали предгрозовыми искрами.

– Наши технари засекли несколько сеансов телепатического общения… господина… Огненного Учителя, кажется, – Иммунитетов выжидательно замолчал.

– Ну и? – гроза притормозила, но и не думала отступать. Иммунитетов торопливо прокомментировал:

– Перед Вами расшифровка этих сеансов. Некоторые моменты, конечно, остались за кадром, то есть их не смогли расшифровать, но в целом понятно, о чём идёт речь.

– Ну, молодцы, – одобрил инициативу Скопус. – И как твоя оценка?

– Вы знаете… ничего особенного. Даже не ожидал, что всё так просто. Столько было разговоров и опасений, а тут… В общем, на мой взгляд, слабовато для Сверхкукушки.

Академик задумался, перекладывая немногочисленные листы с текстом.

– А вот здесь ты неправ… – усомнился академик. – Полагаю, это Он намеренно понизил уровень своего изложения… Чтобы было понятнее для народа… Но главное-то содержится в образах, которыми Он сопровождает не только свои слова, но и эмоциональные ощущения, которые Он передаёт ученикам, а также этим самым оригиналам. Вот этого вы и не смогли зафиксировать. Я в своё время ходил на Его занятия…

Академик погрузился в воспоминания о давно ушедших днях. О том, как они с Цылей иногда даже жертвовали ресторацией, чтобы послушать, о чём вещает Огненный Учитель. Интересно было, но не всё понятно. Именно эти занятия помогли Скопусу осознать себя негуманоидом, сильно ускорив продвижение в социуме, и на том спасибо. Да и с Цылей был каждый раз новый предмет для разговора, а девушки любят ушками…

 

 

Есть такая секта!

Пространство – это вам не время,

его так просто не убьёшь

 

Депутаты Госдумы, немалая часть из которых уже были клонами, напряжённо и даже со страхом вслушивались в не очень-то приятные речи политического тяжеловеса. А господин Загоруйский был, как всегда, красочен в своих логических построениях.

– Уважаемые коллеги! Современная светская культура, а за ней и культура ритуала, всё больше вырождаются в культуру подмены, для которой характерны: мошенничество, профанация, лицемерие, ханжество, подделка и использование общественных стереотипов в своих корыстных интересах.

Основные черты культуры подмены соответствуют «обществу массового потребления», которое уже исчерпало себя и находится в состоянии затянувшегося кризиса – не только финансово-экономического и политического, но и духовного.

Повальным стало увлечение что-то изображать из себя. Общаясь между собой, люди всё чаще думают одно, говорят другое, а делают третье. Ключевыми понятиями стали «имидж», «стиль», «бренд» и «лейбл», которые обычно искажают реальность. Ещё больше затуманивают происходящее ставшие почти сакральными «специальные» термины – «толерантность» и «политкорректность», «информационный повод» и «озвучить», а также другие им подобные.

Граждане страны видят смысл своей жизни в поиске и получении удовольствий, желании властвовать и иметь много денег. Или же в разрушении и профанации всего, к чему они прикасаются, причём за это ещё и получая денежное вознаграждение.

В стране на фоне полностью вытесненных взаимного уважения и сотрудничества активно произрастают конкуренция, конфронтация и соперничество, которые усиливают социальное расслоение общества. Криминальное противостояние всё больше подменяет и вытесняет цивилизованную конкуренцию.

Таким образом, девиз «Не быть, а казаться» стал принципом существования, в котором ключевыми ценностями являются деньги, власть, удовольствия и борьба со всеми и против всех. Этот принцип не только формирует новое общество культуры подмены, но и создаёт виртуальную реальность, в которой «чёрное» объявляется «оттенком белого» и наоборот. «Картинка» наделяется диктаторскими полномочиями, и получает характер, опирающийся на фразы типа: «фактура диктует», «пошёл характер» и так далее.

Культура подмены уже распространилась практически на все сферы человеческой жизни и деятельности. Эстрадные исполни-тели увлечённо поют «под фанеру», а политики говорят «тексты слов» на искусственном языке, в котором нет никакого смысла. Притом их быстрая речь вряд ли понятна даже им самим. На этом фоне даже безвольный политик, злоупотребляющий спиртным, приобрёл имидж харизматичного лидера. И хотя со смехом, но СМИ уже обсуждали предложение называть дома терпимости – домами толерантности.

Невиновных обвиняют в совершении преступлений и осужда-ют на длительное тюремное заключение, а закоренелые преступники получают «смешные» сроки, отделываясь условными наказаниями, поскольку в уголовном и гражданском судах активно процветает профанация справедливости, а доказательства вины или невиновности ориентированы на бумажную документацию, в которой обычно не учитываются и даже игнорируются показания не только свидетелей, но и участников процесса, а также здравый смысл.

Людей лечат врачи, не имеющие дипломов о медицинском образовании. Офицеры российской армии и спецслужб не являются патриотами. Карьеру журналистов делают откровенно безграмот-ные личности, не владеющие русским языком.

Журналистская братия всё больше лукавит и проявляет склонность к провокациям. Часто позиции пишущих отражаются в сентенциях типа: «Пишу не о политике, а о человеке…». Телевизионные картинки и их комментарии соотносятся с реальностью, как земля и небо…

– …А вот СМИ лучше не трогайте! – всполошились справеливороссы. – Потом не отмоешься! – что ж, предостережение имело смысл, но выступающий – стреляный воробей – продолжал:

– Государственные и международные институты служат «фиговым листом» для изощрённых преступлений. Например, под видом усыновления, как благодеяния для сирот, процветает торговля детьми, и не только в США. Это своего рода биржа, где передача де-тей приёмным родителям осуществляется через Интернет.

Организованные банды на Майдане совершали перед видеокамерами журналистов явно уголовные преступления. Тем не менее, западные СМИ представили их как мирные демонстрации. Благодаря этому бандиты и гопники, совершившие государственный переворот на Украине, многими воспринимаются как носители свободы и демократии.

Жертвы инициированных Соединёнными штатами войн объявляются поджигателями этих войн, а на мирных жителей Украины, Сирии и Ирака возлагается ответственность за их собственные смерти. Одновременно с этим главнокомандующего самой большой армии планеты представляют как миротворца… Газетный хор преподносит войны как гуманитарную миссию… Таким образом, война превращается в общественно полезное «гуманитарное предприятие» и рисуется как полезный социальный процесс, а культура убийств и насилия становится частью массового сознания.

– Регламент! – раздался голос из фракции единороссов.

– Регламент, – глухо, как эхо, повторил спикер Дзурикеллов…

– Я заканчиваю, – бодро отозвался докладчик. – Общественные организации провозглашают получение прибыли и зарабатывание денег основой своей деятельности. Также позиционируют себя и государственные структуры, в том числе и занимающие монопольное положение на рынке. Например, «Газпром», руководство которого не раз объявляло, что внутренний рынок для него является недостаточно прибыльным.

Широко распространяются интеллектуальные технологии скрытого назначения. Форма реализации этих технологий на самом деле не соответствует декларируемому смыслу, а декларируемые цели представляют собой камуфляж истинных. К числу подобных технологий в политике, факт применения которых скрывается, относится и подмена протоколов Счётной комиссии, и манипуляции с цифрами и фактами при социологических исследованиях, политические мифы о великом вожде, мессии, о его мудрой политике и скорых переменах к лучшему, и искусственно созданная оппозиция, и «прикормленные» политиками журналисты, и прочее тому подобное.

Фальсифицируется уже практически всё – лекарственные препараты, пищевые продукты, строительные материалы, служебная документация, судебные доказательства и даже исторические факты. Как само собой разумеющееся, многие, выпуская фальсифицированную продукцию, используют чужие товарные знаки и фирменные стили.

Героем культуры подмены является носитель философии подмены, то есть настоящий эгоист. И это «нынче не осудительно, а напротив, очень даже похвально». Эгоистическое поведение рассматривается уже как исключительно рациональное и позитив-ное, поскольку эгоист – это космополит и «гражданин мира». Однако по существу это духовный апатрид – субъект, для которого не существует понятия Родины и Отечества.

Носители культуры подмены «массово готовы на всё». Слить служебную информацию и продать коммерческую тайну работодателя для них вообще не вопрос, а повседневное дело, притом в силу этой повседневности, – не слишком дорогое для покупателя… Везде развешиваются объявления типа: «Требуется менеджер по продажам со своей клиентской базой». И в этом случае речь идёт именно о том, что этот менеджер унесёт клиентскую базу предыдущего работодателя. И это никем не осуждаемое и даже не замечаемое предательство стало, по сути, неписанной нормой.

Эгоист всегда проявляется как хам перед более слабыми физически, психически или социально, и холуйствует перед превосходящими его в силе.

И в то время как предательство становится нормальным, заурядным поступком, преданность превращается во что-то нелепое и устаревшее. Молодые девушки уже говорят так: «Я с ним живу, пока меня это устраивает. Главное – чтобы мне было удобно. Когда станет неудобно, то переменю неудобное на удобное – будь то работа, муж, страна или убеждения».

Степень влиятельности человека определяется многими его способностями: приспосабливаться, выстраивать отношения с «нужными» людьми, ловчить, блефовать, изображать кипучую деятельность, а также уметь имитировать, обманывать и даже мошенничать.

Теперь социально одобряемыми качествами стали те, которые совсем недавно воспринимались как исключительно негативные, то есть приспособленчество, холуйство, ханжество, лживость, двуличие, беспринципность, паразитизм, чванство, готовность совершить подлость и даже предательство. Вполне естественно уже воспринимаются жадность, коварство, проявления корыстности и вероломства. Повсеместно прощается и понимается раздражительность, агрессивность, наглость, «крутость» и, как это ни парадоксально, одновременно ленность, инертность и ориентация на куплю-продажу.

В противоположность этому насмешку и отторжение вызывают добросовестность, ответственность, трудолюбие, доблесть, скромность, верность слову, справедливость и благородство. Зачас-тую порицаются искренность, доброжелательность, великодушие и иные истинно человеческие качества. В обществе распространилась и аристофобия – ненависть к своим лучшим представителям.

– Каким же он стал занудой, этот Загоруйский! – «перетирали» между собой депутаты-единороссы. – Видимо, старость.

– А что это Дзурикеллов так с ним церемонится?

– Наверное, Загоруйского тоже взял под крыло Верховный.

– В культуре подмены, – продолжал оратор, – образ идеального мужчины имеет женские черты и выглядит скорее как пародия на женщину. Такой мужчина не способен управлять своим временем, постоянно опаздывает и не выполняет собственных обещаний. Он безответственен, не может доводить начатое дело до конца, имеет неразвитую интеллектуальную сферу и не контролирует собственные эмоции, поэтому истеричен и избегает выступать в роли лидера. Нередко такой мужчина инфантилен и несамостоятелен, ждёт указаний и буквально требует моральной поддержки. На этом фоне он ещё и склонен к нарциссизму.

Из зала раздался голос:

– Неужели вы хотите обидеть кого-то из наших депутатов?!

– Это вы хотите их обидеть, – ответил Загоруйский и продолжил. – В свою очередь, образ идеальной женщины в культуре подмены скорее напоминает мужчину, однако на самом деле это тоже пародия. Современная деловая женщина старается быть экономически самостоятельной, осваивает мужские профессии, курит и демонстративно не чурается спиртного. Для неё характерна патологическая тяга к власти и руководству людьми. Она безэмоциональна, абсолютизирует собственную интеллектуальную сферу, ищет повод для проявления таких мужских качеств как решительность, рационализм и склонность к риску. Она берёт на себя ответственность, командует и указывает. Такая женщина ориентирована в основном на социум, а семья у неё остаётся на втором плане. Часто зазорным для неё становится поддержание семейного очага и воспитание детей. Испытывая неуважение к мужу, она старается занять главенствующее положение в семье. Эту женщину увлекают экстремальные виды спорта – прыжки с парашютом, горные лыжи, альпинизм, дайвинг, картинг. Для неё уже чужды такие человеческие качества как женственность, эмоциональность, интуитивность, мудрость, изящество, нежность, чувствительность, чуткость, эмпатийность и обаяние.

Общими для мужского и женского образов в корпоративной культуре подмены стали качества лицемерия, амбициозности, жестокости и им подобные. Их объединяют также притворство, тунеядство, словоблудие, тщеславие, самолюбование, пессимизм и бесчувственность. Указанные образы транслируют в окружающий мир состояния раздражения, зависти, ненависти, соперничества, противоборства, конкуренции и конфликта. И речи не идёт о состояниях умиротворения, спокойствия, радости, любви и других человеческих качествах.

– Регламент! – подали голос представители фракции «Единая Россия».

– Регламент, – как эхо, повторил спикер Дзурикеллов.

В секретной комнате Евгений записал очередной управляющий импульс соответствующей конфигурации в журнал регистрации и поместил запись перед выкриком представителей фракции «Единая Россия». Придётся ведь отчитываться перед патроном.

– Я заканчиваю, – не смутился Загоруйский. – Материальные явления культуры насыщаются искусственными знаками и символами, имитирующими естественные. Искусственные знаки, построенные на подражании естественным, как раз и лежат в основе искусства казаться, а искусство казаться занимает всё большее место не только в театре, но и во всей современной культуре, которая, по мнению постмодернистов, приобретает всё больше театрально-игровой характер (например, предвыборные выступления и программы политиков, реклама товаров, ток-шоу и так далее). Для обозначения этого явления в постмодернизме даже введено понятие «симулякр», обозначающее подмену подлинной реальности мёртвыми знаками этой реальности, выдающими себя за саму подлинную реальность. Концепция «симулякра» детально разработана известным вам Бодрийяром.

И вот эта наша имитация, привычка к фальсификации и стереотип подмены привели нас к тому, что мы уже заменяем людей их клонами, то есть мы сами – по собственной воле заменяя себя своим клоном – вместо Человечества создаём муравейник клонов.

Можно было не смотреть на трибуну, чтобы понять, кто выступает. Красочность метафор, железная логика и театральность пауз – всеми этими атрибутами опытного оратора владел только один человек в стране, и это был руководитель фракции пламенный трибун Загоруйский. Может быть, его действительно стоит регуляр-но клонировать в течение пятисот лет за государственный счёт? Если только он сам ещё не завёл себе клона и не выпускает его на подобные заседания для произнесения особо продолжительных речей, на чём сам Загоруйский экономит собственные немолодые силы. А свой обличительный запал этот депутат приобрёл ещё в лихие 90-е, в начале перестройки.

– Регламент! – снова подали голос представители фракции «Единая Россия».

– Регламент, – как эхо, повторил спикер и добавил. – Всё, конечно, так, как вы говорите, но это веяние времени, и непонятно зачем вы нам-то всё это рассказываете? Лучше предложите, чем можно заменить эту, как вы выражаетесь, культуру подмены?

– Да, есть чем, – твёрдо ответил Загоруйский и продолжил свою речь. – В противоположность этому, культура развития предполагает ориентацию участников организации на решение задач не только саморазвития, но и развития общества в целом. Подобное решение требует постоянных изменений, в том числе стратегического характера. Участники такой организации стремятся к тому, чтобы каждое их действие, мероприятие, проект и даже мысль содействовали их общему развитию.

Степень влияния человека на окружающий мир определяется не только его местом в социальной структуре этой организации, но и в сакральной, то есть духовной, структуре. Имеют значение и его усилия, направленные на собственное развитие.

Основные черты подобной культуры развития соответствуют переходу от общества массового потребления к обществу развития, где важнейшее значение приобретают не только научно-технический и интеллектуальный потенциалы, но также требования к качеству жизни и чистоте среды обитания.

Одобряются культурой развития такие качества, как справедливость, честность, достоинство, верность слову и подобные им. Культивируются аристократизм и безупречность.

К числу безусловно порицаемых относятся такие качества, как раздражительность, жадность, коварство, ханжество, холуйство, ленность, чванство и другие. Нетерпимы даже самые мелкие проявления корысти, лживости и вероломства. Порицаются купля-продажа и создание негармоничных ситуаций.  Героем культуры развития является тот, кто активнее участвует в общем деле и вносит в него не просто посильный, но и максимально для него возможный вклад.

