Андрей Одинцов. «Леди Акация, или проект «Вечность»

Клонократия как новая светская вера

Держи вот этот подорожник –

как врежу, сразу приложи

 

Закрытый брифинг проходил в огромном загородном конференц-зале на территории проекта «Вечность». В фойе уже стояли бокалы французского шампанского с трюфелями для дам и рюмки французского коньяка с неизменной долькой лимона – для мужчин. Праздничный стол ломился от яств, но никто не прикасался к искусно выложенным деликатесам. Избранные присутствующие ждали появления академика.

Герой дня появился с небольшим опозданием. На его груди красовалась увесистая золотая цепь с кулоном в виде петлеобразного креста. Петля креста держала огромный чёрный бриллиант.

Академик Скопус выступал, как всегда, кратко и по-деловому:

– В соответствии с решениями Президента я теперь нахожусь как бы в своего рода золотой клетке, но мне это не помешает, поскольку я и отсюда смогу выполнять всё, что нами запланировано. А вот чрезвычайные полномочия, которыми нас наделил Президент, пришлись очень кстати. Я имею в виду «расплодившихся» оригиналов.

Присутствующие встретили слова академика сдержанными аплодисментами.

– Вечность для людей хоть и соблазнительна, но все должны понимать, что на самом деле вечность – это только хороший предлог для того, чтобы заставить людей стройными рядами пойти на массовую эвтаназию. Это необходимо для того, чтобы, наконец, вытеснить их из этого мира.

Избранные с удовольствием слушали развитие академиком такой «сладкой» темы, а он продолжал, смакуя:

– Я дам миру новую глобальную идеологию, которая не только будет успешно конкурировать с либерально-демократической, но и быстро победит её. Эту идеологию я назову клонократией. Я построил её по всем правилам жанра. Ещё Карл Мангейм ввёл в оборот современное техническое понятие идеологии как социального знания правящего класса. Он же выделил главный признак идеологии – её двойственную структуру, – академик окинул присутствующих сияюще-демоническим взглядом.

– Двойственную структуру! – восхитилась Валентина, и, не в силах больше удерживать внутри себя тайну, встала со своего кресла в первом ряду и, играя телом, прошлась перед сценой. Теперь все увидели, что у неё в декольте уютно устроился точно такой же «Карлофф Нуар». Некоторые эстеты сразу же придумали для себя игру, наблюдая, какому из двух прелестных яблочек пресс-секретарского бюста бриллиант отдаёт предпочтение. Они не знали, что это всего лишь копия.

– Как известно, идеология состоит из двух частей, – продолжал академик, – ядра с формулами для правящих и оболочек, которые представляют собой утопию, то есть набор правил для управляемых. Ядро содержит истинный смысл идеологического управления, которое скрыто не только от управляемых, но и от большей части управляющих. Это ядро доступно только высшей касте правящих. В нашем случае идеологическим ядром и смыслом управления является вытеснение людей из физической реальности и замещение их совокупностью негуманоидных сообществ. Здесь главное – не содержание, а сам факт реализации в деятельности. И, конечно, людям этого знать не следует, потому что это не только вредно для них, но и даже опасно. Ядерные идеологические формулы управляемым непонятны и неинтересны, поскольку выражены на чуждом для них языке.

Утопическая оболочка идеологии в нашем случае представляет собой возможность бесконечного, хоть и интерактивного продления жизни для каждого отдельно взятого человека. Если хотите, это туманная перспектива вечной молодости, которая достигается путём клонирования. Подобная перспектива нравится человеческому стаду, потому что она ему близка и понятна.

Утопия маскирует наше идеологическое ядро и даёт нам возможность управлять людьми в обход всякой демократии и даже в обход государственной вертикали, – демонизм во взоре академика достиг своего пика и грозил перейти в свою противоположность, однако сам Скопус этого пока не замечал.

– Англосаксы успешно заместили традиционную религию её суррогатом в виде так называемой демократии, которая выступает в качестве светской веры. Однако правящие кланы её не исповедуют. Их идеологическое ядро – это достижение власти и мировое господство. Подобная идеологическая конструкция навязывается большинству стран мира не только средствами финансового и информационного доминирования, но и силой оружия. Англосаксы трудились над этим в течение нескольких веков, а нам хватит несколько лет. Мы внедрим клонократию как новую светскую веру, как управляемый религиозный суррогат, имеющий функцию утопии в создаваемой нами идеологической конструкции. А в силу того, что наша утопия привлекательна как для Запада, так и для Востока, нам её навязывать миру не придётся. И в этом наше колоссальное стратегическое преимущество!

Речь академика лилась непрерывным потоком, что говорило о его чрезвычайно сильной связи с Лунным Суперкомпьютером. Это несколько пугающе действовало на собравшихся, поэтому неко-торые из них даже постарались незаметно передвинуться поближе к выходу.

К трибуне подошёл святой Валентин и, пользуясь риторической паузой, что-то сказал академику. Тот тряхнул головой и побед-ным взором оглядел присутствующих. Совместная медитация на тему окончательной победы негуманоидов над землянами проходила вполне успешно.

– Хватит делать вид, что правящей элитой является какая-то якобы лучшая часть человечества – хоть по расовым, религиозным или национальным признакам или же по государственной принадлежности. Правящей элитой являемся именно мы – осознавшие себя истинными негуманоидами, и нам уже более не надо этого скрывать. Кто найдёт в себе достаточно силы сказать: «Я негуманоид!», тот с полным правом может причислить себя к новой правящей мировой элите и сможет пользоваться всеми бонусами, льготами и преференциями создаваемого нами нового мирового негуманоидного порядка.

Скопус снова победно оглядел зал. Присутствующие представители и посланники испуганно притихли, шок от услышанного не могли в достаточной мере смягчить даже неточности перевода. Пора было переходить к техническим деталям.

– Ранее нам удалось добиться господства над людьми в сфере их психики. А теперь мы переносим главное сражение на новое, социальное поле. Под соусом продления жизни люди заразятся идеей клонирования и дружно начнут подавать заявки на эвтаназию, да ещё и заплатят за это деньги. К этому времени у нас должно быть достаточно установок для этого.

– It’s brilliant! – судорожно вздохнули западенты, официальные посланники стран-партнёров из Евросоюза. Им вторили спецпредставители.

– Это не просто гениально, а конгениально и родственно по духу! – на ломанном русском воскликнул прибывший инкогнито американский профессор – знаток и истинный ценитель русской севрюги горячего копчения, он этого и не скрывал.

– Это и есть моё аутодафе и миссия во славу негуманоидного мира! – патетически воскликнул академик. – Миссия, которую возложил на меня наш Создатель – Суперкомпьютер.

Присутствующие благоговейно внимали... Насладившись произведённым эффектом, Скопус резко понизил накал своего выступления и уже не так торжественно продолжил:

– Мы так и не создали биокомпьютер, который мог бы существовать более ста лет. По истечении этого срока структуры биокомпьютера в физическом теле человека быстро изнашиваются и их эффективность ослабевает. А это значит, что начинает управлять телом сам человек, как они выражаются – его «сущность», что для нас, безусловно, неприемлемо.

Согласно сложившейся практике, после смерти человека мы утрачиваем его как источник энергии, и поэтому нам приходилось искать новый источник питания. Остановив развитие людей, мы рисковали утратить человечество вообще как источник дармовой энергии. А ведь все мы давно привыкли к деликатесной человеческой энергии, которая поступала почти сразу, после возбуждения подходящей случаю субличности человека-носителя.

Существуя в течение миллионов лет по нашим правилам и в соответствии с нашими негуманоидными ценностями, люди нарастили огромную массу энергий эго, с которыми им трудно расстаться, потому что теперь это уже их энергии. По крайней мере, они считают эти энергии своими. А не преобразовывая эти энергии, человечество не может вернуться в своё первоначальное челове-ческое состояние. В этом и заключается великий и глобальный парадокс нашего линейного времени.