Подобный идеальный образ можно обозначить как Воин Духа для мужчин и Воительница Души для женщин.

Воин Духа берёт на себя как можно больше работы, не ожидая одобрений и наград, аккуратно и своевременно выполняет свои дела, не перекладывая их на других. Чутко реагирует на всё и внимателен к мелочам, так как знает, что в малом проявляется весь Мир, а от мелочей может зависеть судьба большого дела. Знает цену деньгам, но зарабатывание денег не является смыслом его деятельности. Действуя на социуме, он не преследует личных выгод.

Активен, обладает творческой инициативой. Не ждёт указаний, стремится делать всё самостоятельно, но и не считает для себя зазорным советоваться с коллегами. Честен до мелочей по отношению ко всему и ко всем, поэтому ни с чьей стороны к нему нет претензий.

Это сильный человек, поэтому он скромен и не отвлекает внимание других на себя, почти незаметен и живёт так, как будто ни в чём не нуждается. Его незаметность позволяет ему воздействовать на окружающий мир и преобразовывать его естественным образом, без напряжения для себя и других людей.

Воин Духа обладает развитым чувством юмора, хорошо владеет искусством импровизации, он артистичен. Добросовестно исполняет свои многочисленные социальные роли – руководителя, профессионала, коллеги, неформального лидера, воспитателя, супруга, родителя и так далее. В групповой работе Воин Духа безупречно действует на том месте, где находится, ощущая себя незаменимой частью единого организма. Прекрасно и бесконфликтно взаимодействует с самыми различными системами на всех социальных уровнях, выстраивая взаимодействие на основе уважения и сотрудничества.

В культуре развития образ идеального мужчины ассоциируется с развитой интеллектуальной сферой и включает в себя такие качества как мужественность, активность, доблесть, ответственность, сдержанность, решительность, лёгкость, порядочность, юмор и другие подобные качества.

В свою очередь образ идеальной женщины связан с эмоциональной сферой, его трудно себе представить без таких качеств, как женственность, эмоциональность, интуитивность, мудрость, изящество, нежность, чуткость и эмпатийность.

Общими для этих образов в культуре развития являются качества справедливости, благородства, искренности, доброжелательности, аристократизма и благодарности. Указанные образы транслируют в окружающий мир состояния умиротворения, спокойствия, радости, любви и подобные им человеческие состояния.

– Уважаемый коллега, всё, что вы рассказываете, весьма интересно, однако трудно себе представить, как это будет вписываться в рыночные отношения. Как всё это совместить с обязательным условием и двигателем прогресса – конкуренцией, когда «человек человеку – волк» и «око за око», а «зуб за зуб»? – спросил справедливоросс Живодёров и, отвернув от себя микрофон, удовлетворённо крякнул. Он был уверен, что нанёс сокрушительный удар по позициям политического тяжеловеса. Теперь СМИ будут недели две перепевать его вопрос на все лады, повышая так греющий душу рейтинг.

Но поколебать идейные позиции депутата Загоруйского оказалось совсем непросто.

– Вместо конкуренции и противоборства в культуре развития присутствуют взаимное уважение и сотрудничество. На их фоне исчезают все виды противопоставлений, включая этнические, половозрастные, религиозные, и даже социальное расслоение общества, – при этом Загоруйский победно оглядел зал. «Сказано неплохо, – подумали те из депутатов, кто ещё сохранял способность соо-бражать, – но где это видано, чтобы социальные различия исчезали? Вся известная история говорит о том, что они только возрастают».

Между тем из зала уже начали на носилках эвакуировать депутатов самых разных фракций, для которых фразеология, неожиданно озвученная неугомонным Загоруйским, оказалась чрезмерной и несовместимой с привычным психическим состояни-ем и нормальным самочувствием. В атмосфере зала повисло гнету-щее слово «госпитализация». А Загоруйский наращивал обороты.

– Носитель культуры развития весьма креативен, обладает творческой инициативой, активен и не ждёт указаний, он делает всё самостоятельно, вместе с тем обязательно согласовывает свои действия с другими сотрудниками и партнёрами, то есть не считает для себя зазорным советоваться и обязательно принимает во внимание позиции и взгляды других людей.

Носитель культуры развития не концентрируется на трудностях и не погружается в решение личных проблем. В любой ситуации он ориентируется на принцип сотрудничества, ищет, чем бымог поделиться с партнёрами и друзьями – знаниями, умениями, навыками, озарениями, а при необходимости и материальными ресурсами, если он ими располагает.

Для носителей корпоративной культуры развития характерны развитое искусство импровизации и артистизм, способность играть множество разнообразных ролей, основой для всего этого выступает юмор.

Принципиальным моментом является то, что носитель культуры развития не имеет долгов, одновременно он никому долгов не прощает. Отсутствие долгов позволяет ему приобрести независимость и в полной мере научиться справедливости и целесообразности.

В организации культуры развития принято делать всё безупречно. В самых разнообразных ситуациях коммуникации носитель культуры развития вежлив и мягок. Он культивирует способность гармонично взаимодействовать с любой системой на всех социальных уровнях. В групповой работе безупречно действует на том месте, где находится. Он ощущает себя самим собой и ни в коем случае не пешкой в чужой игре.

Элементы культуры развития значительно отличаются от свойственных светской культуре и культуре ритуала. Так, ворганизации развивающихся царит атмосфера творчества, искренности, открытости, добросердечности, уважения, взаимо-понимания, взаимопомощи и душевного подъёма. А доминирующие состояния у них – спокойствие, радость и умиление. Вместо конкуренции и соперничества – сотрудничество и дружеские отношения.

Зал заседаний наполовину опустел, но оставшиеся в живых готовились дать свой последний бой.

– Есть такая секта, которая называется «Единение». Так вот, то, о чём вы говорите, будто с неё списано! Воин Духа, Воительница Души… Уважаемый коллега, вы, случайно, не член этой секты? – сделал фехтовальный выпад Живодёров.

– Пока нет. Но планирую записаться на оздоровительный курс в следующем году, – легко парировал этот выпад Загоруйский. – И отрадно, что коллега не только знает такие слова, но и к месту их употребляет. Это хороший признак сближения позиций наших фракций.

– А знаете ли вы, что эта секта с самого начала перестройки является объектом разработки ФСБ? – раздалось с левого поли-тического фланга. Это пока ещё мягко выступили коммунисты.

– Конечно, информация об этой организации регулярно ложится на стол Председателя комитета Госдумы по безопасности. Но наши спецслужбы, как ни старались, ничего крамольного в ней не обнаружили. Ничего, кроме сплошного позитива. Кстати, некоторые идеи этой секты уже включены в общегосударственные программы – например, по оздоровлению населения, по антинаркотической деятельности, по финансовой разведке, по реформе МВД, которая хоть пока и не доведена до конца, но это не по вине «Единения».

И ещё много интереснейших предложений их руководителя либо отклонено, либо тривиально не услышано! Например, по стратегическому планированию геополитических событий в инте-ресах России, по решению проблемы транзита в Калининград, по разрешению кризиса на Украине и прочие! А сколько сложнейших геополитических проблем этот их руководитель реально разрешил или смягчил! И это всё исключительно по неофициальным каналам!

 

Святой Валентин, действуя по поручению академика Скопуса, незаметно подошёл к спикеру Дзурикеллову, чтобы напомнить ему о грядущем перерыве на обед.

Академик, наблюдавший за происходящим, увидев почти рядом своего Валентина и Загоруйского, изумился их внешнему сходству, которое не могла скрыть даже разница в возрасте. Так вот кого всё время напоминал ему Валентин! Страшная догадка пронзила мозг главного академика страны. Ведь именно Загоруйский в те далекие годы познакомил его с Цылей! Значит, у Цыли всё-таки был роман с Загоруйским?! Значит, Валентин это их сын?!

Брови академика медленно сближались, пока не превратились в один большой и лохматый брохвост...

Между тем, спикер Дзурикеллов резонно заметил:

– Уважаемые коллеги, я вынужден прервать наш увлекательный доклад для перерыва, которого требует регламент. Война войной, а обед – по расписанию.

К этому времени основная масса оставшихся депутатов ощутимо сдвинулась к проходу, а те, кто помоложе, сразу рванули с низкого старта.

 

Отклонения от «правил»

Вдали приметив пляж нудистский,

почти бежали бурлаки

 

Между депутатами всех фракций разгоралась дискуссия, которую не мог прервать даже плотный обед. Поэтому после перерыва все, к изумлению спикера, оказались на своих местах. Пламенный трибун Загоруйский уже был на пьедестале.

– Оказывается, на территории России в течение последних двух лет происходят масштабные боевые столкновения с использованием новейших образцов вооружения! Некоторые из депутатов об этом отлично знают, но почему-то молчат! А ведь это война по всей территории России, в том числе и в Москве! Нередки боестолкновения даже в воздухе! И где наша ПВО, которая всё это должна фиксировать?! Вы спросите: «А кто и с кем воюет?»  И я отвечу, что речь идёт о противостоянии людей, оставшихся в живых после клонирования, так назы-ваемых оригиналов, с боевиками нашего уважаемого академика, руководителя проекта «Вечность» Скопуса!

– И кто побеждает? Надеюсь, наши? – раздалось со стороны депутатов-справедливороссов.

Не обращая внимания на эти уводящие в сторону реплики, Загоруйский продолжал:

– Академик Скопус явно хотел лишить население страны здоровья, которое не предусмотрено бонусами Проекта. Однако развитие событий пошло не по его, не побоюсь этого слова, преступному сценарию!

С мест послышались новые, гораздо более уверенные выкрики депутатов разных фракций:

– Преступником человека может назвать только суд! – благодаря многолетним тренировкам эту фразу депутаты знали наизусть.

– Я оцениваю не юридическую, а морально-этическую сторону действий уважаемого академика. Но, похоже, и юридическая оценка происходящего не за горами! – не растерявшись, снова умело парировал Загоруйский.

…Между тем главный академик страны уже метался в своей секретной комнате как тигр в клетке.

– Вот уж этот гадёныш Загоруйский! – шипел академик, – Евгений, а можно ли кого-то из молодых депутатов сподвигнуть, чтобы отлупить этого урода прямо на трибуне?

– Ринц Хиршович, похоже, сегодня зал заседаний защищён от удалённого воздействия электромагнитного излучения. Может, установили что-то простенькое, типа металлосетки.

– Да их всех жаба удавит потратиться на металлическую сетку! – никак не хотел поверить своему горю академик. – Может, это делают оригиналы?

– В любом случае мощность нашего воздействия достаточна только для того, чтобы заставить какого-нибудь депутата крикнуть в адрес Загоруйского что-нибудь оскорбительное.

– Надо убрать этого Загоруйского вообще, а то он совратит своими гнилыми рассуждениями неокрепшие души депутатов, – принял решение академик.

– Уже делаю, – и пальцы программиста неуверенно заскользили по клавишам.

К удивлению Евгения, Дзурикеллов действительно предоставил слово Первому клону.

– Вот видишь, мы тоже кое-что можем в своем жанре, – обрадовался Скопус.

– Дзурикеллов очень чувствителен к нашим импульсам, – облегченно выдохнул Евгений.

– А теперь приготовься, проверим управляемость Первого клона. Ты прямо диктуй ему, что надо говорить!

На трибуну вышел Первый клон Миша-ксерокс и сразу же взял быка за рога:

– Я уполномочен выразить политическую поддержку от нашей молодой фракции клонов уважаемому депутату Загоруйскому как представителю одной из старейших в Думе фракций!

Эта фраза снова вызвала бурю эмоций у расслабившегося было академика.

– Этот клон полный идиот или это такой хитрый его риторический ход?

Академик снова вперил гневный взгляд в экран монитора.

 

В зале зашушукались: «Это Первый клон, его принимает сам Президент! Да, это многое меняет...» А между тем, Миша-ксерокс уже клеймил заскорузлых либералов вполне по-взрослому:

– Мы, клоны, за культуру развития, потому что она способствует возрождению аристократического механизма производства ответственности за большие социокультурные организмы. В далёком прошлом за социальное целое отвечала аристократия. По своим функциям она обязана была иметь представление об этом целом и заботиться о его воспроизводстве. Именно аристократия обеспечи-вала государство необходимыми кадрами. Управленческие струк-туры воспроизводились вместе с аристократическими семьями… Различие и сложность функций разных людей в социальном организме были всем очевидны и не подвергались сомнению…

– …Что он несёт? Он же должен потребовать передачи всей полноты власти клонам! – возмущению академика не было пре-дела. – Проверь, может быть, у тебя что-то сбоит, и клону идут не те импульсы? Или, может, у него управляющий блок неисправен?

– Наша аппаратура исправна и сигнал обратной связи от клона проходит, – Евгений, напряжённо вглядываясь в экран компьютера, выделывал невообразимые кульбиты на клавиатуре.

– Немедленно заставь этого Мишку прекратить поддерживать Загоруйского! Пусть скажет: «Беру свои слова обратно»…

Между тем Миша-ксерокс продолжал:

– В древности существовал процесс воспроизводства аристократов как необходимой людям власти. В аристократических родах каждый родитель знал, что со временем он должен будет передать свой удел со всеми его проблемами и приобретениями наследнику. А тот, в свою очередь, тоже знал, что ему придётся принять на себя груз ответственности за социальное целое, которым владеет их род. Социальная функция аристократических линий в том и состояла, чтобы формировать в каждом поколении некоторое количество лиц, ответственных за воспроизводство сложного социального тела, а в ряде случаев и за его развитие. К этой особой функции ещё необходимо было приложить набор способностей, нужных для управления.

Следовательно, нашему обществу и всем нам давно пора вернуться к аристократии!..

…Академик Скопус бесновался в своей секретной комнате:

– Аристократические линии! Чёрте-те что! Аристократизм кончился тысячу лет назад! Откуда он знает такие слова?! Кто его научил?! Куда смотрят наблюдающие его врачи? Где недремлющее око Иммунитетова? Надо прекращать это безобразие! Немедленно блокируй его активность!

Евгений нажимал на кнопки, тумблеры и клавиши, но аппаратура бездействовала.

– Сигнал не проходит, – пожаловался Евгений, – и я не могу его остановить! Ринц Хиршович, датчики сигнализируют о наличии активной защиты в зале заседаний Госдумы!

– Ты называешь активной защитой паршивые генераторы шумов? – возмущённо задышал Скопус.

– Похоже, эта защита активизируется под воздействием наших импульсов, нейтрализуя наше излучение.

– Как мне всё это надоело! Давай-ка, шурани их всех сразу, – включай излучение на полную мощность!

– А если все депутаты вдруг сойдут с ума? – предостерёг Евгений.

– Делай, что говорят!

Евгений снова начал нажимать на все рычаги, но аппаратура только жалобно мигала.

– Ринц Хиршович, может произойти возгорание, поскольку наша аппаратура не рассчитана на длительную работу в режиме полной мощности.

– Неужели мы не можем преодолеть их защиту?

– Против лома нет приёма! Защищаться всегда легче, чем нападать… Если знаешь, от чего защищаешься…

– Всех уволю к чёртовой матери! – в бессилии пробормотал Скопус.

А монитор невозмутимо продолжал транслировать пламенную речь Первого клона…

 

– Система образования, ориентированная на культуру развития, призвана научить, как жить, что нравственно, а что – нет, как стать человеком, как делать этический выбор и как всегда оставаться человеком. И только после этого решается подчинённая задача формирования профессиональных навыков, например, как быть менеджером, финансистом, экономистом, юристом или каменщиком, монтажником, слесарем и так далее.

Культура развития хорошо приспособлена к происходящим в Мире изменениям и к современным сверхскоростям взаимодействия социальных организаций. Она даже ориентирована на постоянные перемены, при этом максимально приспособлена к задачам построения инновационной экономики и в этой связи является наиболее перспективной в складывающихся условиях. Более того, эта культура – единственно адекватна складывающимся условиям.

Любые грядущие изменения, в том числе и стратегического характера, вызывают у носителя культуры развития позитивные эмоции: вдохновение, энтузиазм, творческий подъём, ожидание новых испытаний, волнующих событий и нового опыта.

Если в организации господствует культура развития, то работникам не надо объяснять необходимость перемен, поскольку они изначально ориентированы на перемены.