Им, то есть людям, гораздо проще жить по сложившимся правилам и следовать привычным стереотипам в этой огромной массе наших, негуманоидных, но отлично усвоенных ими энергий. Иначе для преобразования этой массы энергий придётся прикладывать титанические усилия. Конечно, никому этого делать не хочется, потому что мешает элементарная лень, привычки, а также стереотипность существования. «Само всё образуется!» – вот тезис современности. Люди уже, как истинные негуманоиды, способны только рассуждать о жизни, в реальности же они не живут, а только существуют. Да и потом, любые перемены пугают людей, что свидетельствует о высокой эффективности работы внедрённых в них наших базовых энергий страха. На этом позвольте завершить моё выступление и пригласить вас, уважаемые гости, к столу.

По пути к праздничному столу Валентин не преминул попытать научную диву о вожделенном камне.

– Так у кого настоящий камень? У тебя или академика?

– Это секрет!

– А зачем нужен этот маскарад с двумя «Карлофф Нуар»? Кому понадобилась копия?

– Ты что, не понимаешь? Для сохранности камня!..

– Господа, продолжим нашу беседу за праздничным столом! – гостеприимно провозгласил академик. Гости сплотились, проявили неожиданную организованность и мягко рассредоточились по местам.

Американский профессор, размягчённый севрюгой, величественно поднялся из-за стола и начал свою приветственную речь:

– Лорд Ри! – обратился он к Скопусу, но, поймав предостерегающий взгляд академика, поправился:

– Уважаемый Ринц Хиршович! Мы с огромным вниманием наблюдаем за вашими поистине героическими усилиями, направленными на продление жизни современного человека. Нас поразило и одновременно вдохновило известие о том, что вам удалось осуществить клонирование человека. Более того, вы запустили глобальный проект под названием «Вечность». Таким образом, сбываются мечты Человечества! Мы восхищены вами! Мы с вами мысленно вместе! Мы с вами, как птички на одной жёрдочке! – профессора явно понесло.

Но тут к нему быстро подошла святая Валентина и стала что-то жарко объяснять на ушко, усиленно демонстрируя свой анкх с бриллиантом. Наверное, бриллиант профессора увлёк, поэтому он чинно удалился под ручку с научной дивой в штабной номер. У Ринца Хиршовича отлегло, ведь этот американский профессор мог и скомпрометировать Проект. Тем временем присутствующие жаждали ответов на возникшие у них вопросы принципиального характера.

Кто-то спросил:

– А если оригинал по какой-либо причине не окончит свои дни, а останется в живых при выращенном клоне?

– Скорее всего, такой оригинал сойдёт с ума, – авторитетно заявил академик. – Современный человек уже привык к своей личности и отождествляет себя с ней. Умерла личность или же, как в нашем случае, перетекла в клон, значит, умер и человек – таким образом он ощутит этот процесс. Ощущая ужас продолжающейся смерти, он просто сойдёт с ума.

– Это в том случае, если сущность человека не успеет взять бразды правления в свои руки? – с ужасом переспросила какая-то дама.

– Величайшие из людей утверждают, что у современного человека сущность спит. Чтобы её разбудить, нужно что-то вроде атомного взрыва в физическом теле, после которого не останется и самого тела. В этом случае не останется и нашего Центра «Вечность», а посему опускаем этот вопрос…

Настроение академика немного испортилось, но тут же он услышал следующий вопрос:

– А лунный Суперкомпьютер дал санкцию на осуществление проекта «Вечность»?

– Запомните: в нашем негуманоидном мире всё делается только с санкции Суперкомпьютера! – торжественно провозгласил академик.

– То есть мы должны успеть осуществить наш Проект, пока люди как бы спят? – догадался кто-то.

– Накопительства тайн, то есть наши мудрецы, за миллионы лет прочно убаюкали человечество. Мы победили человечество не только в межзвёздной войне, главное – оно стало жить по нашим законам. Мы победители! И наш Закон требует, чтобы мы не делили эту планету ни с кем, поэтому надо очистить Землю от людей. Причём интеллигентно и по их собственному истовому желанию, за их же собственные дензнаки. После этого мы сможем поселить на ней чистых негуманоидов. Технические возможности уже позволяют нам создавать биокиборгов. А люди пусть живут вечно, только в мире ином, о котором они так мечтают – и довольный своим тонким намёком на толстое обстоятельство, академик неожиданно высоко и дробно заблеял.

– А как же сама Земля отреагирует на это? А вдруг она действительно живая?

– Ты что, изображаешь из себя человека? – почти искренне возмутился Скопус, зло глядя на задавшего этот дурацкий вопрос. – Земля всегда против, но только мы её не спрашиваем, потому что мы не ждём милостей от природы, а берём их у неё. Повторяю: мы не спрашиваем Землю, а действуем по указаниям Суперкомпьютера, который на Луне!

– Это нам известно, – с достоинством, картавя, произнёс какой-то иностранец. – Мы же не зря пятнадцать миллионов лет назад потратили столько дефицитной энергии, чтобы втолкнуть наш флагманский корабль под названием «Лу-ун-на-а» на земную орбиту и расположить его фронтально, лицом к Земле.

– А если мы, негуманодиды, такие крутые, что же мы до сих пор не убаюкали человечество до смерти? – спросивший явно выразил современное желание потребительского общества прийти на всё готовое.

– Мы бы убаюкали, если бы нам не мешал всё время этот Объект, который постоянно возрождался под разными именами – Икара, Люци-фера, Прометея, Космы Минина и так далее, – академик помимо собственной воли унёсся мыслями в далёкое прошлое.

– И как же он мешал, этот один в поле воин?..

Но академик уже был настроен на лирический лад, и даже такой глупый вопрос не мог сбить его с мысли:

– Древний Икар отравил зерном человечности наших инкубаторных бойцов, а затем пожертвовал собственной жизнью для того, чтобы перевести планету Арлес на новую орбиту под защиту Солнца и сохранить на ней Человеческую цивилизацию. Люци-фер прекратил психические войны Атлантиды с Лемурией и Гипербореей. Прометей подарил одичавшим людям огонь. Косма Минин в Смутные времена объединил рассорившихся русских для отпора захватчикам. Ну и так далее…

– А сейчас этот Объект жив?

– Сейчас их называют Огненным учителем.

– А почему «их»?

– А потому что теперь это пара – мужчина и женщина – две половины Человеческого существа, которые объединились.

– Не понял, а почему пара? – настаивал собеседник. Он, похоже, уже перепил «очень старого» армянского коньяка.

 – Да вы что, даже этого не знаете? – почти искренне изумился академик. – У людей человеческое существо – это пара, мужчина и женщина. У нас, негуманоидов – самостоятельно осмысленно действующее существо – это сообщество, примерно от 10 тысяч до миллиона особей.

– А что лучше?

– Накопительства тайн до сих пор спорят, однако остаётся пока туманность и неопределённость, – это был ещё один из способов интеллектуального ухода академика от вопросов. 

Мнения присутствующих по означенному вопросу тоже разделились. Тем временем Скопус пригласил их в дальний угол своего огромного кабинета, где у журнального столика под пальмой сидел молодой человек и поглаживал стопку толстых фолиантов с тиснёной золотом надписью «Проект Вечность».

– А это наш компьютерный гений, а зовут его Евгений! – представил молодого человека академик. В приступе игривости он был склонен к простеньким рифмам. – Евгений продемонстрирует вам документы, иллюстрирующие сказанное мною, и даст необходимые комментарии по техническим деталям Проекта.

Перенасыщенные информацией члены делегации с облегчением и долей наигранного умиления рассматривали свежее молодое лицо с явно естественными, то есть некрашенными, блондинистыми волосами. Затянувшуюся паузу снова прервал академик.

– Коллеги, хочу также обратить ваше внимание на понятие так называемого человеческого Бога. Когда-то контролируемый нами гуманоид обманул своего Бога. Сегодня мы снова нашли способ, как обмануть Бога людей. И это мы сделаем через их же клоны.

– Но почему такой значимый для нас Проект мы начинаем в России? Ведь его легче было бы осуществить в любой западной стране.

– Россия имеет особое значение для судеб человечества. Проект, реализуемый в России, не будет иметь препятствий в мире. А начав Проект в любой другой стране, мы неизбежно спровоцируем «просыпание» русских и наткнёмся на их сопротивление. Поэтому и начинаем Проект мы именно с России, а отсюда распространим его и на весь мир.

 

Скопус на очередном утреннем совещании говорил сотрудни-кам:

– Появление первого восстановленного расценивается широкой научной общественностью как безусловный успех Проекта. Мы пробудим ещё десять-пятнадцать экспериментальных клонов и в случае успеха перейдём к основной фазе Проекта, – и он окинул членов своей команды орлиным взглядом. Академик чувствовал себя орлом, однако его подбородок оказался лишь немного ниже носа, а щёки – слишком большими, поэтому орёл сильно смахивал на попугая. Завистники и всякие недоброжелатели тайно называли его «какаду».

– Итак, подчёркиваю: сразу после завершения эксперимен-тальной фазы мы начнём массовое изготовление генетических матриц людей.

Я пока не понимаю, почему у первого восстановленного так отчётливо акцентированы эгоистические проявления, которые он с такой готовностью выкладывает потрясённой общественности. Наверное, придётся его корректировать.

– А когда мы получим одобрение общественности, то сделаем акцент на клонировании представителей рискованных профессий и элиты общества или же сразу перейдём к массовому клонированию? – спросил Валентин.

– К массовому клонированию мы пока не можем перейти, потому что у нас не хватает оборудования. А когда появится уверенность в отработанности технологии на «рискованных», то займёмся чиновниками и олигархами. И только охватив их на сто процентов, перейдём к массовому клонированию.

– Зачем клонировать этих уродов – чиновников и олигархов? – возразил кто-то.

– Но ведь именно эти уроды, как вы выражаетесь, управляют страной. К тому же, олигархи – это холуи денег, а чиновники находятся не только в плену денег, но и собственных властных полномочий. В этих людях больше, чем в других, проявлены наши негуманоидные качества, поэтому они наиболее ценны для нас.

К тому же, как только элита будет нашей, мы сможем управ-лять не только этой страной, но и миром, – завершил руководитель Проекта.

 

 

Вызволение

Обидеть Таню может каждый –

не каждый сможет убежать

 

Прошло уже около трёх дней пребывания Первого клона дома с ничего якобы не подозревающей Хельгой. Однако со времени катастрофы женщина относилась ко всему происходящему с недоверием и подозрением. Хотя клон и был похож на мужа, как две капли воды, но Хельга интуитивно чувствовала, что перед ней – совсем другой человек.

Однажды клон попытался вступить в свои супружеские права.

Всё происходило, как во времена первых свиданий: цветы, ужин в ресторане, неторопливая беседа за бокалом вина...

Хельга окончательно поняла, что перед ней чужой, когда клон попытался её обнять. На первый взгляд это было обычное объятие, но Хельга почувствовала какую-то холодность и отчуждённость.

– Вы не Мигель! – сказала она, резко отстраняясь.

Клон в растерянности открыл рот. Такой реакции у Мигеля не было.

– Где Мигель?! – воскликнула Хельга. Только теперь она поняла весь ужас происходящего.

Клон, наконец, взял себя в руки и предложил почти так же, как говорил это Мигель:

– А давайте включим телевизор!

– Зачем?

– Вы всё поймете сами, – обращение на «Вы» ещё больше отдалило от него Хельгу.

По первой программе повторялось интервью теледивы с Первым клоном.

 

Клон пытался убедить жену пилота аргументами, доступными его пониманию:

– Я, конечно, понимаю и высоко ценю Вашу верность и преданность своему мужу, но ведь он уже мёртв. 

– Пропал без вести, – поправила его женщина.

– Пусть пропал без вести, но прошло уже много времени, и поиски результатов не дали, а я его преемник во всём. Вот мои документы, по которым я являюсь Вашим мужем, притом две трети имущества принадлежит мне, – похоже, он считал этот аргумент решающим.

– Мне надо подумать, – дипломатично ответили жена пропавшего пилота.

 

– Мы всесторонне обследовали клон пилота, – говорил академик господину Конспираторову, который курировал Проект по линии спецслужб, – и пришли к выводу, что сохранение жизни оригиналу чрезвычайно опасно для нашего Проекта.

– И что же вы собираетесь делать с пилотом? – Конспираторов весь подобрался, прекрасно понимая, что в случае огласки для него персонально вся эта затея кончится, в лучшем случае, тюрьмой. Скопус, как истинный физиономист, давно наблюдал за единственной морщинкой, нарушавшей розовую гладь лба доблестного куратора. Этот знак указывал на то, что куратор был просто приспособленцем, которому казалось, что он везучий. На самом деле его нерешительность и боязнь брать на себя ответственность являлись лишь его способом выживания. У таких не бывает взлётов и падений, поэтому подобных людей обычно используют на секретной работе. 

– От пилота надо избавиться. Конечно, ситуация находится под пристальным вниманием СМИ, поэтому просто устранить его нельзя. Но мы постараемся задержать его в нашем Центре и постепенно…

– Постепенно – это хорошо, – куратор явно ухватился за это слово «постепенно», как за соломинку. И решил «срочно бежать, чтобы доложить об этом своему руководству, которое и решит всё само».

«Да, с этим куратором каши не сваришь, – в свою очередь подумал Скопус. – Надо подобрать человека покрепче».

 

Хельга узнала из промелькнувшего в СМИ сообщения о том, что Мигеля обнаружили в тайге, и решила добиться разрешения на посещение его в госпитале Медицинского центра проекта «Веч-ность».

Главврач объяснил ей, что пилот находится в тяжелейшем состоянии и большую часть времени спит. Однако Хельга не успокаивалась, настаивая на посещении, считая, что оно пойдёт Мигелю на пользу.

Врач согласился, зная о большой дозе снотворного, от которой пилот не проснётся. Однако почувствовав присутствие жены, Мигель вдруг открыл глаза… После непродолжительной беседы супруги решили, что любым образом Мигелю нужно выбираться из этого «госпиталя».

 

Хельга стала настаивать на выписке мужа домой. Главврач отказал ей под предлогом, что у неё уже есть муж.

– Это не мой муж, а клон, – говорила Хельга.

– Клон лучше, потому что это тоже Ваш муж, но только обновлённый, то есть он здоровее и даже половая потенция у него больше, – убеждал Хельгу врач, считая последний аргумент самым весомым.

– Мой муж лежит у вас на больничной койке, и я хочу его забрать домой, потому что там ему будет лучше, – настаивала Хельга.

– У Вашего старого мужа все системы уже изношены, а новый рвётся в бой! У него все системы и органы выращены заново! Вы просто не понимаете, как Вам повезло! Миллионы женщин мечтают оказаться на Вашем месте! – продолжал убеждать Хельгу главврач.

– Мне нужен именно мой муж, а не новый! Я не хочу жить с суррогатным клоном, когда у меня есть мой собственный живой муж!

– Посмотрите на розовощёкое лицо Вашего нового мужа – на нём ни одной морщинки! Мы вернули Вашему мужу молодость, «когда все члены были гибки, за исключеньем одного…», – главврач не удержался от цитирования стихотворения, которое в последние годы стало ему так близко.

 

Добиваясь выписки мужа, Хельга пришла на приём к руководителю группы медицинского обеспечения Проекта. Профессор господин Похоронов просто воплощал саму любезность.

– Вот отменный шоколад, попробуйте. Что касается питания, государство нас балует, ведь мы занимаемся вечностью.

– Благодарю Вас.

– Вы-таки и есть супруга нашего пилота-героя, попавшего в катастрофу?

– Да, я его супруга.

– Мои соболезнования...

– Благодарю, – тон Хельги превосходил холодность соболезнований.

– А какая у Вас специальность? – резко сменил тему профессор.

– Я психолог и преподаю в вузе.

– Отлично! Это то, что нам надо! Мы создаём для населения серию образовательных программ, которые ориентированы на самые разные возрастные и профессиональные категории. И я приглашаю вас к себе в штат. Зарплата у нас как минимум втрое выше, чем в любом, самом «топовом» вузе, а социальный пакет – просто закачаешься. На работу Вас будут возить в специальном автобусе, который останавливается у Вашего дома. При выходе на пенсию у Вас будет пенсионное обеспечение государственного служащего с сохранением поликлиники и всего пакета… А что касается Вашего бывшего мужа, – позвольте мне условно так его называть – он сейчас находится на обследовании, и все данные указывают на то, что он не сможет вернуться в нормальной жизни… Нам, конечно, очень жаль… Но это не должно Вас расстраивать, потому что мы вырастили для Вас новый превосходный экземпляр мужчины. Он по всем параметрам превосходит прежнего, и период вашей взаимной «притирки» составит, по нашим оценкам, не более недели.