Что же касается рекомендаций по созданию команды реформаторов, наделённой полномочиями для управления измене-ниями, то для культуры развития это не имеет смысла, поскольку все её носители по существу являются такой командой.

В процессе совместной работы у них складывается общее видение стратегической перспективы и активно ведётся работа по созданию концепции будущего. Они формулируют стратегию реализации перемен, планируют рациональное распределение имеющихся ресурсов, распределяют роли и создают механизмы получения максимального синергического эффекта от совместного приложения усилий.

В связи со сказанным, особое значение для формирования национальной экономики приобретает стимулирование различных форм собственности: как государственного и общественного секто-ра, так и коммерческого сектора, в том числе крупных корпораций, с тем, чтобы доминирующие в них культуры приобретали черты культуры развития. И роль государства в этом процессе представляется неоценимой.

– Вы предлагаете стране перейти к аристократической форме правления? – изумились депутаты. – А как же демократия?

– На этом заседание окончено! – из последних сил выкрикнул спикер Дзурикеллов.

Депутатский корпус, точнее то, что от него осталось в зале, уныло и злобно молчал. Отдельные депутаты не без оснований приняли речь Первого клона на свой счёт. Однако… «его патронирует Президент», – беспомощно думали они.

– Скинь мне на флэшку эту говорильню. И сворачивайся, – скомандовал главный академик страны.

Евгений напоследок украдкой бросил взгляд на тумблер запуска генератора излучения. Тот как был, так и остался в выключенном состоянии.

 

Господин Кукушонок против леди Цы

Официант, несите двери –

пора настала уходить

 

– Господин Кукушонок готов передать нам исчерпывающие данные по уникальному инструменту – управляющему блоку, который встраивают в клоны высокопоставленных западников, чтобы в дальнейшем ими управлять. Таким инструментом располагает только академик – для извлечения гешефта. Его нет у подпольных фирм, даже у «Бессмертной Тины».

– А давай сделаем свой гешефт! – оживился Мигель. – Что собой физически представляет этот инструмент?

– Это файл данных, который записан на флэшку.

– Надеюсь, это не слишком повредит репутации господина Кукушонка в Проекте?

– Конечно, это поставит крест на его репутации, и ему придётся покинуть Проект.

– А прикрывать при отходе его надо будет?

– Кукушонок, скорее всего, просто телепортируется, – предположил Шериф. – Но, чтобы сохранить инструмент, я предложил ему всё же выйти через дверь.

– И что Кукушонок?

– Согласился на это ради моего спокойствия.

– Да, это какой-то супергерой! Столько времени работать в Проекте и не проколоться! – искренне восхитился Мигель.

– Источники такого класса истории разведки неизвестны, – подтвердил Шериф.

– Что ж, приз стоит потери даже такого источника, – заметил Мигель.

– Не сказал бы… При всей ценности и актуальности получения инструмента, на мой взгляд, эти вещи несоизмеримы. Есть варианты получения доступа к инструменту, хоть и сложные, а вот рассчитывать на приобретение другого такого источника не приходится. Я бы десять раз подумал.

– Хорошо, давай помозгуем.

 

Однажды Мигель вдруг вспомнил слова Шерифа: «На Скопуса работает крот, который находится рядом с нами и пользуется нашим доверием». Мигель задумался: «Кто бы это мог быть, и как он связывается с монетизаторами?» Расширив восприятие, он услышал голос, который рассказывал кому-то о ситуации в Клубе оригиналов, об их планах по расширению предпринимательской деятель-ности и о безопасности ещё только что клонировавшихся оригина-лов. «Кто же это?» – сердце Мигеля забилось сильнее. Вдруг из темноты перед закрытыми веками появился серо-жёлтый туман, на фоне которого проявились контуры человека, сидящего за компьютером. Туман рассеялся, и Мигель увидел Донбасца, который общался по скайпу с Иммунитетовым.

 

Завершив ввод необходимых данных, Донбасец картинно взмахнул ладонью и направил средний палец на клавишу «enter». Ещё мгновение, и на компьютере Иммунитетова окажется информация, делающая обнаружение Кукушонка вопросом времени. Вдруг за спиной Донбасца материализовались две фигуры и железными руками схватили его за запястья.

– Вроде, не успел! – облегчённо произнёс Хэнк.

– Точно не успел! – подтвердил Шериф.

– Вы что, ребята? – без надежды на успех пытался вырваться Донбасец.

– Твоя песенка спета! – сказал Хэнк. – Для начала расскажи нам, как распечатать то, что ты хотел послать.

– Да ладно, сейчас мы всё сами узнаем – это просто, – сказал Шериф и, проделав какие-то манипуляции, оживил принтер.

– «Кукушка имеет доступ к секретной комнате академика, намерена похитить и передать оригиналам особый инструмент академика», – прочёл Шериф. – Это ты отправить не успел, так?

– Так, – подтвердил Донбасец.

– А что успел?

Донбасец угрюмо молчал.

– Молилась ли ты на ночь, Дездемона? – сурово спросил Хэнк.

В кабинет неслышно вошёл Гарри с гирей.

Хэнк бросил взгляд на гирю и спросил у Донбасца:

– Сам всё расскажешь или помочь?

Но Донбасца жутко испугала гармония, которую составлял Гарри со своей гирей.

– Ладно, ваша взяла – так и быть, расскажу, – сказал Донбасец с тоской глядя на гирю в руках непреклонного Гарри. – Я направил им сигнал высшей опасности. Завтра с 8 утра они введут карантин, и из Центра никто не сможет выйти – будут всех проверять специальной аппаратурой, – признался Донбасец.

Шериф немедленно сконцентрировался на господине «Ку», направив ему образ и текст: «Уходи немедленно, «с концами». Захвати инструмент. На объекте вводится карантин». И, получив ответный телепатический импульс согласия, облегчённо вздохнул.

– Как я люблю этих аккуратистов и бюрократов из СССР! – Шериф был настроен на философский лад. – У них всё делается строго по тактам: один такт – принятие решения о вводе карантина, второй такт – собственно действия по вводу карантина. И каждый такт занимает как минимум сутки, поскольку в один такт решение и действие не помещаются, – сказал он, и это прозвучало даже как-то тепло.

 

– Гарри, а ты зачем принёс на допрос Донбасца гирю? – поинтересовался Хэнк.

– Чтобы выбивать показания, – честно признался Гарри.

– Ну, ты и оригинал! – искренне восхитился Хэнк.

 

Как оказалось, Донбасец всё-таки имел дублирующий канал связи и успел им воспользоваться. Получив предупреждающее сообщение, Иммунитетов пришёл к академику со срочным докла-дом.

– По сообщению моего источника, засланный к нам казачок имеет доступ к вашей секретной комнате, – осторожно начал он.

– Имеет доступ к моей комнате? – переспросил академик, с трудом отрываясь от разложенных на письменном столе бумаг и ещё не вполне понимая смысл сказанного.

– Да, более того, он хочет похитить программное обеспечение Проекта и передать его оригиналам.

– Всю математику или только математику спецблока? – спросил академик.

– К сожалению, кукушка имеет доступ ко всей математике.

– И что оригиналы собираются делать со всем этим?

– Наш источник сообщает, что они это ещё не решили. Но если будут иметь фактуру на руках, то их приоритетный вариант – сообщить в мировые СМИ.

– Они что, не понимают, что это вызовет международный скандал?! Даже не скандал, а взрыв атомной бомбы! Причём последствия невозможно предсказать!

– Источник говорит, что у оригиналов мощные аналитики!

– Чёрт знает что! И где же ваша хвалёная  система безопасности? – до Скопуса стало постепенно доходить.

– Работаем, даже перешли на учащённый график встреч с агентурой, – в острые моменты в Иммунитетове пробуждался махровый бюрократ.

– Но ведь чтобы использовать нашу математику, надо иметь специальное оборудование?! – в словах академика теплилась слабая надежда.

– Они имеют такое оборудование.

– Откуда? Неужели уже тоже украли у нас?

– Нет, собрали «на коленке».

При этих словах у академика волосы фактически встали дыбом.

– Этого нельзя допустить! Надо немедленно принимать меры! Направь отряд боевиков для изъятия этого оборудования!

– Мы пытаемся определить место его хранения…

– Определяйте быстрее! И проверь всех, кто имеет доступ к секретной комнате. Используй любые меры пресечения! Слышишь, абсолютно любые!

– Но ведь имеющих доступ к секретной комнате не так много: два программиста да электронщик.

– Хватай всех троих и загоняй им иголки под ногти, пока не сознаются! – разгорячился академик.

– Я уже дал команду. Но поддерживать такой канал связи одна кукушка не может, если только сама не является оригиналом. Значит, у неё есть пособники, и вот это мы как раз и проверяем.

– А что же теперь делать? – академик постепенно приходил в себя от пережитого потрясения.

– Надо максимально проверить всех сотрудников Проекта, особенно тех, кто имеет доступ к конфиденциальной информации, – Иммунитетов понимал, что для академика наступил «момент истины», который во многом зависит от действий самого Иммунитетова, поскольку определит дальнейшее положение академика в иерархии российской элиты. 

– Разрешаю, – сказал академик, не сомневаясь ни секунды, что удивило и обрадовало Иммунитетова. Значит, он не ошибся в своём гражданском шефе.

– Проверить надо будет и ваших заместителей, – всё ещё осторожно напомнил Иммунитетов. Он знал, как трепетно относится академик к святым Валентинам.

– Разрешаю! Проверяй всех! На всякий случай и святых Валентинов тоже! – Иммунитетов торжествовал: с этого момента он получал доступ к высшим секретам Проекта. Теперь он вполне мог рассчитывать на генеральское звание.

 

– В поле зрения нашей службы попала некая леди Цы, известная также как Восхитительная, – вновь докладывал академику Иммунитетов.

– И чем она знаменита? – деланно нейтрально поинтересовался Скопус.

– Это сильная и очень опасная фигура, в общем, современная Мата Хари, только гораздо круче. Она свободно владеет несколькими языками и чрезвычайно осторожна. Имеет связи насамом высоком уровне в Европе и Штатах, а также в дипломатических и журналистских кругах. Думаю, она член хоро-шо законспирированного тайного ордена. Мы пробили её не только по каналам Службы внешней разведки, но и по другим, в резуль-тате чего стало известно, что эта дама зарекомендовала себя даже среди «законников»[2], в воровской среде. Так вот, именно через неё идёт основное финансирование и пятой, и шестой, и ещё Бог весть каких колонн в России. Похоже, через неё функционирует и серьёзный канал слива внутриполитической информации. Хоть последние три года эта дама большую часть времени и провела в России, однако не реже чем раз в месяц она обязательно выезжает в Европу.

– А к нам-то она какое отношение имеет?

– Дама проявляет странный интерес к Проекту. К тому же, мы выявили устойчивую связь с ней вашей помощницы Валентины. Они частенько вместе ужинают в «Балчуге» и «Савое». Также эта дама – Леди Цы – регулярно встречается с некоторыми вашими заместителями, в частности, с господином Интерчеловым. И что удивительно, мы зафиксировали кратковременный контакт с ней пчеловода.

– Пчеловода? А он-то здесь причём? Может, мой пчеловод – это и есть её высочайший уровень? – с иронией поинтересовался академик.

– Конечно, это не её уровень, – серьёзно ответил Иммунитетов. – Но что-то здесь есть.

– Думаю, что в тебе говорит бывший контрразведчик, а на самом деле, это, скорее всего, просто случайный контакт, другие же встречи с замами – это всего лишь светская тусовка. Наверняка всех привлекает её броская внешность, хорошо подвешенный язык и свободное поведение…

– Да нет… Случайностей в наших делах не бывает. Думаю, всё гораздо серьёзнее, – в голосе Иммунитетова прозвучала неподдельная озабоченность.

– А что сообщают твои источники?

– С ними она почему-то не идёт на контакт. А о содержании бесед с другими лицами у нас пока нет информации. Но я считаю, что когда-то эта дама неизбежно даст сбой, и вот тогда-то мы и скажем своё веское слово.

– И что ты собираешься предпринимать? – академиком обуревали противоречивые чувства.

– Воспользуюсь своими старыми связями и попробую зарядить спецслужбы, может быть, под техникой она что-то скажет, но это будет стоить денег.

– Действуй, деньги будут. А если понадобится, то принимай любые меры, чтобы нейтрализовать эту новую Мату Хари. Безопасность Проекта дороже денег. И присмотри за Интерчеловым – что-то мне этот гусь не нравится…

 

Всю полноту власти – Клону

Тут у слагаемых взыграла

охота к перемене мест

 

Однажды в тело клона переселилась личность оригинала, который был дублёром первого лица государства.

ФСО «недоглядела», как один из двойников Башни №1 обратился к подпольной фирме и несанкционированно сделал себе клона. Подпольная фирма проводила имиджевую акцию, и всё было сделано бесплатно.

Двойник каждый день смотрелся в зеркало, чтобы найти в себе признаки оздоровления и появления сверхспособностей, однако всё было безуспешно. Прошло уже полгода, когда двойник понял, что его явно надули. В компании друзей за кружкой пива он рассказывал:

– Хорошо ещё, что денег не взяли, поэтому я отделался только лёгким испугом: ни тебе оздоровления, ни сверхспособностей.

На самом деле в клон двойника переселилась личность Башни №1, что никак не отразилось в информационной базе Суперкомпьютера Проекта. Однако ситуацию телепатически выявили члены Клуба оригиналов, когда мысленно сканировали пространство, чтобы отыскать новых оригиналов, которые в первые дни после клонирования были беззащитны перед боевиками Скопуса. Вдруг они наткнулись на кого-то непонятного. Этот ктото был похож на оригинал с просыпающимися сверхспособностями, но почему-то он находился на вершине негуманоидного эгрегора, точнее, сложного симбиоза эгрегоров – спецслужб, политических партий и российского государства. Оказалось, что это и была самая главная Башня Кремля, то есть Башня №1. Оригиналы стали за ним наблюдать.

Однажды они услышали, как Башня №1 шутит:

– Вчера клонировался сосед снизу по социальной лестнице, а моя личина утекла в его клон…

Подпольная фирма поселила клона двойника Башни №1 в своей рекламной квартире и администраторы фирмы стали показывать его своим потенциальным клиентам, на которых буквально гипнотический эффект оказывала следующая фраза администраторов:

– Нашими услугами пользуется Сам!

Некоторых особо выдающихся лохов завлекали рассуждениями о том, что хоть это и клон, однако то, что он слышит и видит, рано или поздно доходит до сознания Самого, и тот принимает соответствующие меры. В рекламной квартире появились толпы просителей, с которыми начал работать специально подготовлен-ный человек. Он опрашивал каждого, оценивал масштаб просьбы, определял кредитоспособность, рассчитывал длительность беседы с клоном Самого и выкатывал сумму к оплате. В соседнем окошке был обменник, а ещё в одном – касса. Чек становился пропуском к клону Самого…

По вечерам и в свободное от приёмов время клон двойника смотрел телевизор. Очень скоро свободного времени у него уже совсем не осталось. Даже пищу он начал принимать в ускоренном режиме. Сократили ему и время на сон.

Однако клон хотел хорошей и разнообразной еды, спортивные снаряды для занятий в домашних условиях, выезды на природу, за границу, автомобиль, свою квартиру, женщин в увеселительных заведениях, посещать премьеры в театрах, потом собственного повара, охрану и экономку.

Вскоре клон уже сам стал устанавливать себе режим дня и премиальные за VIP-клиентов. Он сам начал опрашивать посетителей, разработав довольно выгодную для себя сетку тарифов и требуя неуклонного их исполнения, а за ошибки и неточности взыскивал большие штрафы. Однако, учитывая доходы, которые приносил клон, фирма была вынуждена выполнять все его капризы, но длилось это недолго, поскольку очень скоро требования клона уже соответствовали не просто «райской группе», а условиям содержания Первого лица государства.

Клон, придирчиво осмотрев квартиру, разочарованно произнёс:

– Да, конечно, это не высший класс…

Управляющий фирмы жаловался:

– Издержки, связанные с содержанием этого клона, уже серьёзно превышают выгоды от его показа потенциальным клиентам. Слава Богу, что этот клон, не читая, подмахнул договор, в котором мелкими буквами записано право руководства снимать деньги со счёта клона в случае его выхода из-под контроля.

На что директор по продажам предложил:

– А давайте его продадим кому-нибудь, и подальше, например, в Африку или в Австралию.

– Прекрасная идея! – поддержал его управляющий. – И не противоречит контракту! – И обрадовано сказал:

– Ищите покупателя! Ваши – десять процентов, нет, лучше пятнадцать – от продажной цены! – щедрость обрадованного управляющего уже не знала границ.

Решение оказалось правильным, потому что спустя месяц выяснилось, что личность Башни №1 всё ещё на своём месте, а в физическом теле клона двойника нашла себе местечко всего лишь личность другого, по жизни более шустрого двойника.

 

Евросоюз едва не получил коллективный инсульт, обнаружив, что вся политика открытых дверей больше не имеет смысла, поскольку иммигранты проникают на вожделенную территорию европейских государств в виде бризаров, из которых потом выращиваются клоны сирийцев, иракцев и других достойных арабов. Причём всё это делается уже в промышленных масштабах, и никто больше не заморачивается квотами, толерантностью и, тем более, политкорректностью. Население Евросоюза грозило теперь увеличиться не просто вдвое или втрое, а даже непонятно в какое количество раз!

 

Своё веское слово в пользу Проекта произнёс господин Интерчелов, который наконец-то, вернулся из длительной зарубежной командировки.

– У меня есть выгодное предложение от наших восточных партнёров, – сказал он Скопусу. – Но разговор сугубо кон-фиденциальный, – и Интерчелов выразительно посмотрел на вальяжно развалившегося в кресле Валентина.

– При нём можно, – невозмутимо разрешил академик. После хорошего обеда он всегда видел новые прекрасные перспективы.

– Докладываю. У нас практически не охвачен Ближний Восток, где девять из десяти арабов мечтают стать клоном и переехать в Европу.

– Это же регион святой Валентины, – лениво отозвался академик.

– Женщины и война плохо сочетаются. Может быть, создадим свою специальную фирмёшку? Со своими предложениями к нам обратились турки.

– Неужели господин Нагодрэ хочет ксерокопироваться? – и Ринц Хиршович покровительственно улыбнулся. – А мне докладывали, что он уже давно заменил себя клоном.

– Не совсем. У турецких спецслужб своя логика. Турция взяла у Евросоюза 3,5 миллиарда евро, а взамен «постаралась» перекрыть каналы иммиграции в Европу, однако спрос на переезд в зажиточ-ные европейские страны со стороны жителей стран, охваченных конфликтом, только растёт. Поэтому Турция хочет открыть новый хитрый канал.

– Новый канал – это интересно. А наш Иммунитетов в курсе?

– Господин Иммунитетов в курсе, он не только прокачал ситуацию по своим каналам, но и согласовал её с конторой. Для нас всё это интересно, поскольку в условиях театра военных действий можно будет взять двойную и даже тройную оплату. Платить будут ара-бы, желающие клонироваться и затем в виде клонов переправляться в Европу. Это для них получится намного дешевле, чем самостоятельно преодолевать многочисленные границы, подвер-гаясь там обыску с изъятием денег и ценностей.

– И что ты предлагаешь?

– Технология такая: наша бригада выезжает на Синай и дистанционно сканирует турок, которые согласны сильно сократить коллекции сканов, вплоть до одного-двух.

– Но ведь получатся уроды?!

– Турок это не волнует. Далее наша бригада на месте формирует субстанцию с зародышем, закладывает его в контейнер и передаёт туркам партиями по сотне зародышей. Турки самостоятельно дипломатической почтой переправляют эти зародыши в Европу вместе с паспортами оригиналов. После чего арабы-оригиналы уничтожаются.

– Уничтожаются?

– Именно! Согласившихся на эвтаназию арабов будут уничтожать, имитируя их боестолкновение с сирийскими войсками, курдами и с любым другим противником, то есть турки тем самым продемонстрируют свою борьбу с террористами.

– Истинно восточное коварство! – восхитился Скопус. – Но для арабов-оригиналов именно этот вариант проникновения в Европу в виде клонов действительно более бюджетный.

– Да, это бизнес! И турки уже сделали нам заказ на большую партию капсул упрощённой модели. К тому же они уже взяли в лизинг простаивающие капсулы в европейских странах. Таким образом, уже всё готово, ждём только Вашего согласия.

– Зачем всё так сложно?

– Как зачем?! В глазах мирового сообщества турки – герои, потому что борются с террористами. Деньги, взимаемые с желаю-щих клонироваться арабов, турки частично присваивают, и это дополнительный источник их приличного дохода. Нефтеносные районы турки освобождают от населения с расчётом в перспективе занять их и самостоятельно качать нефть без помех, а Евросоюз будет вынужден оплачивать раскопки новых траншей, чтобы прекратить возрастающий поток беженцев. Ведь это для турок тройная выгода, если не четверная!

– Ну, аферисты! – засмеялся Скопус. Святой Валентин, к собственному немалому удивлению, вдруг понял, что он многое бы отдал за такую в высшей степени одобрительную фразу академика в свой адрес. Между тем, академик снова стал серьёзным:

– Что ж, всё это находится в русле Проекта, поэтому я не возражаю. Но выездные бригады комплектуй клонами, – и Ринц Хиршович демонстративно кивнул.

 

 

Клон премьер-министра

Никак вороне-атеистке

не объяснить, откуда сыр

 

Рублёвское шоссе, резиденция премьер-министра, кованая ограда с затейливым узором, тяжёлые ворота и охрана с автоматами. В глубине территории располагается приземистый дворец, подсвеченный прожекторами. Его фасад создаёт впечатление монументальной загадочности.

–  Сэ-ээ-эр, к вам мистер Готлиб! – пропел слуга.

Маленький человек, сидевший в кресле, бросил газету и побежал вниз по лестнице, к парадному входу.

Его гость был уже в гостином зале.

– Сэр Большой Готлиб! Как я рад вас видеть! – заблеял маленький, в горле у него запершило от нехорошего предчувствия.

– Ну, показывай, как ты тут устроился, – густым басом снисходительно вопросил гость.

– Сюда, сюда, сэр Большой Готлиб, – показывал дорогу маленький, на ходу преданно заглядывая гостю в глаза.

– Да тут у тебя камин! – обрадовался гость. – Вот здесь-то мы и перемолвимся парой слов.

Мужчины разместились в креслах у камина и заговорщически сблизили лбы – большой и маленький. На журнальном столике откуда ни возьмись появились коньяк, кофе и шоколад. Некоторое время они разговаривали практически шёпотом. Слуга благоговейно притворил двери.

Сэр Готлиб царственным жестом поднёс к губам рюмку и, пригубив, недовольно поморщился.

– Так на чём мы остановились? – спросил он.

– Сэр Большой Готлиб, Вы обмолвились о клонировании… что для меня совершенно неожиданно! – маленький давно вышел из возраста, когда «знал» всё, но и тех лет, при которых бы верил всему, ещё не достиг. Бальзаковский возраст маленького позволял ему во всём сомневаться.

– Чего же тут неожиданного, господин Ди? Ведь у Вас на втором этаже уже зреет ваш собственный клон? Мне известно, что именно сегодня он будет готов. И это в полной мере отвечает нашим с Вами планам, не так ли?

– В какой-то мере да, – дрожащим голосам подтвердил маленький премьер.

– А в какой же мере нет, голубчик? – поставил вопрос ребром Готлиб.

– Я не хочу идти на эвтаназию! – в голосе премьера появились истерические нотки. – Не хочу и всё! Клонирование – пожалуйста, потому что любой младенец знает, что оно ведёт к оздоровлению, а вот про эвтаназию мы не договаривались.

В каминный зал осторожно втекла свита большого сэра и расположилась за спинками кресел.

– Простое клонирование даёт лишь временное оздоровление, – терпеливо разъяснял сэр Готлиб. – А с предварительной эвтаназией – постоянное. Мы будем постоянно держать Вас в отличной форме! При этом Вам можно будет что угодно, в том числе и пить – климат и женщины также подойдут любые.

– Я и так ем, что угодно, и пью – тоже. Да и всё остальное – тоже сколько угодно. А вот на эвтаназию – не пойду!

– Господин Ди, Вашему клону будет обеспечена 100%-ная работоспособность в течение круглых суток! Вы понимаете, о чём я? – и сэр Готлиб хитро посмотрел на премьера.

– Обеспечьте это мне, как действующему премьеру! – правомерно возмутился маленький. – Вы же это можете, почему же не делаете? Ведь это нарушение всех инструкций, и Вы подлежите увольнению со всех постов!

– Не горячитесь, не горячитесь, – успокаивал его Готлиб. – Вашему клону будет обеспечено повторное клонирование за государственный счёт, даже если он достигнет пенсионного возраста и выйдет на пенсию. Критерием повторного клонирования будет изнашивание его организма более чем на 25%. И это будет прописано отдельной строкой в государственном бюджете. Таким образом, Вы будете жить за государственный счёт вечно! Таких льгот не знала ни одна королевская фамилия, даже Меровинги!

– Именно мне, действующему премьеру, требуется гарантия 100%-ной работоспособности, а в случае изнашивания моего организма даже на 1% – уголовную ответственность для наблюда-ющих меня врачей. 

– К сожалению, Ваши требования чрезмерны и главное, несвоевременны, – почти искренне опечалился Готлиб.

Оппоненты взяли тайм-аут для передышки. Кое-кто из свиты начал проявлять нетерпение. Готлиб решил зайти с неожиданной, по его мнению, стороны.

– Вы – наша сакральная жертва! – эмоционально произнёс он. А вот это было лишним, потому что встреча проходила под видеозапись.

«Всё-таки я его разоблачил, – удовлетворённо подумал премьер. – Этот пассаж будет стоить ему карьеры». Впрочем, в сложившейся ситуации это было слабым утешением для премьера, и он спросил:

– Вы вообще-то кто и какими полномочиями располагаете?! Кто Вас ими наделил?

– Вы хорошо знаете, кто я. И знаете, что я всё делаю по прямому распоряжению сэра Во, – аргумент оказался для маленького почти неотразимым, однако он ещё продолжал сопротивляться.

– А Вы в курсе моих родственных связей с высокими семьями Запада? И потом: я же наиболее вероятный преемник, поэтому в любой момент могу занять позицию Главной Кремлёвской башни! И как Вы будете вести себя?

– Уважаемый господин Ди, конечно, мне об этом известно, однако на Западе уже многое изменилось. Теперь там все понимают, что клонирование с эвтаназией – это единственный шанс умереть ничтожеством, а возродиться героем! Скажу Вам даже больше: даже недавние приверженцы пути Белой розы тоже прошли через эвтаназию. И ничего, бегают! Так что не упрямьтесь, уважаемый, и не скандальте. А что касается преемника, то я бы не был так катего-ричен, а сначала посмотрел, что за клон у Вас получится. Это же своего рода лотерея, и современная наука пока многого объяснить не может. А Вашему клону гарантируется всё, кроме власти. И в этом смысле хорошо, что в коллекции сканов отсутствует сегодняшний, который фиксирует Вашу неадекватную реакцию на наши пред-ложения.

– Вы кого назвали ничтожеством?! – из последних сил сопротивлялся маленький.

– Не Вас, не Вас, – примирительно пробасил Готлиб. – Это такая метафора, то есть образное выражение. А Вас мы глубоко уважаем и только ждём Вашей отмашки.

– Отмашки на что? – никак не успокаивался маленький.

– На Вашу собственную эвтаназию, – Готлиб уже начал терять терпение.

– Не дождётесь! Я – кадр, многократно проверенный сэром Во! И я много раз подтвердил ему свою преданность! К тому же, я слишком ценен для страны!

– Вот поэтому Вас и следует клонировать. Притом мы сделаем сразу два Ваших дубликата.

– Категорически нет, и это моё последнее слово!

Однако у сэра Готлиба ещё остались весомые аргументы, и он сказал:

– Вы же второе лицо в государстве! За вами ринутся миллионы, и это укрепит наши политические позиции!

– Пусть Президент первым идёт на эвтаназию! Он же первое лицо, а уж за ним пойду и я.

– Он старше Вас, а с возрастом восприятие притупляется, иногда даже возникает аллергия на новое.

– Это какая-то демагогия, это подмена и имитация! Это просто театр абсурда! – бесновался премьер.

– Ну, что ж поделаешь, жизнь такая! – почти сочувственно добавил сэр Готлиб. – И потом: Вы ведь возглавляете блок либерально-демократических башен. Вы наш либеральный бренд, поэтому Ваше клонирование даст либералам колоссальное моральное преимущество перед нашими политическими оппонентами, то есть силовиками.

– А как же бывший министр финансов? – маленькому показалось, что он ухватился за соломинку.

– А что бывший министр финансов? – насупился сэр Готлиб. – Это ведь теневое лицо, и в политике большой роли он уже давно не играет. Вы же сами выразили ему политическое недоверие!

– Вот и давайте начнём с него. Мне лично его не так жалко! Это, вообще-то,  очень известный либерал, и тоже бренд, – не отступал маленький. Но всё уже было решено за него, за маленького, за господина Ди.

– Но нам нужны именно Вы! Не бойтесь, всё будет не больно, – из последних сил успокаивал господина Ди большой Готлиб.

– Я категорически отказываюсь! – с новой решимостью вскинулся премьер.

– Леди Акация сказала морг – значит, морг, – тоном философа и с омерзительной улыбкой успокаивал его Готлиб.

– Кто такая эта ваша леди Акация? – может быть, эта счастливая зацепка сохранит ему жизнь?

– Так Вы даже и леди Акацию не знаете? Значит, точно морг! – с облегчением заключил сэр Готлиб.

– Вон отсюда! – неожиданно снова взъерепенился премьер.

– Сделайте ему укольчик, – сказал сэр Готлиб, обращаясь к своему сопровождению.

– Какой укольчик, я же премьер-министр! Я не позволю! Я позову охрану! – завопил маленький, уже понимая, что сопротивление бесполезно. Правила игры и приказы в этой команде не принято обсуждать. А происходящее означало, что тренер или вышестоящее руководство решили заменить именно его.

– Ваша охрана уже в курсе, что Вам нужен укольчик! – не смутился тренер Готлиб.

Премьеру сделали укол, и он безмятежно заснул.

– Что у нас с его клоном? – деловито осведомился сэр Готлиб. 

– Всё готово. Надо только дать активирующий импульс к пробуждению.

– Давайте свой импульс! И побыстрее!

–  А что с …? – и клонатор выразительно посмотрел на спящего.

– Как что? Ради чего мы тут с вами потеряли столько времени? На эвтаназию, и немедленно!

– А как же? – клонатор снова выразительно посмотрел на спящего. – Он же не хочет…

– Вы хотите разбудить премьера, чтобы спросить его ещё раз от своего имени? – возмущению сэра Готлиба не было предела.

– Нет, не хочу, – испугался клонатор.

– Тогда действуйте!

 

Святая Валентина сообщила Валентину:

– Иммунитетов сказал, что наша Курирующая башня клонирована.

– Поздравляю!

– Кого, меня? – удивилась научная дива.

– Да нет, поздравляю Башню. Оздоровится и всё такое…

– Но всё произошло с эвтаназией, – научная дива всегда отдавала предпочтение процессу, а не результату.

– Ну и дурак! Только дураки идут на самоубийство! Впрочем, тем более поздравляю! Клиент и здесь, с нами, катался как сыр в масле, а там, наверху, у ангелов, наверное, уже нашёл себе ещё более приличное место.

– Такими вещами не шутят, – почти испугалась Валентина. Она умела быть сердобольной, если это не наносило ущерба её интересам.

– Я думаю, что и тебя можно поздравить, потому что всем этим занималась, скорее всего, твоя «Бессмертная Тина»? – добавил партнёр.

– Не-ет, а я думала, что это твоих рук дело, то есть твоей «Вагин и Ко»?!

Святой Валентин задумчиво начал рассуждать:

– Официальные структуры Проекта этого сделать не могли, потому что после этого им могут пришить ещё чёрт знает что! Кто же это такой смелый?