И профессор нажал на кнопку внутренней связи.

– Зайдите, надо принять заявление о приёме на работу.

В кабинет вошёл молодой человек – воплощённое холуйство. Холуйство сгибало ему спину, делало заискивающим взгляд, а внутренняя подлость превращала в жалкое подобие человека.

– Я помощник Петра Ефимовича и готов помочь Вам оформить все необходимые документы, – Хельга увидела в его глазах нечто, похожее на садизм.

– Верните мне мужа! – в её голосе появились несвойственные ей истерические нотки.

– Вы тут поворкуйте, а я сейчас вернусь, – сказал профессор, выходя из кабинета.

 

– Да ты не выкобенивайся! – в отсутствие профессора помощник резко перешёл на оскорбительный сленг. – Забирай нового мужа, пока дают. Старый муж уже вышел в тираж, а новый получил государственную награду и находится на хорошем счету… Да и всё, что надо, у него новенькое… – и помощник гнусно захихикал.

От такого обращения Хельга замерла в полушоковом состоя-нии.

– К тому же, закон разрешает большие скидки при клониро-вании также членов семьи ценных для государства лиц вследствие их смерти. В твоём случае мы всё это сделаем вообще бесплатно.

– При условии моей добровольной эвтаназии, конечно, – из последних сил съязвила Хельга.

– Откуда ты знаешь про эвтаназию? – удивился помощник.

– Догадываюсь.

– Конечно, эвтаназия пока добровольная, но ты можешь выбрать: клонироваться с эвтаназией или без неё. И это тоже пока бонус. Очень скоро эвтаназия будет проводиться в принудительном порядке. И что особенно приятно, во всех случаях твоя доля на собственность сохраняется, поскольку, как жена вынужденно клонированного, ты по закону относишься к особой категории граждан и находишься у нас в привилегированном положении.

Кстати, по твоему желанию у твоего клона мы можем поправить фигуру, избавить его от целого ряда заболеваний и скинуть ему лет, эдак, десять-пятнадцать, чем ты приятно сможешь удивить любого своего полового партнёра. Если же ты предпочтёшь продолжить своё существование в виде оригинала, то твоего клона мы подарим твоему бывшему мужу, как утешительный приз. Решайся!

– Мне надо подумать, – устало сказала Хельга.

– Короче, предлагаю в последний раз, – зло сказал помощник. – Иначе мы быстро подберём клону твоего мужа новую женщину. У мужчины с такой завидной профессией и статью недостатка в них не будет!

– Я люблю своего мужа, и я его вылечу! – воскликнула Хельга.

– Ну и лечи тогда! – согласился помощник. – А по нашим законам – раз врач сказал: морг – значит, морг…

 

В этот момент вернулся профессор.

– Ну, как ваши тёплые и дружественные переговоры? Достигнут консенсус?

– Как это ни прискорбно, наши переговоры зашли в тупик, – потупившись, ответило воплощение холуйства.

Профессор строго и напористо продолжил:

– Ваш муж представляет огромный интерес для науки, поэтому мы должны оставить его здесь! К тому же, возможны рецидивы неприятных состояний.

– Я напишу отказ от всяких претензий!

– Этого недостаточно. Интересы науки выше интересов отдельного гражданина.

– А как же Конституция?

– Конституция написана для всех и для повседневной жизни, а эта ситуация внештатная, поэтому не подпадает под Конституцию. К тому же, у нас имеется солидная нормативно-правовая база для регулирования подобных вопросов.

– Учтите, если Вы не примете клона в качестве мужа, то Вам придётся пройти ряд неприятных процедур, которые предусмотрены не в Вашу пользу.

– Что за процедуры? – удивилась Хельга.

– Например, раздел совместно нажитого имущества. Ваша с мужем квартира перейдёт во владение клона, который теперь занимает определённое служебное положение. Также будет определён порядок общения с детьми, если клон захочет взять их себе. В соответствии с законодательством он имеет в этом приоритет независимо от возраста детей.

– Но ведь детям, особенно младшему ребёнку, нужна мать?!

– Так же, как и отец, – ехидно добавил помощник.

Профессор протянул Хельге пропуск на выход.

– Итак, вам три дня на размышление! А теперь Вы свободны.

 

Говорил представитель Космического центра:

– Наше руководство настаивает на переводе найденного пилота Полётова в ведомственный госпиталь, который больше приспособлен для лечения пострадавшего. К тому же, нам известно, что своё обследование вы уже провели. Значит, у вас нет оснований задерживать пилота у себя. По закону именно мы обязаны провести ему курс восстановления и реабилитации. Кроме того, нам нужны его комментарии к собранным научным данным.

– Хорошо, мы передадим вам его, но после реабилитации он должен вернуться к нам, – отчаянно сопротивлялся академик.

– Да, мы ещё обязательно вернёмся к этому разговору, – согласился представитель КЦ.

 

Впервые за долгое время Мигель вышел в парк. Было уже лето. Насыщенный ароматами тёплый летний воздух приятно окутывал его.

Липовая аллея привела Мигеля к небольшой цветочной клумбе. Его внимание привлекли набухающие бутоны перламутрового пиона. Если раньше Мигель воспринимал цветы просто как яркие душистые пятна, то теперь ему захотелось рассмотреть каждый бутон, ощутить его благоухающую свежесть. Вокруг куста пиона разливался лёгкий аромат. Сияющие капли утренней росы усыпали нежные лепестки, на которых капли, словно самоцветы, перелива-лись всеми цветами радуги. Словно живые, капли лениво нежились на утреннем солнце. По лепесткам деловито сновали крошечные муравьи. Мигель с умилением наблюдал, как они, шевеля усиками, неторопливо исследуют поверхность бутона, изредка встречаясь и разбегаясь. Было забавно наблюдать, как муравьи ловко маневрируют между сверкающими самоцветами, иные из которых по размерам значительно превосходят самих муравьёв. Мигель, как зачарованный, смотрел на всё это великолепие – ему трудно было отвести взгляд. А бутоны, будто чувствуя восхищённый взгляд человека, стали один за другим медленно и торжественно раскрываться…

 

Выписавшись из госпиталя, Мигель поехал на космодром. Он чувствовал себя хорошо. Когда его пригласили обсудить научные данные, полученные в ходе космической экспедиции, то он удивился:

– У вас же есть мой клон, который всё помнит?!

– Да, конечно, он даже теперь на твоём месте работает и возглавляет группу пилотов №1 – на этом настояло Правительство. Но этот клон за информацию, как за дополнительные услуги, запрашивает бешеные деньги. Поэтому мы и ждали тебя. Да и вообще хотелось повидаться!

 

Встреча с самим собой

Олегу не везло настолько,

что даже лифт ушёл в депо…

 

Мигель с коллегой зашёл в ресторан космодрома и вдруг увидел за соседним столиком себя… Ему стало как-то неуютно.

– Вы ещё не знакомы? – удивился коллега. – Хочешь, представлю тебя самому себе?! Обычно редко кто встречается со своим клоном.

– Да, давай устраним это белое пятно в моей биографии, – согласился Мигель.

Первый контакт оригинала и его клона прошёл весьма продуктивно: каждый открыл в себе что-то новое и неведомое.

– Что ты намерен делать? – мягко поинтересовался пилот у клона.

– Буду вступать в свои права и действовать в соответствии с законом. Мне всё не только объяснили в Центре проекта «Вечность», но и снабдили всеми необходимыми документами, – гордо сообщил клон.

– Что ты имеешь в виду?

– Да всё очень просто: я – теперь ты. И вместо тебя – я приступил к выполнению твоих, то есть своих служебных обязанностей. Начальство меня ценит, спасибо тебе, – клон-двойник изо всех сил старался быть справедливым.

– А что с жильём?

– Не обижайся, всё строго по закону. Сменю замки в квартире и на даче, чтобы у тебя не было искушений. Продам твою машину и куплю себе новую, получше. Социальный пакет мне от тебя достался тоже неплохой.

– А как ты видишь будущее моей семьи? – перешёл к наболевшему Мигель.