– Понятия не имею, тем более, что Иммунитетов утверждает, что всё произошло добровольно-принудительно.

– А вот это интересно! Значит, это сделали люди поборзее нас с тобой! Кто же?

– Источник Иммунитетова, ссылаясь на знающих людей, говорит, что команду дали руководители премьера по какой-то ложе или тайному ордену. Может, даже саентологи, причём называет имя некоего господина Го.

– Кто же вы, господин Го? – спросил окружающее пространство святой Валентин, но пространство ответа не дало.

 

Шериф сказал:

– Господин Кукушонок сообщил, что теперь у нас премьер-министром работает клон.

– Не может быть! – изумился Мигель. – Расскажи!

– Оказывается, наш премьер был членом какой-то тайной организации, которая и решила его клонировать.

– А раз премьер сейчас – это клон, значит, не обошлось без эвтаназии? – спросил Мигель.

– Ну да.

– Но это ведь политическое убийство!

– Возможно, организация таким образом решила подыграть Скопусу, который тоже является её членом. К тому же, сейчас в СМИ уже началась мощная кампания за клонирование с эвтаназией Первого лица государства.

– Да, скорее всего, процедура с премьером – всего лишь подготовка к такой же с Главной башней Кремля, – догадался Мигель.

 

Леди Цы

Уж, вроде, ноги на исходе,

а юбка всё не началась

 

…Как-то раз Цыля и Валентина снова встретились в их многофункциональном кабинете. Цыля внимательно оглядела учёную диву. Та располнела, но не сильно, поменяла цвет волос и стала одеваться как дама света. В её повадках появилась чудесная уверенность опытной хищницы, не желающей упустить своего. Цыля с удовлетворением отметила для себя бурно развивающийся процесс взросления своей духовной ученицы и наследницы. Только они расположились и собрались приступить к захватывающему обмену энергиями, то есть к неторопливой беседе, как постучал официант. Он поинтересовался, не примет ли леди Цы на два слова некоего учтивого господина, который назвался сэром Готлибом. Хоть для Цыли этот вопрос оказался неожиданным, однако, поколебавшись, она дала согласие.

Через мгновение в кабинете оказался подтянутый господин лет пятидесяти, богатырского телосложения, в тёмно-синем смокинге. Черты лица прибывшего, будто высеченные из гранита, показались Валентине до боли знакомыми. Войдя, господин учтиво раскланялся и, получив разрешение, уселся за столик. Затем он вынул связку ключей и, демонстративно положив её на стол, выжидательно посмотрел на Восхитительную.

Валентина заметила, как Цыля переменилась в лице, увидев на брелоке странный крест. Восхитительная, как бы нехотя, потянулась к своей сумочке и вынула из неё такой же странный крест, только усыпанный довольно крупными рубинами. Гость уважительно покачал головой и вопросительно взглянул на Валентину.

– При ней можно, – сухо сказала Цыля. – В пределах разумного, конечно.

– Леди Цы, Ваше поручение исполнено, – доложил господин.

В это мгновение учёная дива вздрогнула, узнав в посетителе… пчеловода. Да, да, именно этот человек руководил у академика его милыми пчёлками. Между тем, леди Цы спросила:

– Надеюсь, без недоразумений, сэр Го?

– Без сучка и задоринки, всё исполнено в точности! – браво ответил сэр Готлиб.

– Вы, как всегда, исполнительны, сэр Го, – поблагодарила гостя Цыля. – А теперь вы свободны.

Сэр Го мудрёно откланялся и растворился за тяжёлой портьерой.

Валентина никогда не видела свою подругу столь суровой… И тут Валентина вдруг вспомнила, что точно такой же петлеобразный крест, только без рубинов, она видела у академика. И ещё она вспомнила, что в интимные минуты академик заставлял её называть себя папой Ри. «Слишком много совпадений, – сделал вывод ана-литический ум учёной дивы, – и я в такие совпадения не верю»…

Когда гость откланялся, Валентина набралась смелости и поинтересовалась:

– Так тебя зовут ещё и леди Цы?

– В определённых кругах, – мягко согласилась подруга. – А тебя это напрягает?

– Ты же говорила, что твоя девичья фамилия – Байер! – не смутилась Валентина. – Почему же не леди Ба? Ведь в этом слоге звучит восхищение!

– Леди Цы воспринимается в определённых кругах скромнее и нейтрально, а значит, и более тепло. Да и конспирацию никто не отменял!

«Надо и мне подобрать что-нибудь элегантное…» – подумала учёная дива.

– Цыля, а что это у тебя за интересный крестик? – продолжила свои вопросы Валентина.

– Ты правда не знаешь? – удивилась Восхитительная. – А ведь у твоего патрона буквально всё в таких крестах. Это же символ вашего Проекта, то есть символ Вечности и Бессмертия!

– Да… а я и не знала, что символизирует этот крест…

– Между прочим, это ещё и эротический символ, подразумевающий соединение мужского и женского начал, – добавила Цыля и попыталась перевести разговор в игривое русло. – Может быть, поэтому академик так любит в нём перед тобой красоваться?

Валентина напряглась, не понимая, откуда Цыля об этом знает. Кажется, подтверждались её худшие опасения. Между тем, Цыля, как ни в чём ни бывало, продолжала объяснять.

– Петлеобразный крест используется также в качестве эмблемы движения сексуальных меньшинств, – и, заметив искру ярости в глазах Валентины, примирительно добавила:

– Одновременно такой крест являлся символом мира в субкультуре хиппи.

– Цыля, а какое отношение ты имеешь к Проекту? – задала Валентина ключевой и так волновавший её вопрос.

Цыля внимательно посмотрела на подругу – а девочка начинает подавать надежды, но пока ещё ленится размышлять и ей всё ещё хочется приключений на свои очаровательные батончики.

– Ну… скажем так, я курирую Проект, – сдержано произнесла леди Цы, и от неё явно повеяло холодом.

– И по какой же линии ты его курируешь? – не отставала Валентина.

– По международной, – сказала, как отрезала, Цыля. Дальше вопросы ей было задавать бесполезно, и подруги расстались как никогда сухо.

 

DOUBLE Ro

Оставь надежду всяк входящий –

у нас тут со своей нельзя

 

Группа небольших живописных островов, затерявшихся в водах Атлантического океана, лишь отдалённо напоминает о былом величии древней Атлантиды. Здесь почти ничего не изменилось со времён посещения Встреч Хранителем Вселенной, если не считать, что у постоянных участников Встреч несколько поубавилось спеси. Теперь они живут в постоянном ожидании новой инспекции, что, конечно, не прибавляет оптимизма, поскольку её возможные результаты все могут хорошо предвидеть.

На географических и даже военных картах эти острова не значатся. Но двухсотмильная прибрежная зона их гряды буквально нафарширована военными кораблями. На боевом дежурстве постоянно находятся атомная подлодка и авианосец США, а в воз-духе – эскадрилья истребителей F-16. Постоянно готова к действиям и группа боевых пловцов. За акваторией островов круглосуточно ведёт наблюдение спутник. И это место пока называется просто «Острова».

На самом крупном острове располагается роскошное здание в стиле раннего барокко. Оно встроено в огромную скалу, что делает его почти неприметным на фоне затейливой горной гряды.

На острове регулярно собираются богатейшие и наиболее влиятельные люди планеты. Здесь бывают старейшины и представители крупнейших известнейших западных кланов – Ротшильды, Варбурги, Дюпоны, Морганы, Рокфеллеры, Меллоны, Валленберги, Круппы и другие. Всего – порядка восьмидесяти семей, которые составляют костяк закрытых тайных организаций сильных мира сего: Комитета 300, группы Бильдерберг, Римского клуба и им подобных. Постоянные участники этих Встреч здесь же, в этом дворце, имеют роскошные апартаменты. А те, кто относительно недавно были приглашены на Встречи, уже тоже обзавелись собственными домами на одном из островов архипелага.

Огромный Овальный зал создаёт ощущение уюта. Его драпировки в красных тонах усиливают атмосферу избранности и таинственности, а эзотерические символы помогают присутствующим настраиваться на обсуждаемые темы. Особо выделяется колоссальных размеров и изумительной красоты глобус, выточенный из цельного куска горного хрусталя. Этот глобус символизирует владение миром. Менее заметно и не сразу осознаваемо изображение Недреманного ока Вседержителя. Оно довольно затейливо, но ненавязчиво сочетает в себе несколько серебряных гексаграмм, усыпанных драгоценными камнями зелёного и тёмно-красного цвета. На каменных плитах-подставках расположены пламенеющие пентаграммы. По залу искусно и как бы небрежно разбросаны изящные пирамидки, изготовленные из разных материалов… Узоры из драгоценных камней на стенах постоянно меняются, символически отражая не только сложившуюся ситуацию, но и исход, желаемый для хозяев.

Как и в тот памятный день, когда без приглашения на Встрече возник Великий Огненный Учитель, сегодня председательствовал мощный старик – обладатель роскошной шапки иссиня-чёрных сильно вьющихся волос. Этот один из богатейших людей мира пользуется неоспоримым авторитетом среди участников и организаторов Встреч, благодаря своему опыту, возрасту и при-надлежности к одному из самых мощных кланов.

У массивного стола для переговоров расположился его давний соперник и партнёр, который руководит другим кланом, претендующим на мировое господство. Этот человек сед, как лунь, но держится прямо, а его пронзительный взгляд сегодня безразлично скользит по лицам собравшихся. На Встречах эти два правителя руководят по очереди, строго соблюдая установленный ими самими неписаный регламент и этикет.

После того как в мире осталась всего одна сверхдержава, эти два первых лица могущественнейших кланов – Дэвид Рокфеллер и Джейкоб Ротшильд, сменявшие друг друга в кресле Председателя, заключили, наконец, договор о стратегическом партнёрстве. Этот договор венчает уже почти столетие, как миром управляют именно эти два человека. За долгие десятилетия противоборства они научились понимать друг друга с полувзгляда и полужеста. И оба уже понимают, что правят по инерции, а по-настоящему эпохальные решения принимаются теперь другим геополитическим автором, резиденция которого находится в России. Теперь старцы называют друг друга не иначе, как «партнёр»: партнёр Дэ и партнёр Дже. Им 102 и 104 года, соответственно.

События в отдельных регионах мира, такие как гражданская война на Украине, бомбардировки Югославии, войны в Ираке и Сирии, а также санкции против России они воспринимают как мелкие геополитические эпизоды.

Действительной же проблемой считают стремительное сокращение белого населения планеты и деградацию его мужской половины. Они уже даже начали понимать, что решение всех этих проблем лежит в плоскости… психоэнергетики человека. При этом знают, что в мире есть только один человек, способный вывести психоэнергетику на уровень прорывного и приоритетного глобального инструмента. И это именно тот русский, которого зовут Огненный Учитель. Неприятное воспоминание об их первом знакомстве с Ним уже сгладилось, и даже стало налаживаться продуктивное сотрудничество, поскольку у партнёров не находи-лось достойных аргументов, чтобы не следовать рекомендациям этого Russian Fire[3].

В руках секретаря зазвенел изящный серебряный колокольчик, и все взоры обратились на Председателя. Тот сказал с расстановкой:

– Господа, сегодня здесь присутствуют только избранные и только постоянные участники Встреч. Как обычно, то, что мы обсуждаем в таком составе, не предназначено для посторонних ушей. А речь пойдёт о Проекте, который является угрозой для мальтузианской теории.

Все затихли, прислушиваясь.

Докладывать начал любитель русской севрюги:

– Мы собрались здесь даже не по просьбе, а буквально по требованию группы «магов», то есть неофициальных руководителей ряда государств. Некоторые из них совсем недавно прошли здесь «смотрины», но теперь они хотят отличиться и хорошо зарекомендовать себя в мировой политике. Мы сочли возможным удовлетворить их просьбу и решить важный для планеты вопрос о вспышке неконтролируемого увеличения численности населения и о его качественном составе. На этом фоне наступают времена, когда наши средства для комфортного существования близки к исчерпанию, и достойному меньшинству придётся искать другие пути продолжения своего пребывания на Земле.

Мы только отработали эффективный инструментарий для регулирования численности населения Земли и постепенного её снижения, как вдруг появился так называемый Проект, который поставил под угрозу реализацию нашей концепции «золотого миллиарда». И, конечно же, этот Проект появился не где-нибудь, а в России.

– А что за инструментарий мы отработали? Доложите подробнее! – произнёс Председатель.

– Этот инструментарий достаточно многолик. К нему относится и сама теория «золотого миллиарда». Как идеологическое средство, она объясняет, что весь глобальный негатив происходит из-за нехватки питьевой воды, разных эпидемий и так далее. К инструментарию относятся трансконтинентальные и региональные объединения развитых стран, которые оказывают давление на другие страны «чёрными списками» и угрозами санкций, а также применяемые США «мягкие силы», военные силы, управляемый хаос и так называемые цветные революции.

Инструментарий подтвердил свою эффективность во Вьетнаме, а затем в Югославии, Ираке, Ливии и даже на постсоветском пространстве.

Все присутствующие были прекрасно осведомлены не только об упомянутой концепции, но и об её истоках. О демографе и экономисте Томасе Мальтусе, который ещё в конце XVIII века выявил очевидные противоречия: между способностью людей к бесконечному самовоспроизводству и конечностью необходимых для этого ресурсов планеты, а также между ростом в геометрической прогрессии численности людей и всего лишь в арифметической прогрессии – увеличением добычи ресурсов. Мальтус легко пришёл к выводу, что продолжение бесконтрольного воспроизводства рода людского приведёт к всеобщему голоду на планете, а следовательно, слаборазвитым странам не надо помогать, тогда развитым достанется больше ресурсов.

Не все из постоянных участников Встреч указанную теорию и соответствующий инструментарий одобряли, однако, в отсутствие достойных альтернатив, говаривали: «Пусть будет, а там посмотрим».

– Расскажите подробнее о «золотом миллиарде», – предложил Председатель.

– Под указанный инструментарий была подведена солидная научная база, получившая название «теория золотого миллиарда». Эта теория подразумевает уход от устаревших преставлений о единстве белой расы. Она принимает во внимание в основном экономические и геополитические категории, следуя которым жить на планете достойны лишь образованные и богатые люди.

Привилегированное меньшинство благодаря техническому прогрессу всё меньше будет нуждаться в рабочей силе, которую заменят машины и механизмы.

– Эти теоретические предпосылки нам хорошо известны, – снова вмешался Председатель. – Нам интересна практика. И, кстати, напомните нам, какие страны входят в «золотой миллиард».

– К этим странам относятся США, Канада, государства Евросоюза, Австралия, Новая Зеландия, а также Израиль, Япония, Южная Корея и Аргентина.

– А как же Швейцария?

– Швейцария пока находится в одной группе с Россией и другими «второсортными» странами, к которым относится также большинство стран Южной Америки и даже развитые страны Азии и Африки.

– Вы что, не любите Швейцарию?

– Научная теория демографического перехода утверждает, что переход от традиционного общества, характерного для слаборазвитых стран, к индустриальному сопровождается не только резким падением смертности, но и падением рождаемости, а в результате воспроизводство человеческих ресурсов сводится к простому замещению поколений. Подобным образом происходит стабилизация населения страны. Этот демографический переход завершили Россия, Китай, почти вся Латинская Америка, Иран, Турция и ещё ряд арабских государств.

Однако, согласно современным представлениям, «несущая способность» планеты составляет 16-18 миллиардов человек, но есть и прогнозы ученых, которые считают, что рост населения Земли остановится на отметке 14 миллиардов, а к 2100 году даже начнёт сокращаться.

В XX веке население Земли выросло с 1,6 до 7 миллиардов. С тех пор рост замедлился. Таким образом, сейчас более 46% людей проживают в странах, завершивших этот демографический переход. А в Западной Европе стабилизация численности населения уже сменилась её снижением.

– Завершайте! – скомандовал партнёр Дже, именно он председательствовал сегодня.