– Видишь ли, ко мне перешли не только твои права, но и твоя ответственность за жену и детей. Я уже познакомился с твоей женой – это теперь моя жена, и я стараюсь заслужить её расположение.

– Получается?

– Пока не очень. Но я не тороплюсь. Стерпится – слюбится… Не беспокойся, никакого насилия.

Мигель угрюмо промолчал.

– А что, мне твоя жена нравится, – бодро сказал двойник. – Да и дети приличные и хорошо воспитаны. Так что я не стану отказываться от своих прав. Да это по закону и не поощряется.

В прежние времена подобное заявление привело бы Мигеля в бешенство и его автору не поздоровилось бы. Железобетонность удостоверения пилота распространялась на многое, в том числе и на подобные случаи. Теперь же, наблюдая за собой как будто со стороны, Мигель с удивлением почувствовал грусть, смешанную с весельем…

– А как дети к тебе?

– Да я надарил им подарков, и, по-моему, они ни о чём не догадываются.

– Ты хочешь сказать, что в жизни моей семьи мне больше нет места? – вопрос Мигеля прозвучал жёстко, и он даже почувствовал, как внутри него снова зашевелилась маленькая обезьянка.

– Успокойся. Ничего личного. Это всего лишь необходимые условия моего благополучия, а также благополучия твоей жены и детей. Я дал подписку. Почитай Указ о социальной адаптации клонов. Там всё изложено. Извини, такова жизнь, – в глазах клона тоже появилась жёсткость. Мигель увидел, что сидящая перед ним большая обезьяна была уже вполне сформировавшейся особью. И хотя это не испугало Мигеля, но навело на невесёлые мысли о Хельге, поэтому он умерил нажим.

– Мне надо увидеться с семьёй.

– Это будет нарушением закона…

Обезьянка внутри Мигеля расправила плечики и стала расти в размерах, а обезьяна клона – напротив, сделалась вдруг тихой и покладистой.

– Впрочем, думаю, здесь мы можем сделать небольшое отступление от правил… – согласился двойник.

– Благодарю.

Неожиданно для себя Мигель услышал чьи-то незатейливые мысли и, поняв, что это мысли клона, деловито подумал.

«О! Да у меня, кажется, открылись телепатические способности! Конечно, это же моя копия! Интересно, а других людей я тоже смогу слышать?»

Нечто подобное он испытывал в детстве, когда особенно чётко проявлялась его телепатическая связь с матерью. Адекватность восприятия мыслей клона подтвердилась почти сразу. Клон сказал:

– Спасибо в карман не положишь, сам понимаешь. Это будет тебе стоить денег. Великие люди не зря говорят, что деньги – это главная социальная сила… Да, и с тебя штраф за то, что ты лишил меня дополнительного заработка в Космическом центре за информацию, которую я мог им дать. Поэтому звони, когда приготовишь деньги.

Мигель уже с трудом сдерживал свою явно взбесившуюся обезьянку.

– Не прощаюсь, – сказал клон, вставая, совсем как Мигель в ситуациях, когда дипломатические отношения с достойным противником были близки к разрыву.

 

Пару дней спустя Мигель в дневное время, бодрствуя, увидел внутренним взором, как его клон, желая ему служить, помогает ему во всём. «Что это, шизофрения?» – подумал Мигель.

Но через две недели увиденное нашло подтверждение в жизни.

 

А ещё он увидел, как были созданы отряды охотников за оригиналами…

 

В семейном кругу

И жили счастливо и долго…

он долго, счастливо она

 

Выйдя из госпиталя в Космическом Центре, Мигель сразу пое-хал к семье, которую давно не видел. Из-за строжайшей секретности в госпитале он даже не мог связаться с Хельгой.

Пилот бегом взлетел на третий этаж, «на автомате» подошёл к заветной двери и нажал до боли знакомую кнопку звонка. Дверь открылась почти сразу же, будто его ждали. И Мигель снова увидел себя…

Клон был в его любимом домашнем халате, сытый, ухоженный и довольный. Мигель же в этом халате обычно выглядел так, будто попал в него случайно.

– Привет! – не растерялся Мигель.

– Салют! – оптимистично ответил ему новый хозяин дома и добавил:

– Не поздравляю с возвращением, поскольку место уже занято. Однако всё же заходи, – и распахнул дверь. – Хотя дети сейчас в лагере юных пилотов.

«Безусловно, это моя копия… – подумал Мигель. – Но всё же чего-то в нём не хватает…»

Пока Мигель разоблачался, дублёр сухо сообщил, что по требованию Хельги штраф отменяется и плата за визит тоже…

Затем втроём они долго и медленно пили чай, разговаривая о детях и о погоде. 

Хельга, изображая живость, рассказывала:

– Старший наш раньше хотел стать колбасником, а теперь готовится в пилоты. Младшенькой всего шесть лет, и она пока не знает, кем будет – топ-моделью, санитаркой на космодроме или воспитательницей.

Мигель видел в её глазах страх, но почему-то подумал: «Интересно, как Хельга нас различает? По одежде? А, может, она и не старается нас различать?» и будничным голосом, кивнув на клона, спросил у Хельги:

– А этот с детьми справляется? У него времени хватает?

– Вполне, я же твоя точная копия! – заражая своим оптимизмом, ответил за Хельгу клон.

– Он всё время повторяет, что является точной копией тебя, – сказала Хельга, выразительно глядя в глаза Мигелю.

– Оцени по достоинству тот факт, что я сделан по твоему образу и подобию, к тому же, в улучшенном варианте, – важно констатировала копия.

– Детям про копию знать пока не обязательно, – проявил непростительную слабость Мигель.

– Мы тщательно соблюдаем конспирацию, – весело подыграл клон. К собственному удивлению, он почему-то чувствовал возрастающий интерес к оригиналу.

Хельга потерянно прошептала:

– Они хотели отнять наших детей.

– Знаю, дорогая, – удивительно мягко сказал Мигель. Он действительно знал. Лёжа в полузабытье на своей койке в Медцентре, он слышал разговоры об этом.

– А где ты живёшь? – встрепенулась Хельга.

– Приютили друзья, кто – неважно, не хочу их подставлять, мало ли кто сообщит, – сдержанно ответил Мигель и выразительно посмотрел на двойника. Тот, как будто не слыша, сосредоточенно жевал соевую котлету. Что ни говори, очень похож!

– Вот тебе торбочка с домашней едой, – нежно вмешалась Хельга. – Обязательно завтракай. И… Я тут собрала кое-что для тебя из одежды, бельё. Станет грязным, приноси – возьмёшь чистое. Одевайся теплее и не забывай про крем после бритья.

– Я снова, как в лучшие годы свей жизни, чувствую себя, словно Буратино, провинившийся перед Мальвиной, – с грустью сострил Мигель. Хельга излишне громко засмеялась. Она всегда умела поддержать его юмор, даже не самый остроумный.

– Мигель, а как поживает твоя обезьянка? – спросила Хельга, желая его успокоить, когда клон, проявив тактичность, оставил их наедине.

– Недоедает, недосыпает, недоразрушает, – оптимистично ответил пилот. – В целом окружаю её вниманием и любовью, насколько это вообще возможно. Иногда бывает непросто, как сегодня, например.

– Если бы ты знал, как мне непросто без тебя, – тихо сказала Хельга.

…Уже выйдя на лестничную площадку, Мигель обернулся к провожавшему его клону и сказал почти с угрозой:

– Береги её!

– Сберегу, – металлически-скромно ответил тот и вдруг отчётливо понял, что является лишь упрощённой копией этого оригинала. До клона дошёл отзвук необозримости пока неведомых ему интересов, мотивов, умений и соображений, а в целом – мировоззрения стоявшего перед ним человека, по образу и подобию которого он был выращен. Перед клоном неожиданно забрезжил истинный смысл своего самостоятельного существования: хотя бы в далёкой перспективе достичь уровня сложности своего оригинала или же приблизиться к нему. И это понимание быстро выросло и превратилось в глубочайшую уверенность, что для этого потре-буются огромные усилия и даже отречение от чего-то важного и привычного для него, а также понадобятся кардинальные изменения образа существования, что может даже не понравиться неко-торым влиятельным субъектам. Но как ни странно, клон почему-то уже был к этому готов.

Выйдя на улицу, Мигель понял, чего не хватает клону – он был начисто лишён человеческих эмоций. Изначально созданный для того, чтобы копировать человека, клон, конечно, воспроизводил какие-то оттенки настроения общавшихся с ним людей, наподобие камбалы, которая, ложась на грунт, повторяет его расцветку. Но за всем этим оставалась беспристрастность справочника по матема-тике.

 

 

У выхода из дома дежурила группа молодых людей, похожих друг на друга. Поглядывая на часы, они беспокойно оглядывались. Увидев Мигеля, молодые люди наперегонки бросились к нему. Первой добежала смазливая девушка с маленьким диктофоном в руках и необычайно выдающимся бюстом, который был, вероятно, её визитной карточкой.

– Михаил Иванович, Вы первый клонированный, а я журналист, Алевтина Коврина. Позвольте Вам задать несколько небольших вопросов.

– Задавайте, – благосклонно согласился Мигель.

– Как Ваше здоровье?

– Спасибо, практически восстановился.

– Правда ли, что Вы лишены всей своей собственности?

– Правда.

– Правда ли, что у Вас отняли семью?

– Наверное, можно и так сказать. По существующим правилам, чтобы остаться с детьми, моя жена вынуждена проживать в одной квартире с клоном.

– Как Вы к этому относитесь?

– Отрицательно.

– А как к этому относится Ваша жена?

– Как ни странно – тоже отрицательно, и на этом я предлагаю наше интервью закончить.

– Извините за бестактность, – спохватилась журналистка. – Мы не могли бы обменяться телефонами? Моё редакционное задание – отслеживать развитие проекта «Вечность» и держать читателей в курсе Вашей судьбы как первого клонированного. Именно для Вас это в определённом смысле – защита.

– Защита – это хорошо, – улыбнулся пилот. – Вот вам моя визитка, актуален только телефон, – смягчился Мигель.

 

Мигель позвонил своему приятелю, чекисту, руководителю подразделения с 20-летним стажем:

– Олег, рад тебя приветствовать! Это Мигель.

– Я узнал тебя. Мне только что звонила Хельга и сказала, что ты уже выписался из госпиталя.

– Да, выписался, но по закону я не имею права находиться в своём доме.

– Да ты что? А что Хельга?

– А Хельга выполняет все условия, чтобы её не разлучили с детьми. Мне бы перекантоваться где-нибудь пару недель, а потом найду работу и сниму квартиру. Не поможешь ли мне найти скромный уголок на ближайшее время и хорошо бы на перспективу…

– На перспективу… Конечно, можно и у меня, но лучше, если я поселю тебя на кукушке[1]. Это в центре города, тихий переулок, вход со двора. Там на третьем этаже пять роскошных комнат с окнами во двор.

– А как твоё руководство к этому отнесётся?

– Кукушка ещё как минимум полгода будет находиться «под паром» – её не хватятся. А в случае чего, просигналю, – ключи ведь только у меня, и у тебя будет два-три дня на смену квартиры.

– Вот это удача! Спасибо тебе, друг! Выручил!

– Через час встретимся, где обычно, и я передам тебе ключи.

 

Медитации Мигеля

Башка сегодня отключилась,

не вся, конечно, – есть могу

 

В один прекрасный момент Мигель неожиданно понял: его ментальная сфера, которой он втайне так гордился, перестала быть ареной для полемики между его любимыми субличностями и внедрёнными извне чуждыми энергиями родителей, разных родственников, более или менее любимых в прошлом женщин, друзей и знакомых. Эта ментальная сфера стала преобразовываться, ориентируясь на новое восприятие, интуитивные постижения, а также участившиеся осознавания и озарения.

 

Сами собой в голову пришли наставления Огненного Учителя: «Высокочастотные энергии не могут напрямую контактировать с физическим телом, поскольку в его составе слишком много низкочастотных энергий эгоизма. От прямого контакта с высокочастотными энергиями физическое тело может просто испариться. Поэтому энергетическая часть соединена с физическим телом Структурой соединения. В самом начале работы человека над собой эта Структура выглядит как небольшая точка, которую необходимо развернуть в линию. Подобная «линия» резко изменяет энергетические структуры человека и выстраивает новые. Если внимание зафиксировать на Структуре соединения, то оно автоматически начинает втекать в самосознание, высокочастотные колебания которого распространяются на физическое тело, меняя его. Далее линию Структуры соединения надо развернуть в плос-кость, что сопровождается проявлением сиддх, то есть сверхспособностей».

Раньше, до появления клона, Мигелю приходилось долго настраиваться, чтобы расслабить внимание и «провалить» его назад. А теперь он только пожелал этого, как внимание сразу же метнулось туда, куда нужно. Мигель с восторгом обнаружил, что не ощущает собственного веса. Потребовались усилия, чтобы перебороть возникший было страх... А ведь раньше он бесстрашно летал только во сне. Наяву малейший намёк на отрыв от земли вызывал ужас. Ужасалась вездесущая обезьянка внутри, но от этого было не легче.

 

Исследуя своё восприятие, Мигель вспомнил, что говорил Огненный Учитель: «Восприятие не является пространством. Это многомерная структура, которая присутствует одновременно в энергетическом и физическом пространствах. Благодаря восприятию человек ощущает эмоции, намерения, мысли и энергетику окружающих. Восприятие для физического тела – это его органы чувств. Восприятие имеют все три сферы человека – интеллектуальная, эмоциональная и силовая.

Чувствительные элементы восприятия, похожие на «щупаль-ца», полноценно работают, только когда они развёрнуты в сторону Божественной составляющей человека – его Духа и Души. Посколь-ку Божественное составляет основу Бытия и присутствует везде и во всём, то подобное восприятие и позволяет человеку адекватно воспринимать всё: от микро- до макромира, от атомов и молекул до Вселенной, от предметов материального мира до Божественных Сил. Такое восприятие можно назвать сущностным, поскольку оно напрямую взаимодействует с Реальностью и ничем не искажается.

Когда же «щупальца» восприятия замыкаются на что-либо постороннее, то в этом случае они не развёрнуты в сторону Божественного, и человек всё воспринимает через призму этого «постороннего». У большинства восприятие замкнуто на эгоизм, поэтому такие люди всё воспринимают через призму своих эгоистических представлений и стереотипов. И когда что-то не совпадает с их представлениями, то они это просто отвергают, то есть не признают, вплоть до агрессии. Закрытость и неразвитость восприятия – это главный признак эгоиста. Эгоизм делает недоступным для восприятия человека огромный спектр энергий. (Что ж, Мигель неоднократно в этом убеждался на собственном горьком опыте…)

Однако воспринимать человек может только те объекты, явления и процессы, по отношению к которым в его восприятии имеются резонансы, поскольку и восприятие, и внимание – это всего лишь энергии, имеющие определённые вибрации. Чем больший диапазон частот включает восприятие, тем легче человек осознаёт и понимает разные вещи. И тем подвижнее по частоте его внимание, которое связано и с интуицией, которая опять же включается и в восприятие, и во внимание…»

 

Мигель и Хельга

Я не хотел бы Вас обидеть –

случайно просто повезло

 

Мигель возобновил свои эмоционально-энергетические настройки, которые он привык делать по утрам ещё во времена, когда и речи не было о клонах, сканировании и всяком таком. С немалым удивлением он обнаружил, что все органы будто ждали этого исторического момента. Они буквально затрепетали, стараясь привлечь к себе его внимание. Мигель понял, что каждый орган может рассказать ему о чём-то важном.

Он вспомнил, как несколько лет назад высоко в горах, в долине Орошан, в переводе с киргизского – «Золотое место», под руководством Огненного Учителя он испытал что-то подобное. Это место в горах было сказочно красивым: бурный поток горной реки, коричневый лишайник на огромных камнях, изумрудная зелень деревьев, глубоко-синее небо и слепяще белый пик Пржевальского… Но тогда все ощущения были несколько смазанными, из-за чего не удавалось уловить суть. А сейчас всё шло как по маслу, и легко устанавливался контакт с любым органом. Тогда, в горах, это выглядело, скорее, как достижение Огненного Учителя, который демонстрировал диалог учеников с их органами, добиваясь от учеников осознанной идентификации собственных органов и установления с ними информационного контакта. Там у большин-ства не всё получилось, поскольку энергетика органов слабо резонировала в ответ.