– И вот, когда сформировались благоприятные для нас тенденции, появился этот проект «Вечность». Население Земли снова стало расти, потому что русские бесконтрольно изготавливают копии людей, затем копии копий, называя это клонированием. Они рекламируют клонирование как панацею от всех болезней и путь к бессмертию! Первоначально они обещали уничтожать «ис-ходники», то есть так называемых оригиналов, однако на практике эвтаназию осуществляют только в Европе, США, Китае и Индии. А в России население уже грозит удвоиться. Нужно принимать срочные меры!

– По крайней мере, надо воспользоваться ситуацией с Проектом для усиления давления на Россию, как Вы смотрите на это, партнёр Дже? – спросил сидящий напротив председателя партнёр Дэ.

– Да, пожалуй, партнёр Дэ, – Председатель Дже был более, чем всегда, нейтрален. Он обменялся взглядами из-под прикрытых век с сидящим напротив «сменщиком», который был младше на два года, однако по степени влияния не отставал ни на шаг, а время от времени даже опережал.

– Этот вопрос требует нашего обсуждения без участия приглашённых, – сказал партнер Дэ, о том же подумал и его визави.

И два старца, до сих пор сидевшие как вкопанные на проти-воположных сторонах овального стола, почти одновременно сде-лали жест, означавший, что все присутствующие должны немедленно покинуть зал, и все подчинились беспрекословно. И всё живое на Острове замерло: DOUBLE Ro решают судьбы Мира!

– Озабоченность вызывает мистер Ри, который выскочил, как чёрт из табакерки, – сказал партнёр Дэ.

– Вы говорите о последнем представителе плеяды носителей тайн погребального культа? – партнёр Дже выразил простую мысль непривычно замысловато, тому были свои причины.

– Именно погребального культа, будь он неладен! – эмоции досады отнюдь не диссонировали со скрипучим голосом могущественного старца Дэ. – Меня беспокоит тот факт, что участники Проекта всё чаще в разговорах упоминают некую «монетизацию Вечности». Но ведь главными монетизаторами на планете, насколько я помню, всегда были мы, то есть Вы и я, партнёр Дже?

Партнёр Дже, привычно сдержав возмущение, ответил:

– Партнёр Дэ, а мы-то с Вами считали, что ключи от Вечности в наших руках, и желающие жить вечно или хотя бы долго должны оплатить это своё желание в нашу общую кассу. Для этого мы и финансировали научные исследования, направленные на создание не только работоспособных органов, но и систем человеческого организма. Во многом именно с этой целью мы и заключили договор о стратегическом партнёрстве. А вот этот пройдоха уже сколотил своё состояние на посредничестве между нами и теперь готов даже перехватить у нас инициативу. И что, по-Вашему, надо делать, партнёр Дэ? – голос аксакала, главы клана, владеющего первой по своей мощи финансовой империей на Земле, был как всегда нейтрален и никак не выдавал охватившего его волнения.

– Партнёр Дже, мы на это смотрим с неодобрением. Мы всегда подозревали в этом парне двойное дно. Однако его Проект лучше проекта «золотого миллиарда» по целому ряду параметров. Именно поэтому он и стал теперь нашим стратегическим конкурентом. Ситуацию осложняет также и то, что этот паршивый академик волею судеб находится под защитой ядерного зонтика России. А рус-ские традиционно склонны защищать якобы слабых. Наши резкие действия могут вызвать у них ответную, неприятную для нас реакцию. И пока ещё неизвестно, кто действительно стоит за этим ублюдком, уж слишком он резв, – задумчиво проговорил партнёр Дэ и продолжил уже активнее:

– А ведь мы совсем недавно кормили с рук этого мистера Анкха, то есть мистера Ри, который втёрся к нам в доверие и даже выступал в качестве посредника в теме по золотому эквиваленту. К тому же, нам известны уважаемые люди, на содержании у которых были его отец и дед, – и партнёр Дэ улыбнулся. Тут, как всегда безошибочно угадав нужный момент, бесшумно появился помощник. Вслед за ним потекли на свои места и остальные приглашённые.

– Да, Вы правы, это грустное обстоятельство имело место быть, – согласился партнёр Дже. – Причём его отец и дед показали себя с лучшей стороны, выполняя непростые задачи, поставленные перед ними. Например, чего стоит операция по бальзамированию тела этого сумасшедшего революционера… Ленина! Но это в прошлом!

– Ваше Могущество, если позволите, – подал голос помощник Смит. – Хотел бы напомнить, что обозначенное Вами лицо, то есть академик Скопус, давно просится доложить вам о своём Проекте здесь, на Островах.

– Почему же мы до сих пор не услышали его оправданий? – спросил партнёр Дэ.

– Мисс Цыля не позволяет, – и помощник опасливо оглянулся на даму, сидевшую поодаль с непроницаемым лицом.

– Упомянутое лицо настаивало на том, чтобы продемонстрировать здесь работу своих приборов, – не дожидаясь вопросов, сказала Цыля. – А это недопустимо. Это нарушило бы Правила.

– Это лишнее. Пусть придёт, но без приборов, – принял волевое решение партнёр Дже. Партнёр Дэ одобрительно кивнул.

– Да, это гениальное решение! Мало ли что в голове у этих учёных, – восхитился Смит.

Присутствующие удовлетворённо замолчали.

– Ваше Могущество, а не лучше ли, если этот вопрос доложит нам сэр Во?

– Нет, сэр Во проявляет слишком много самостоятельности. С ним мы будем решать отдельно. Пусть уж мистер Ри прибудет лично, надо бы на него взглянуть живьём.

– Кстати, Цыля, как у тебя с ученицей? Тебе же нужна ученица?

– Ваше могущество, есть одна кандидатура. Эта норовистая кобылка, конечно, не первой свежести, но подаёт надежды.

– На то, что станет свежее? – поинтересовался партнёр Дэ не без игривости.

– Вы же сами сказали, что мне нужна помощница! – смиренно пояснила Цыля.

– Может быть, её подучить в Гарварде, эту вашу кобылку? – перевёл обсуждение в нейтральное русло партнёр Дже.

– А вот это лишнее, партнёр Дже! Ведь её предназначение здесь не думать и даже не размышлять, а одушевлять! – уточнил задачу партнёр Дэ.

– Как говорит наш общий друг, сын Утренней зари, – поддержал партнёра его могущество Дже.

– Вы имеете в виду нашего общего друга, Огненного русского, не так ли?

– Именно так, Огненный русский. Никто другой не то, что сказать, даже подумать на подобные темы не в состоянии.

И у каждого из партнёров возникли весьма своеобразные ассоциации и воспоминания.

– Мы отвлеклись, – вернул беседу в нужное русло партнёр Дэ. – Так что это за кобылка?

– Речь идёт о мадемуазель Тине, о которой я докладывала вам. Её семейное имя – Неудержимая, – уточнила Цыля.

– И это креатура мистера Ри, – позволил себе суфлировать помощник Смит, что было совершенно неоправданно с его стороны, потому что могло стоить ему всего, ведь он не учёл, что леди Цы может объединиться с мистером Ри!

– Я вообще-то знакомился с ней самой. Не знаю, откуда Вы только откапываете таких кандидатов? – с изрядной долей брезгливости пробормотал партнёр Дэ. Под его проницательным взглядом Цыля поёжилась и сказала:

– Ваши Могущества, мадемуазель Тина мечтает перейти под вашу юрисдикцию и хотела бы дать исчерпывающую информацию на академика Скопуса.

– Ну-ну, пусть даёт, – снисходительно разрешил партнёр Дэ.

– Ваши Могущества, мадемуазель Тина просит разрешить ей называться «леди Акация», с вашего позволения, конечно…

– А что, мадемуазель Тине уже не нужны доллары? – удивился партнёр Дже.

– Нужны, конечно, поэтому она и сколотила уже небольшой капиталец на клонировании. Но теперь социальный статус для неё важнее…

– Как Вы полагаете, партнёр Дже, не слишком ли большое влияние приобретает в нашем тандеме мистер Ри? – спросил партнёр Дэ, пристально глядя на Цылю.

Её ресницы тревожно затрепетали, и насколько могла, Цыля скромно потупила глазки, пытаясь выдавить из их могуществ хотя бы остатки восхищения. Все замерли, притом стратегические партнёры – от удивления, что совершенно неожиданно обнаружили у себя эти остатки, а Цыля – от смертельного страха, ведь она хорошо знала, что означают эти пристальные взгляды. Помощник Смит замер от неясного, но сильного беспокойства: он обнаружил в их могуществах признаки административного восторга, который периодически охватывает даже такие важные персоны. Этот восторг должен был найти выход, а значит, Смит мог попасть под горячую руку…

Первым оживился помощник Смит:

– Ваши Могущества, может быть, не следует устраивать здесь бенефис участников проекта «Вечность»?!

– Конечно, не следует, поэтому, мистер Смит, отрегулируйте этот неприятный момент, – почти дуэтом ответили также оживившиеся партнёры. Баритон партнёра Дэ зазвучал чуть ниже, а тенор партнёра Дже – несколько выше, впрочем, это не значило, что партнёр Дэ в их дуэте пел вторым голосом.

– Слушаюсь, Ваши Могущества, – с готовностью отреагировал Смит.

«Похоже, пронесло, – вполне справедливо подумала Цыля. – Однако ещё не вечер».

Присутствующие снова помолчали, теперь уже с заслуженным удовлетворением.

– Партнёр Дэ, меня тревожит одно неприятное обстоятельство, – произнёс партнёр Дже.

– Какое обстоятельство? Поделитесь своей тревогой, дорогой Дже, мы же партнёры.

– Вы не поверите, но я чувствую весьма жёсткую блокировку всех своих практическим действий, если они направлены против этого пройдохи, мистера Ри, и это меня не может не тревожить.

– Кто же блокирует Ваши действия, партнёр Дже? Кто на это осмелился?

– А Вы не ощущаете ничего подобного, партнёр Дэ?

– Признаться, я несколько раз ловил себя на ощущении неудобства, и даже торможения, но всё это не настолько на меня влияет, чтобы я не мог довести начатое до конца.

– Однако, партнёр Дэ, в связи со сложившимися обстоятельствами, мне на ум приходят нехорошие мысли, которые заставляют меня предполагать самое худшее.

– О чём же Вы думаете, партнёр Дже? Что ещё худшее можно предположить? – ни один мускул не дрогнул на лице аксакала, главы клана, владеющего второй (или первой?) финансовой империей на Земле.

– А предположение такое: не является ли этот паршивый академик креатурой Огненного Учителя? Что-то давно о Нём не было слышно! Ведь бросить нам подобный вызов может только Он.

– Да, пожалуй, это по плечу только Огненному русскому, – неохотно согласился партнёр Дэ. – Но ведь мы поддерживали все Его последние инициативы?! И складывалось впечатление, что мы с ним действовали в одном направлении?! И даже приступили к выплате России Большого долга! Думаю, нам не следует быть слишком подозрительными.

– Вы как всегда правы, партнёр Дэ. Но Вы же знаете, что в геополитике нет друзей, а есть только интересы, которые, может быть, в той или иной мере разошлись с нашими?

– Безусловно, могли, партнёр Дже.

– При этом есть и другой, едва ли не худший вариант, – и партнёр Дже резко замолчал, как будто испугавшись собственных слов.

– Какой же, дорогой партнёр?

– В концепции уважаемого Огненного Учителя, – партнёр Дже с видимым трудом выговаривал отдельные слова, – фигурирует некий Лунный Суперкомпьтер… Который управляет всеми единич-ными биокомпьютерами, якобы внедрёнными в физические тела людей.

– Аа… эээ… вы про это… Да, это действительно худший вари-ант, – партнёр Дэ внезапно почувствовал, что его губы немеют и ему становится трудно говорить. – И это значит, что наш пройдоха Ри находится на более высокой ступени негуманоидной иерархии, чем мы предполагали… чем мы с Вами вместе взятые, партнёр Дже.

– Вот именно, партнёр Дэ. Вот именно! И в этой связи… А также в связи со всем тем, что мы сегодня обсудили… Не следует ли нам с Вами податься в оригиналы, партнёр Дэ? Как бы это ни выглядело неожиданно и, может быть, даже смешно.

– У меня тоже есть такие мысли, партнёр Дже, скажу даже больше, последнее время я постоянно об этом думаю. Эти хвалёные нанотехнологии здоровья, на которые мы с Вами истратили такую кучу денег, – при упоминании о деньгах партнёр Дэ запнулся. – Действительно, мы потратили кучу денег, – и лукавая улыбка невольно скользнула по обычно непроницаемому лицу патриарха мировой финансовой системы. – Слава Всевышнему, мы сами эти деньги печатаем! Но это чистейшей воды латание дыр! Сегодня здесь залатали, завтра там порвалось, а промежутки времени между операциями всё сокращаются… Не слишком ли часто мы находимся под ножом хирурга?

– Я согласен, что семь операций по пересадке сердца – это не для слабонервных! У меня практически та же история, только я меняю другие органы.

– А я чувствую в себе кусочек каждого донора!

Партнёр Дже кивнул в знак согласия, и партнёр Дэ продолжил свой несколько затянувшийся монолог.

– У меня искусственная почка, имплантированные титановые кости, шунтированные сосуды и пластмассовое сердце… В результате – кто я, получается? Это ведь уже не мы, партнёр Дже, не Вы и не я. Так, может, нам действительно пора двигать в оригиналы… Но только ведь на пресловутого мистера Ри нельзя положиться. От него и его подпольных фирм можно ожидать чего угодно, особенно в свете поступившей информации… Чего-нибудь напутают, недоделают или добавят отсебятину.

– Согласен, партнёр Дэ, я согласен! Эти ребята могут напортачить по-крупному. И  в этой связи у меня возникла одна спасительная мысль. Как вы помните, по данным разведки, оригиналы создали свой собственный комплекс клонирования, причём даже более эффективный, усовершенствовав что-то там… Эти русские, они всегда что-нибудь придумают… К тому же, оригиналы исповедуют идеологию нашего Русского друга… Сына Утренней зари… и снова всё сходится к Русскому другу…

– Но ведь оригиналы – это какие-то совершенно новые люди, и для нас они непонятны, а значит, опасны…

– Неужели Вы что-то имеете против оригиналов, партнёр Дэ? На самом деле, оригиналы – прекрасные люди и сама добродетель! К тому же, почти все они – ученики нашего Русского друга.

– До меня доходили такие слухи, но я считаю, что это всего лишь слухи, поэтому не грех уточнить всё это у самого сына Утренней зари.

– А вас не пугает сложность процедуры клонирования? Например, многократное сканирование, потом выращивание клона и его пробуждение… Это ведь очень серьёзный вопрос, и можно попасть в передрягу! А не хотелось бы на старости лет!

– Не хотелось бы… Но что же делать, партнёр Дже, что же делать?.. Да и в каких только передрягах мы с Вами ни побывали! Причём, надо признать, что создавали мы эти передряги сами и своими руками! То конкурировали, то дружили, то воевали, то душили друг друга в объятиях… Конечно, чаще мы оказывались по разные стороны баррикад, но зато теперь мы уже стратегические партнёры, которые знают, что жизнь – непростая штука… И как-нибудь выпутаемся…

– Не заразил ли Вас своим глобальным оптимизмом наш Русский друг, партнёр Дэ? Вы говорите прямо-таки с Его интонациями!

– Да, заразил, и я не скрываю это. К тому же, это веяние времени!.. – согласился партнёр Дэ. – Но всё же, надо провести контрольный замер.

– Какая всё-таки светлая идея Вас посетила, партнёр Дэ? – поинтересовался партнёр Дже. – Я не устаю Вами восхищаться!

– Давайте для начала клонируем кого-нибудь из наших, кто имеет отношение к Проекту.

И стратегические партнёры, не сговариваясь, взглянули на леди Цылю. Та сделала вид, что ничего не слышит и вся поглощена светящимся экраном ноутбука.

«Неужели пронесло?» – подумал мистер Смит.

– Но леди Цы ведь, в некотором роде, женщина, – резонно заметил партнёр Дже. – И поэтому эксперимент будет не вполне чистым – нам нужен кандидат мужского пола.

– Несомненно, несомненно… А почему бы нам не взять на эту роль мистера Смита? – встрепенулся партнёр Дэ. – Это же идеальная кандидатура!