Были, конечно, и уникумы, которые, быстро вспыхнув, так же быстро и погасли, а впоследствии с трудом и недоверием вспомина-ли произведённый эффект. И всё же… Они тогда, в горах, далеко продвинулись, сделав огромный рывок, в понимании, энергетике и в эмоциональных ощущениях. Там был создан энергетический фундамент, потенциалом которого и воспользовались сейчас Силы.

 

Встречи Мигеля и Хельги

Я попросил бы Вас остаться,

но Вы ж останетесь, боюсь

 

Мигель и Хельга теперь встречались регулярно. Между собой они называли эти встречи «разгрузочными». Неторопливые беседы отвлекали их от напряжения текущих дел и настраивали на позитив, гармонизируя тело и душу. Мигель спрашивал о детях, а Хельга подробно рассказывала и, в свою очередь, интересовалась его делами.

Сегодня Хельга озабоченно произнесла:

– Мигель, люди говорят, что обнаружен какой-то удивительный эффект клонирования. Якобы клон избавляет человека от эгоизма.

– Да, люди говорят правду, – ответил Мигель внимательно глядя на жену. – Дорогая, ты что-то задумала?

После некоторого замешательства Хельга выпрямилась и, подчёркивая тоном свою решимость, сказала:

– Мигель, я хочу клонироваться!

– Зачем?

– Чтобы избавиться, наконец, от своего эгоизма. Чтобы стать достойной тебя! Сама процедура, конечно, меня пугает, но я понимаю, что это просто необходимо сделать. Мари рекомендует одну подпольную фирму и говорит, что у них очень хорошее оборудование, которое не уступает тому, что используется в Проекте. Якобы эта фирма принадлежит кому-то из руководителей Проекта. Правда, там всё очень дорого…

– Хельга, тебе этого не следует делать! Твой эгоизм уже так съёжился, что его не видно и не слышно!

Хельга недоверчиво посмотрела на мужа, а тот с воодушевлением продолжал:

– Я восхищён! За последнее время ты очень изменилась, и эгоизм давно уж тобой не управляет. Неужели ты этого не заметила?

– Но так ли это? Я ведь чувствую, как он втягивает меня в негармоничные ситуации, поддерживает мои негативные качества и стягивает энергию, – пожаловалась Хельга.

– А с какими негативными качествами ты хотела бы расстаться? Не можешь сказать? Это потому, что они все у тебя практически растворены, и ты не действуешь под их влиянием! А часть негативной личности тебе пока ещё нужна, чтобы не утратить взаимопонима-ние с окружающими. Ведь большинство из них находится под управлением эгоизма! Кроме оставшихся в живых оригиналов, разумеется.

– Ты в этом уверен?

– Вполне! И не заморачивайся! Тебе достаточно усиливать свои очаровательные позитивные качества, среди которых – преданность твоему покорному слуге!

– Ты, как всегда, шутишь! – картинно надула губки Хельга, впрочем, она была вполне удовлетворена комментариями Мигеля.

– А вот насчёт фирмы, которая принадлежит кому-то из руководства Проекта, чрезвычайно интересно. Как она называется?

– Это «Бессмертная Тина».

– Похоже, это фирма помощницы Скопуса, Валентины. Неужели она назвала подпольную фирму своим именем? Видимо, времена, когда она пользовалась своим псевдонимом, ей особенно дороги, – изумлённо пробормотал Мигель.

 

Возвращаясь поздним вечером со свидания с Хельгой, Мигель решил пройтись. Он шёл по Устьинскому мосту через Москва-реку. Сзади он обнаружил преследователей, которые довольно долго шли за ним и теперь ускорили шаг, чтобы догнать его. Примерно на середине моста человек потребовал от Мигеля остановиться. Впереди оказались гопники, которые сразу открыли огонь на поражение. Мигель, недолго думая, спрыгнул с моста в реку. Неведомая сила подхватила его и замедлила падение. Мигель повис, зацепившись вниманием за перила моста, с изумлением наблюдая за собствен-ными затухающими флуктуациями – он то поднимался, то опускался.

Сверху послышался шум: к месту падения подбежали гопники и начали стрелять вниз. Мигель не стал искушать судьбу, а усилием воли полетел над поверхностью реки, следуя её изгибам. Сзади ещё долго слышалась беспорядочная стрельба.

 

…Проезжая привычной дорогой, Мигель чувствовал эйфорию, и не оттого, что его пригласило высокое космическое руководство, а от самой жизни. Подобное состояние он испытывал в далёкой юности, да и то недолго. Мигель заметил, что с момента выздоровления он ни разу не ощущал привычных приступов раздражительности и агрессии. Чудеса!..

Гаишник томно дал палочкой команду остановиться. Пилота умилил даже этот жест. Ведь служивые стоят здесь в любую погоду, нередко рискуя не только здоровьем, но и жизнью – из-за недобрых людей, которые летают по пустынному шоссе. Мигель не исключал, что остановка означает вымогательство денег, однако это его не опечалило. Нагло усмехаясь, гаишник представился, и из его уст вылетело сакраментальное: «Нарушаете!» Интуитивно втянув в солнечное сплетение излучаемые стражем порядка эмоции жадности, Мигель протянул права и участливо поинтересовался:

– Как обстановка на вверенном Вам объекте, коллега?

Тот неожиданно козырнул, даже не глядя на протянутые документы и пропев:

– Счастливого пути! – И с чувством выполненного долга вер-нулся на своё рабочее место.

 

– Как живёт и чем дышит мой дублёр? – спросил Мигель Хельгу при очередной встрече.

– Да всё хочет понять смысл жизни.

– Прямо-таки смысл жизни!? – усомнился пилот.

– Ну да! Об этом он говорит постоянно, изучает этот вопрос по Интернету и читает разные философские книги.

– Ай да клон! – восхитился Мигель.

– На письменном столе у него… в твоём кабинете, – поправилась Хельга, – много книг по духовно-нравственному развитию и эзотерике.

– Какие же, например?

– Например: «Человек в поисках смысла» Франкла, «Тайная доктрина» Блаватской, «Условия абсолютного добра» Лосского, «Очерк тайноведения» Штайнера и, конечно, Кастанеда…

– Ты так точно воспроизводишь названия, будто вы вместе читаете!

– Но я ведь заранее знаю твои вопросы, вот и готовлюсь. Ещё «Стучащему да откроется», «Пища богов» Маккены…

– Подожди, Маккена, да и Кастанеда ведь писали о психоактивных веществах? Твой клоун случайно наркотиками не балуется?

– Во-первых, это твой клоун, – возразила Хельга. – А про наркотики… не похоже… А ещё он читает Бердяева, Конфуция, Лао Цзы, Гюнтера, Кузанского, – у Хельги действительно была отличная память.

– Представляю, какая у него каша в голове! – заключил Мигель.

– Клон расспрашивает меня о человеческих качествах и эмоциональных состояниях.

– И что ты отвечаешь?

– Ему трудно даже гипотетически понять, как можно заботиться о другом больше, чем о себе, и как можно действовать, исходя из интересов того, кого любишь, не получая при этом никакой выгоды.

– Ну… дела… – подытожил Мигель.

 

Информационный повод

Зачем учить нас, как работать?

Вы научитесь, как платить!

 

– Ринц Хиршович, Вы просили обобщить данные о реакции СМИ на наш Проект, – как всегда осторожно начал свой доклад святой Валентин.

– Да-а, проси-ил, – протяжно ответил академик, любуясь пейзажем за окном. – Чем порадуешь, мой Валенок?

Так академик называл своего помощника в минуты особого напряжения мысли.

– Ринц Хиршович, наш Проект вот уже третий месяц остаётся главным информационным поводом для западных СМИ, – гордо доложил академику Валентин.

– Что ж, этого следовало ожидать, – мирно отозвался Скопус. – Все хотят жить вечно.

И, водрузив на нос пенсне, он начал что-то искать у себя на письменном столе.