«Не пронесло, – тоскливо констатировал Смит. – Да разве с этой клушей пронесёт? У неё то возраст не тот, то пол!»

– Партнёр Дэ, но ведь мистер Смит у нас очень занят. Может, мы его оставим в качестве запасного варианта, а пока для клонирования возьмём кого-нибудь из этих бездельников, конгрессменов. Пусть отрабатывают вложенные в них наши деньги.

– Пожалуй, партнёр Дже, пожалуй… Мистер Смит! Подготовьте две-три кандидатуры для клонирования, а уже мы из них выберем того, кто нужен.

– Будет исполнено, Ваше Могущество! – с облегчением выдохнул Смит.

– Кстати, у нас был такой сэр Го? – вспомнил партнёр Дэ.

– Сэр Го… Да, пожалуй, он подходит по всем параметрам… Возраст за пятьдесят, нам не нужны слишком молодые. И это не самый последний человек в нашей иерархии, – с энтузиазмом поддержал коллегу партнёр Дже.

– А он не заартачится? Ведь сэр Го из Вашей ведущей семёрки? – спросил Цылю партнёр Дэ.

– Да, Ваше Могущество, этот сэр один из лучших среди моей ближайшей семёрки, – Цыле было приятно чувствовать себя руководителем семёрки.

– А кто там у Вас ещё в запасе? – спросил Цылю партнёр Дже.

– Очень сильная команда подобралась. Помимо сэра Го, в ней ещё известный вам мистер Ри, а также господа Пу и За, это его друзья с детства. И, конечно...

– Постойте, ведь именно эта сильная команда решала задачу клонирования первых лиц в России? – нахмурился партнёр Дэ.

– Да, именно эта команда, – встревожилась Цыля.

– Мы ставили задачу снять с доски белого слона, а Вы убрали чёрную ладью!?

– Ваши Могущества, у нас была полная готовность по обеим фигурам. И сэр Го всё исполнил в точности: мистер Ди ушёл из жизни практически добровольно. Вот только лорд Пу обдёрнулся при передаче сигнального конверта: он с детства плохо различает ладью и офицера, у него на этот счёт имеется свой ассоциативный ряд, – у ладьи зубцы почти как у Кремля и всякое такое… Но мы развернули ситуацию в свою пользу, россияне требуют передачи всей полноты власти Клону!

– Россияне в лице пятой колонны, – ядовито заметил партнёр Дэ.

Изображение Недреманного ока Вседержителя грозно сверкнуло – это не осталось незамеченным партнёрами.

– Мы готовим сэра Го к переходу на следующий уровень, поэтому я полагаю, что на него можно рассчитывать… И ваше поручение он, несомненно, расценит как счастливый шанс проявить себя! – встрепенулась леди Цы.

– Это хорошо, – удовлетворённо заключил партнёр Дэ. – Отложите пока мероприятия по переводу его на следующий уровень и решите сначала вопросы с клонированием. Что-то ещё?

– Один маленький вопрос… Речь пойдёт о процедуре с эвтаназией или… без? – извиняющимся тоном спросила Цыля.

– Нас интересует безупречность самой процедуры клонирования, поэтому никакой эвтаназии, и ничего в сэре Го исправлять не надо.

– Всё ясно! Но… Ваше Могущество, есть ещё одно важное обстоятельство, – Цыля замялась.

– О чём речь? – в голосе партнёра Дже снова появилась свойственная ему суровость.

– Дело в том, что если сделать из сэра Го оригинала в полном смысле этого слова, то…

– Что «то…»?.. Продолжайте!

– То как бы сэр Го после проведения процедуры не покинул семёрку… Ведь он станет оригиналом!

– Через какое-то время после процедуры это уже не будет иметь значения. Совершенно никакого.

Несмотря на все разъяснения, Цыля осталась в замешательстве.

– Какие ещё есть препятствия? – спросил партнёр Дэ, заподозрив неладное. И Цыля, наконец-то, решилась:

– Ваши Могущества! Можно считать, что контрольные замеры мы провели, потому что сэр Го – уже клон, а оригинального сэра Го с нами больше нет.

Партнёры ожидали всего, чего угодно, только не этого.

– Когда это он успел? – недоброжелательно поинтересовался партнёр Дже.

– Сразу после появления Первого клонированного в России возник бум на клонирование, и сэр Го клонировался, заплатив немалую сумму коммерческой фирме. И теперь это уже не он, а клон.

– А сам сэр Го, что, как это называется, «euthanized»? – неприятно поразились партнёры.

– Именно «euthanized», в этом-то и проблема.

И Цыля съёжилась под холодно-проницательными взглядами партнёров.

– А почему мы узнали об этом только сейчас? Вы что, больше не контролируете свою семёрку? А вдруг этому клону уже встроили дистанционный управляющий блок – ДУБ, как они его называют? Тогда сэр Го находится под постоянным контролем мистера Ри? И что получается? Ваш Го – это всего лишь клон, а нам нужен оригинал.

Цыля отчётливо поняла, что это и есть закат её умо-помрачительной карьеры.

– Так не пора ли нашей незаменимой леди Цы отдохнуть, партнёр Дже? – повернувшись всем телом к собеседнику, спросил партнёр Дэ.

– Похоже, пора, партнёр Дэ. Я тоже вижу, что эта добродетельная дама остро нуждается в отдыхе, – ответил партнёр Дже, который всегда испытывал особую симпатию к леди Цы, но дело есть дело.

– Леди Цы, начинайте передавать дела этой вашей подопечной… – партнёр Дже замялся.

– Неудержимой? Леди Акации? – подсказала Цыля, и в её певучем голосе появились нотки безнадёги.

– Да, передавайте дела леди Акации в полном объёме, – подтвердил ужасный вердикт партнёр Дэ.

– Вы хотите что-то сказать? – партнёр Дже заметил, как мистер Смит набрал воздух в лёгкие и тщетно ищет благоприятный момент, чтобы вставить свои «пять центов».

– Да, у меня есть альтернатива.

– Альтернатива чему? Или кому?

– Я предлагаю в качестве кандидатуры для контрольного клонирования господина Интерчелова. В Проекте он курирует взаимодействие с МИДом. Я завербовал его ещё в мою бытность руководителем Управления тайных операций ЦРУ США. Он успешно выполнял наши конфиденциальные поручения в рамках Проекта. Я считаю, что и по остальным позициям он тоже подходит.

– Что ж, мы помним этот персонаж по Вашим недавним докладам. Поскольку сэр Го уже клонирован, то подготовьте к процедуре этого Интерчелова. Как вы посмотрите на это, партнёр Дже?

– Да, это правильно, партнёр Дэ! И, обратившись к Смиту, партнёр Дже добавил:

– Сделайте необходимые распоряжения! – поймав его указующий взгляд, Смит воодушевлённо уткнулся в свой ноутбук.

– Вы правы, партнёр Дже, Вы правы. И пока будет делаться копия названного сэра, надо, не откладывая дело в долгий ящик, связаться с нашим Русским другом и внести ясность в сложившуюся ситуацию. В сложившейся ситуации не сделать этого было бы проявлением бестактности и недальновидности. Имею в виду сына Утренней зари, конечно. Полагаю, мы можем рассчитывать на Его протекцию. Не зря же мы поддержали целый ряд Его весьма неординарных инициатив… Он ведь теперь наш партнёр, не так ли? А дополнительный контроль никогда не помешает, особенно в нашей ситуации… Он мне представляется вполне вменяемым человеком, с которым можно вести дела. И у него есть чему поучиться, а это в наше время большая редкость.

– Согласен, партнёр Дже, согласен.

На этом партнёры расстались, однако в мыслях они оставались вместе. Неоспоримая мощь вечного партнёра-оппонента держала каждого из них в постоянном сверхнапряжении. И сейчас, когда перед ними открылись необозримые перспективы соединения своих капиталов с собственным бессмертием, они небезосновательно опасались друг друга. По мнению обоих, избавить их от смертельных рисков при проведении клонирования могло только обращение к сыну Утренней зари, поскольку ставки были слишком высоки.

 

 

Разделение регионов деятельности сближает

О, приключеньями запахло,

спускаю попу с поводка

 

Матрёшки-концессионеры собрали маленькое совещание коммерческого характера. На совещании присутствовали только самые близкие, и в том числе святые Валентины, которых сблизил совместный бизнес, точнее, разделение регионов деятельности.

– Хиршич снова увеличил свой процент в нашем маленьком гешефте, – недовольно начал святой Валентин, – а это значит, что доходность наших бизнесов падает.

– И чем он это обосновывает? – холодно поинтересовалась Валентина.

– Типа развитие Проекта замедлилось, а дополнительные затраты всё время растут, да и геополитическая обстановка нестабильна, – сквозь зубы ответил Валентин.

– Отчего же возникли эти дополнительные затраты?

– Говорит, что на борьбу с оригиналами идут большие средства, да и отряды боевиков требуют немалых расходов.

– Ну да, боевики сейчас в депрессии. И что будем делать? Давай свои предложения! – взяла партнёра «за рога» научная дива.

– Надо что-то решать… а уж потом делать! – пробурчал Валентин.

– Наш главный решатель – это Хиршич, и он уже всё давно решил, – подначивала Валентина.

– Давай непредвзято оценим обстановку, – смягчился Валентин. – Установки у нас есть. Последняя версия программного обеспечения – тоже. Доступ к серверам – железный. Дистанционное сканирование мы освоили. Не можем встраивать сами только манипуляционные блоки, но к этому Хиршич не допускает вообще никого, кроме Евгения и Степана. Надо искать к ним подходы.

– Степана, как, впрочем, и Евгения, я беру на себя, – потупила глазки Валентина.

Валентин понимающе широко улыбнулся:

– И когда это ты успела их охмурить?

– Вот только не надо грязи, – святая была сама чистота.

Валентин удивился, но не подал виду.

– Подводим итоги: условия явно созрели для того, чтобы удалённо сканировать академика, а затем изготовить его клона, причём даже со встроенным манипуляционным блоком. Тогда клон академика будет подавать только те команды, которые мы ему будем подсказывать. Останется только отправить в мир иной исходник этого клона, – Валентин иногда выражался несколько витиевато.

– Похоже, академика мне придётся взять на себя – на следующей неделе у нас с ним деловое свидание, – молвила Валентина. – Вообще-то, наше сотрудничество какое-то однобокое – всё приходится делать мне самой…

– Хоп-хей-оп! Замётано! – пресёк бесполезные словоизлияния научной дивы Валентин. – На том и порешили!

 

Святая Валентина почти искренне полагала себя девушкой благонравной и, тем более, благодарной. Любую услугу, даже самую незначителную, она была готова оплатить сторицей, и немедленно. Правда, оплатить не деньгами, а… «натурой». И в этой готовности она иногда выглядела несколько навязчивой. В результате в её ближайшем окружении пребывали в основном мужчины. Цыля же составляла счастливое исключение. И вот однажды Цыля на очередной встрече неожиданно спросила подругу:

– Хочешь стать хозяйкой политической кухни?

Встретив непонимающий взгляд научной дивы, она пояснила:

– У меня есть полномочия сделать тебя своей наследницей… Есть такая совсем новая контора, «DOUBLE Ro, холдинг партнёров» называется. Ты войдёшь в её состав, вместе со всеми твоими активами.

И поймав красноречиво-удивлённые взмахи ресниц Валентины, добавила:

– Да не о твоей «натуре» здесь речь.

– А о чём же?

– Об активах «Бессмертной Тины».

– Вы хотите забрать у меня всё? – эмоциональный вулкан научной дивы был близок к извержению. Она даже тяжело задышала.

– Ни в коем случае! Речь совсем не об этом! – поспешила успокоить её Восхитительная. – Дело в том, что я нашла тебе старших партнёров и не рекомендую отказываться. Эти люди дважды таких предложений не делают. И старше них в мире не бывает.

– Я подумаю… – выдавила из себя святая Валентина. Она была не чужда дипломатии – её вулкан быстро возбуждался, а для его успокоения всё же требовалось некоторое время…

Леди Акация с энтузиазмом восприняла предложение Цыли, не в силах от него отказаться, поскольку новое поле деятельности её привлекало. К тому же, «DOUBLE Ro» она рассматривала как мощный противовес в её намечавшемся противостоянии с академиком.

Научная дива быстро стянула на себя всю контактную базу старшей подруги, совсем ещё недавно казавшейся ей недосягаемой. Мужчинам льстило повышенное внимание со стороны молодой и ещё не потерявшей свежести женщины. Тем более, что леди Цы подала нового резидента в лучших традициях шпионского жанра. Все с удовольствием предпочли кратковременное наслаждение с Неукротимой привычно-длительному и бесплодному восхищению стареющей леди Цы.

Валентине пришлось перейти на учащённый график командировок в Европу и даже – в США, однако это её только развлекало.

 

Когда премьер уже почивал в бозе

Я наступал на те же грабли,

пока не пронумеровал

 

Маленький премьер уже благополучно почивал в бозе, когда по всем федеральным телевизионным каналам транслировался процесс выращивания его клона, а СМИ вещали, что премьер-министр в интересах народа согласился на клонирование с предварительной эвтаназией! Это он сделал не только для того, чтобы избежать старческого маразма в кресле руководителя государства, но и чтобы народ имел вечно здорового и молодого руководителя, чего давно ждёт его либерально настроенная часть.

В течение трёх недель теле- и радиопередачи вели круглосуточно передачи о ходе выполнения Программы, которая называлась «Марафон клона к власти». Капсулу с выращиваемым клоном премьер-министра постоянно демонстрировали в различных ракурсах на фоне озабоченных лиц персонала. Ежедневно в самые рейтинговые часы самые рейтинговые ведущие брали интервью у ещё живого премьера, который с каждым днём выглядел всё моложе. Он выражал желание, чтобы в виде собственного клона стать молодым и здоровым, при этом избавиться от многочисленных болячек, вызванных неустанными трудами на благо Отечества. Премьер пространно, но непонятно объяснял, зачем ему срочно нужна эвтаназия и обязательно выражал надежду, что в скором времени за ним последует и сам Президент, тем более, что этого желает не только Евросоюз, но и Соединённые штаты.

Последнее обстоятельство он особо подчёркивал, напирая на то, что негоже Президенту великой страны не идти в ногу со временем, а тем более, с Вечностью.

В Интернете активно обсуждали слухи о том, что сам премьер давно с ангелами, и его путешествие в мир иной не было добровольным. Труп же его давно сожжён, и пепел развеян, а на телеэкране мелькают всего лишь двойники. Кое-кто из полузабытых блогеров попытался оспаривать эти факты, но общественность не реагировала, поскольку ещё не пришла в себя от шока, вызванного таким неуважительным обращением с бывшим премьером.

СМИ буквально смаковали подробности, нагло намекая на то, что Президент якобы под благовидными предлогами отказывается от интервью о собственном клонировании с эвтаназией, которого так трепетно ожидает народ, и что в конечном итоге его может ожидать незавидная судьба премьера в смысле недобровольности клонирования.

 

Роскошно было обставлено последнее сканирование премьера, объединённое с такой желанной для него эвтаназией. На самом деле после реальной «добровольной» эвтаназии был подобран двойник премьера, как две капли воды похожий на него. И в последние дни жизни якобы премьера видеокамеры на самом деле безостановочно следовали за его двойником, знакомя телезрителей с самими интимными подробностями последних мгновений жизни маленького премьера. Двойник за свою работу получил приличную сумму в твёрдой валюте, однако его намеренно не предупредили, что его смерть будет всамделишной. Это было необходимо для придания реальности всему действу, и чтобы впоследствии никто не обвинил организаторов в имитации процедуры. В честь завершения процедуры был дан роскошный обед. Страна замерла на три дня, необходимые для окончательного созревания клона.

Наконец, наступил «час Ч», когда клон созрел, и его необходимо было будить. Пробуждение клона премьера про-исходило в Георгиевском зале Кремля при скоплении лучших представителей национальной элиты – олигархов, высших го-сударственных чиновников, рейтинговых ведущих и так любимых народом артистов. Даже те, кто выступал против клонократии, из соображений политкорректности почтили своим присутствием это важное символическое действо. Посольский корпус также был в полном составе. От приглашения не смогло отказаться ни одно из первых лиц государств-партнёров и даже некоторые вторые. В честь новорождённого был дан концерт, гвоздём программы которого стало выступление кордебалета Большого театра.

СМИ занялись обсуждением здоровья вновь обретённого страной премьера-клона. Как и запланировали клонаторы, клон премьера был несколько моложе и значительно здоровее своего оригинала. Он даже отжимался по 10 раз безо всякого напряжения. В его почках затормозили процесс камнеобразования, печень очистили, избавили от интернет-зависимости и приступов депрессии. В отличие от своего оригинала клон уже не требовал каждый час доступа к «Твиттеру». Камера снова и снова показывала счастливые глаза новенького премьера страны.

Формальная и неформальная оппозиции, отбросив нескончаемые споры о лидерстве, наконец, объединились под революционным лозунгом «Вся власть – Клону!» Начались бесконечные шествия и митинги. Мероприятия были хоть и совершенно мирными, но с жёстким отношением к интеллигенции, которая ещё не вполне определилась. 

Радиостанции измученной страны в революционном угаре соревновались, чтобы запутать своих слушателей вопросом о целесообразности передачи всей полноты власти президенту-клону. Причём всё обставлялось так, чтобы и «да», и «нет» означали несомненный выбор в пользу клона. Социальные сети, сайты и блоги в Интернете запестрели рассуждениями о том, как хорошо великой стране иметь президента-клона.

Великое множество научных и псевдонаучных конференций, форумов и симпозиумов включали в свои повестки тему перехода к новой, практически идеальной форме государственного правления – клонократии. Они изо всех сил сравнивали эту форму правления с уже известными и так надоевшими всем аристократией, монархией, меритократией и даже набившей оскомину демократией. Это сравнение всегда шло в пользу такой современной, толерантной, политкорректной, а значит, и блистательной клонократии.

Расплодившиеся штатные остряки и юмористы оттачивали своё остроумие, придумывая смешные фразы и анекдоты на темы, например, о том, как Гек сделал себе клона, а Чук – нет.

Клон-премьер, тщетно метящий в руководители оппозиции и гордо носящий унизительную кличку, намекающую на проценты, побывал в американском посольстве, где получил накачку от кадрового сотрудника ЦРУ. Этот сотрудник уже давно работал под прикрытием в должности второго секретаря посольства и успел оборзеть от длительного пребывания в одной из так называемых «лёгких стран». Находясь под впечатлением от этой встречи, клон-премьер созвал пресс-конференцию, в ходе которой облаял самого Президента за его несговорчивость, всю его администрацию и кабинет министров в полном составе за их тугоумие и отсутствие толерантности не только к геям, но и к клонам, при этом клон не пощадил даже председателя Центрального банка. После этого клон-премьер быстро удалился, не ответив даже на вопросы собравшихся журналистов, которые желали подробнее знать о том, кто конкретно из министров замечен в интеллектуальной слабости, а кто в несговорчивости и нетолерантности.

Один великий адвокат мужского пола, которого в узких кругах почему-то ласково называли Машей, направил судебный иск против Главной Кремлёвской башни. Он обвинял её в малом радении за народ. Главным аргументом этого адвоката был отказ Башни по требованию демократической общественности передать власть собственному клону. За этот иск адвокат обозначил символическую цену суммой в один доллар. Под бдительными дулами видеокамер приглашённых журналистов Маша направил иск по почте прямо в Бас-манный суд. При этом свой иск адвокат сопроводил несколькими томами «доказательств». После этого Маша каждый день да-вал пространные интервью о том, что все судьи в Басманном ангажированные.

Российский министр иностранных дел устал отгонять, как надоедливых мух, иностранных дипломатов, которые приставали к нему, желая узнать, когда же все смогут порадоваться Клону, который возглавит Россию. «Типун Вам на язык! Отдохните от этой нехорошей мысли!» – дипломатично отвечал им министр.

Развалившийся было Евросоюз, спешно восстановив все свои организационно-политические структуры, принял в них и Россию, а вместе с нею и её членские взносы. Каждое своё заседание многочисленные комитеты и комиссии начинали с казуистически сформулированных вопросов российскому представителю, суть которых сводилась к следующему: «Запад смотрит на Россию в ожидании её Президента-клона. Запад смирится с любым Президентом, но главное, чтобы это был Клон. И когда Россия этим порадует Запад, то все санкции с неё будут сняты».

Во властной вертикали в дополнение к пятой колонне из либералов сформировалась шестая. Функционеры этих колонн перешли на учащённый график встреч со своими кураторами из Вашингтона и Брюсселя. Они согласовывали и координировали акции, направленные против сложившейся вертикали, а также выстраивали новую модель клонократического государства. Такое творчество родило документ потрясающей убойной силы. Этот документ регламентировал государственные должности, которые могли занимать простые клоны, владеющие визитной карточкой со специальной пометкой золотом «Clone» в верхнем правом углу и «Euthanized» – в левом нижнем. Совершенно необходимым усло-вием было также изготовление визиток в одной из стран Евросоюза, о чём однозначно свидетельствовала отдельная надпись мелкими буковками на обороте.

Букмекерские конторы объявили о приёме ставок сразу по нескольким пунктам. Один из основных пунктов вопрошал: удастся ли СМИ сломить очевидное сопротивление Президента в течение полугода? Ставки принимались в пропорции 10:1. Десять – за то, что удастся, и один – за то, что нет. Другой пункт проверял реакцию населения: придётся ли проводить общероссийский референ-дум по данному вопросу. Больше шансов отдавалось тому, что всё-таки нет. Третий пункт выяснял: согласие Главной башни на клонирование будет вырвано давлением СМИ, информационной войной и экономическими санкциями Запада или же продиктовано его собственной пробудившейся совестью. Ставки принимались попарно и в разных регионах шансы оценивались по-разному. На совесть, как на определяющий фактор, указывали только в Биробиджане. Самые матёрые букмекеры пошли ещё дальше: они предлагали угадать, приведёт ли к отмене санкций появление в России Президента-клона или же нет. Даже не спрашивайте, в какой пропорции принимались именно эти ставки. На отмену санкций ставили исключительно те, кто уже поставил на всё и больше уже не знал, на что поставить ещё оставшееся в заначке от жены. Всех удивила одна ма-аленькая и никому до сего момента не известная конторка, вздумавшая вдруг открыть приём ставок по несколько неожиданному вопросу: кто окажется в кресле Главной башни через месяц – клон или двойник? Все, даже весьма информированные люди, этому удивились, но некоторые всё же поставили сразу на оба исхода.

СМИ, в которых ещё оставались следы патриотических настроений, развернули было актуальную дискуссию о том, этично ли зарабатывать на таком судьбоносном для страны вопросе, однако голоса этих СМИ были слышны всё слабее.

Социологические опросы и замеры совершенно «независимых» агентств показывали неуклонное увеличение граждан, полагающих, что их Президент всё-таки должен пойти на эвтаназию, поскольку рядовому обывателю от этого будет только лучше. При этом продолжали сохраняться высочайшие рейтинги действующего Президента.

Электорат, привыкший к маразматическим лозунгам оппозиции, медленно сходил с ума. Подсознание тихо нашёптывало «простым людям», что верховная власть клона означает конец всему, а виртуальная среда, озверевшая от безнаказанности, ежедневно вопила: «Вся власть Клону!».

Среди маститых учёных возникла версия о том, что рост желающих Президента-клона обусловлен набирающим силу клонированием простых граждан, мол, «рыбак – рыбака»… Эту версию опрокинул некий маргинал, который в глобальной сети утверждал, что статистические данные растут в зависимости от экспоненциально увеличивающихся размеров финансирования агентств со стороны таинственного субъекта, которым уже занима-ется ФСБ России, однако никак не может его идентифицировать.

Чувствительный удар по планам разбушевавшихся двух колонн нанесла фракция клонов в Государственной думе. Совершенно неожиданно эта фракция, вскормленная на деньги Проекта, предложила всем одуматься, вспомнить историю и перестать шельмовать своего Президента. Фракция выдвинула свой лозунг: «Назад, к аристократии!», который был полностью поддержан возникшим из ниоткуда социальным стратом оригиналов и значительной частью вышедших из депрессии клонов. В результате чаша весов ощутимо стала склоняться в пользу Президента.

Подобное отвлечение внимания общественности от вопроса – быть или не быть президенту-клону – дало небольшую передышку президентской рати, но ненадолго.

 

Через несколько дней клон маленького уже приступил к своим обязанностям премьера и даже подписал несколько Постановлений Правительства, которые увеличивали социальные обязательства государства перед клонами. Процедура клонирования совершенно не нарушила почти дружеских отношений премьера с Первым лицом государства. Камеры постоянно выхватывали премьера из толпы сопровождающих Главную башню. Он шёл иногда не в ногу, но вполне себе поспевал за размашисто вышагивающим Первым.

Телеведущие оптимистично и радостно обращались к людям:

– Дорогие граждане россияне! Полюбуйтесь своим новеньким премьером! На его лице ни морщинки и ни пятнышка, а глаза горят так, что всем нам чертовски хочется работать. Видно, что он легко всё сможет контролировать! Слава Клону!

Нашего клона-премьера теперь регулярно сканируют, чтобы повысить точность его дальнейшего клонирования и главное – оздоровления.

Чувствуя в карманах приятную тяжесть от только что полученных наличных, телеведущие снова возвышали голос:

– Теперь очередь за Президентом! Народ хочет вечного Президента! Президент должен быть бессменным, для чего он и должен стать бессмертным! Вот идеальная форма правления! Мы любим своего Президента, поэтому ни монархия, ни аристократия, ни даже милая всем демократия, а только – Клонократия! Власть конкретного, определённого демократической общественностью раз и навсегда Клона! Клонократия хороша всем, и прежде всего своей стабильностью. А стабильность хороша тем, что в разных неприятных случаях всегда можно сделать нового клона. Также стабильность хороша своей экономичностью – не надо каждые четыре года тратить деньги на предвыборную кампанию, праймериз и, наконец, на сами выборы. Не нужны никакие замеры общественного мнения, рейтинги и всякое такое…

– «Эвтаназия, клонирование и власть Клона нашего Президен-та!» – вот единственно возможная формула успеха нашего государства. Именно это утверждают и наши партнёры из Евросоюза и Соединённых штатов. И с этим надо согласиться! – провозгла-шали теле- и радиоведущие.

Однако очередная икона журналистики, пытаясь в очередной раз разделить электорат, бесконечно задавала свой дерзкий вопрос:

– Но ведь Дума так и не приняла закон, разрешающий эвтана-зию. Значит, всё, что сейчас подают СМИ как подвиг премьера, есть не что иное, как нарушение закона и уголовное преступление со стороны тех лиц, которые исполнили якобы личное желание премьера.

Однако пресс-секретарь или его клон, снисходительно улыба-ясь, отвечал:

– Высокое положение премьер-министра даёт ему свободу самостоятельно принимать решение по своей эвтаназии без оглядки на законодательство, что он и сделал. И потом, все видели, что всё задокументировано, сделана даже видеозапись в присутствии уважаемых людей – Председателя Конституционного суда, Ге-нерального прокурора и Спикера Государственной думы. Это эпохальное событие в жизни нашей страны и мирового сообщества оформлено завершающим Протоколом. Таким образом, мы преподали урок не только Европе, но и Соединённым штатам.

– Вы хотите сказать, что всё это было согласовано с Руководством Евросоюза, Госдепартаментом США и одобрено нашим Президентом? – икона явно сбавляла обороты.

– А вот об этом узнайте у самого Президента! На этом интервью окончено!

Ведущий, комментирующий эту сцену, воспринял ответ как сенсационно-информационную интригу и поставил перед электоратом вопрос на голосование:

– Следует ли об этом узнать у самого Президента? Тогда звоните в студию по телефону номер «один». Или лучше у его пресс-секре-таря? В таком случае свою позицию обозначьте, набрав телефон номер «два». Наш опрос, конечно, не является строго научным, однако для нас Ваше мнение очень важно!

Эфир взорвался от бури звонков со всех концов огромной страны. Да, действительно, мнения электората разделились, при-мерно поровну.

 

Поиск оригинала премьера привёл оперов в роскошную кварти-ру на набережной. Дверь им открыл весёлый маленький человек, сильно напоминающий премьер-министра. Весёлый человек с готовностью пояснил, что он только похож на клона премьера, но на самом деле является запасным дублем. Опера долго изучали удостоверение в алой кожаной корочке, в котором значилось: «Запасной дубликат премьер-министра». Признаков подделки документа выявлено не было, но на всякий случай они вызвали эксперта.

Весёлый маленький настойчиво требовал, чтобы опера ознакомились и со справкой, которая прилагается к удостоверению. Справка была заверена красной печатью помощника премьер-министра и содержала следующий немудрёный текст:

«В соответствии с Постановлением Первого заместителя председателя Комитета по государственной эвтаназии (КГЭ) комиссия в составе из трёх уполномоченных осуществила эвтаназию господина премьер-министра при помощи разрешённого ядовитого вещества из списка КГЭ.

Изготовлен клон означенного господина. Одновременно в целях государственной безопасности и под наблюдением комиссии изготовлен запасной дубликат указанного клона. На скрытом под одеждой участке тела дубликата комиссионно поставлено клеймо в виде надписи «запасной». Вид клейма, место и способ его нанесения определены специальным постановлением Правительства. Нас-тоящим аутентичность дубликата клона гарантируется.

Физическое тело усопшего премьера утилизировано в установленном порядке с помощью соляной кислоты высокой концентрации. Полученный раствор, предварительно разбавлен-ный, направлен в канализацию».

Дата, три подписи (неразборчиво),

красная круглая печать помощника премьер-министра.

 

Убедившись, что опера ознакомились с документом, «запасной» с готовностью продемонстрировал клеймо на интимном месте и не без гордости заметил:

– Все ходы записаны в строгом соответствии с законом!

– Но ведь бывший помощник премьер-министра сейчас находится в Великобритании, где просит политического убежища, – вдруг вспомнил один из оперов.

– Об этом мне ничего не известно, – скромно ответствовал запасной клон. – Да и не моё это дело.

 

Опера повертели справку в руках, посмотрели её на просвет и вернули дубликату. Тот немедленно вытащил ещё одну справку и заявил, что это – последняя. Текст справки также потряс оперов, как и предыдущие документы. Справка гласила:

«Предъявитель сего, настоящий дубликат клона премьер-министра,  наделяется безотзывным правом на 1 (один) укол стимулирующего действия, квалифицируемый как политический допинг. Укол делается в утренние часы в мягкие ткани специально выделенным для этих целей медбратом высшей квалификации. Применяется исключительно разрешённое для этих целей лекарство из списка КГЭ.

Удостоверенное настоящей справкой право на укол имеет безусловный иммунитет на всякого рода секвестры, сокращения, уплотнения, изъятия и упразднения.

Укол обеспечивает работоспособность премьер-министра исключительно в указанной должности в течение 8 часов светлого времени суток (рабочего дня).

Дубликату клона разрешён один дополнительный стимулирующий укол в личных целях, оплачиваемый из собственных средств дубликата».

Справка была скреплена той же красной печатью и заверена подписями той же комиссии и в том же составе.

– А где медбрат? – задал глупый вопрос опер.

Шторы в глубине кабинета раздвинулись, и на обозрение присутствующим выдвинулся упитанного вида дядя в белом халате со шприцем в руке.

– К вашим услугам, – сказал медбрат. – Хотите попробовать стимулирующий укольчик, господа опера? Ощущения будут непередаваемые, но зависимости при этом не возникает. Отечественная разработка, включает только природные ингредиенты. Мы тут сэкономили, и вам как раз по одной инъекции хватит!

 

…Были установлены и допрошены члены комиссии, которые подтвердили, что ведётся розыск участников и организаторов КГЭ, впрочем, без особой надежды на успех.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ...



[1] ДУБ – дистанционный управляющий блок.

 

[2]Законник (жарг.) – «вор в законе», криминальный авторитет.

 

[3]Огненного русского (англ.)

 

Корзина

  • Товаров:0
Культурно-исторический календарь