– Мировые СМИ, раструбив новость о Первом клоне, стали подавать её как начало новой эпохи существования человечества: без болезней и смертей, то есть сплошной праздник жизни. Вот их типичные заголовки: «Вечная молодость», «Кое-кому надоело жить уже сейчас», «Вечность, очень недорого», «Нужны ли человечеству дети», «Выдержит ли планета столько двойников», «Деторождение путём клонирования», «Россия – монополист в области клонирования», «Вечный зов: перезагрузка», «Россия. Атака клонов».

– Хватит, хватит перечислять эти интересные повороты мысли! – оторвался от стола академик. – Особенно про детей! Что ещё?

– А ещё особенности моды на клонирование как образ жизни.

– Но на Западе клонирование ведь стоит бешеные деньги!

– Вот именно. А ещё анализ деятельности российских подпольных клонофирм.

– А вот это интересно!

– Пишут, что эти фирмы составляют конкуренцию VIP-фрагменту здравоохранения.

– Вот-вот, это правильная тема!

– Наиболее отмороженные рассуждают о демпинге.

– Рынок всё рассудит, – философски заметил академик. – А что про Россию-матушку?

Валентин снова углубился в бумаги.

– Смакуют трудности оригиналов, связанные с законодательством, которое предоставляет все права клонам. Пишут, что оригиналы поставлены на грань выживания.

– Конечно, во всём есть издержки, потому что когда лес рубят, то щепки-то летят, – подвёл итог академик. – А какова реакция на наше прогрессивное законодательство?

– В основном клевещут или высмеивают, – извиняющимся тоном сообщил Валентин.

– А теперь про интенсивность публикаций в страновом разрезе, – спросил академик.

– В Соединённых Штатах до 50 публикаций в день без учёта Интернета. Глобальная сеть – это особая статья. В Европе – по 30 публикаций ежедневно. Туманный Альбион опережает США, у них 58 обсуждений в день. В Германии – не более 10, а во Франции – около 15.

– А что Поднебесная? – задумчиво поинтересовался академик.

– В Китае поспокойнее, там ограничиваются одной-двумя публикациями в день, и тон публикаций нейтральный. Проблему с оригиналами не затрагивают. Наверное, они пока не определились со своим отношением к новым технологиям.

– А какие особенности контента в ведущих странах Запада?

– В Европе напряжёнка по поводу прав оригиналов. Гей-сообщество добивается активного использования клонирования для изменения пола и массового изготовления гермафродитов, чтобы сделать общество сексуально универсальным, а свою сексуальную жизнь – более разнообразной.

– Да, эти-то своего добьются! – со смехом воскликнул академик. Валентин видел, как академик смеётся, во второй раз с момен-та своего знакомства с ним. В первый раз – когда мама представила его академику, сказав, что все вместе они – семья, а Валентин – их внебрачный сын.

– В США говорят про свободу стать клоном, но почему-то опасаются возрождения куклуксклана.

– А теперь про Сеть.

– В Интернете просто взрыв. Каждый норовит выпендриться по-своему, – Валентин по своей природе был склонен к порядку, но без тоталитаризма.

– Давай самое интересное, – академик поудобнее устроился в кресле. Он был неравнодушен ко всякого рода форумам, информационным вбросам, флэш-мобам, комментам и прочим сетевым «феноменам». Причём нередко давал специальные поручения, чтобы «скорректировать направление дискуссии», «освежить мысли» или «расширить ассоциативное поле». Даже создал специальный отдел для отслеживания состояния Сети, участия в её жизни и выстраивания информационной политики Проекта на ключевых сетевых ресурсах.

 

 

Клонотуризм

Зевну, укроюсь с головою,

будильник заведу на март

 

Титанические усилия участников Проекта, направленные на завоевание зарубежных рынков, увенчались небывалым успехом. Казалось, весь мир только и ждал нового сервиса из России.

Рекламная кампания была организована достаточно тонко, мягко напоминая про овечку Долли и учёных с мировым именем, занятых в Проекте. Успех принесли колоссальный размах исследований и небывалая эксклюзивность предлагаемых услуг. И главное – статусность ожидаемого результата. Спрос сформирова-лся первоначально в западных странах, потом перекинулся на вос-ток и вырос «до небес».

Всё шло по плану. Первоначально сканирование вели выезд-ные бригады, но очень скоро в крупнейших городах начали созда-вать филиалы Проекта.

Казавшиеся непреодолимыми проблемы изготовления клонов по заказу иностранцев разрешились сами собой. Для снятия очередного скана клиенты стали приезжать в Россию как бы в туристическую поездку. Для этого тоже была развёрнута целая сеть.

Благодаря этому в стране начался туристический бум. Если раньше россияне веселили своими вояжами турков, египтян, испанцев и прочих, то сейчас туристы оттуда хлынули в Россию бурным потоком. Появился даже новый термин: «клонотуризм». Таким образом, застойный период в деятельности отечественных турфирм закончился, и начался новый этап неконтролируемого роста. Турпутёвки в Россию расхватывались, как горячие пирожки, независимо от количества звёзд гостиницы. Наибольшей попу-лярностью пользовались турпакеты, которые так и назывались: на стандартную, расширенную или сокращённую коллекцию сканов. Само собой, неослабевающим спросом пользовались VIP-коллек-ции – как на Западе, так и на Востоке.

 

Конечно, клонирование было лучше, чем «пересадка сознания» в робота с последующим «консервированием» его там. В чужом теле робота исчезали все впечатления от жизни, кроме интеллектуаль-ных.

 

Папа Ри и господин За

Следить стараюсь за фигурой,

чуть отвлекусь – она жуёт

 

Главный академик страны Скопус и политический тяжеловес Загоруйский встретились, чтобы сыграть партеечку в шахматы. Дада, именно в шахматы. Эти встречи стали регулярным очень давно, ещё до отъезда Ринца Хиршовича, тогда ещё Бореньки, в США. Старые друзья-конкуренты привыкли обсуждать «за досточкой» совместные проекты, проценты «по понятиям», да мало ли что! Иногда к ним присоединялся и их давний подельник, простите, партнер, Генри Путаник.

– В некоторых профессиях изнашивание организма у людей происходит быстрее. Поэтому обязательно надо знать, сколько клонов необходимо для разных профессий и какова должна быть интенсивность их клонирования, а также определить и установить стандарты частоты клонирования в профессиональном разрезе, – эти вопросы политический тяжеловес планировал поднять на ближайшем заседании фракции. – Потому что разные стандарты могут привести к серьёзному искажению профессиональной структуры общества. То есть через некоторое время в обществе может обнаружиться избыток балерин или шахтеров при явном дефиците учителей или врачей.

– Вот для того чтобы этого избежать, и надо ввести принудительную эвтаназию, – не удержался Ринц, – а ещё запретить клонирование бомжей и депутатов. Иначе наша законодательная власть будет размножаться опережающими темпами, – академик наступал ферзём, это настраивало его на боевой лад.

– Возникает вопрос, а заинтересованы ли мы в сохранении сложившейся социальной структуры общества? – примирительно забубнил Загоруйский, защищаясь пешкой. – В каждой стране, точнее, группе стран, эта структура имеет свои особенности, и немалые. Какие-то из стран ограничивают рост населения, другие предпринимают неимоверные усилия для того, чтобы преодолеть сокращение населения и хотя бы восстановить его численность.

– А мы сможем этими процессами управлять, потому что демография станет клонографией, – академик атаковал слоном.

– Но ведь для этого надо будет снабдить оборудованием все страны?! – ответил конём на атаку Загоруйский.

– А почему бы и нет? Притом, если у страны не будет денег, то мы сможем это делать в кредит. А контрольные клоносерверы расположим в развитых странах, – академик верил в неуязвимость своих боевых порядков.

– Да, клонирование – это самый простой и реальный способ изменить социальную структуру общества в лучшую сторону, – согласился депутат, делая рокировку. Король, конечно, оказывался в углу, а ферзь – почти без защиты, зато ладья атаковала по центру.

– А что вы понимаете под лучшей стороной? – озабоченно вопросил академик, понимая, что для защиты ему не хватает одного хода.

– Например, преодоление разрыва между богатыми и бедными, а также, учитывая тенденцию исчезновения мужчин, восстановление их количества по отношению к женщинам, возможно, даже увеличение белого населения на планете, – и, предложив ничью, депутат уверенно взялся за графин с коньяком.

 

Господин Иммунитетов

Поскольку времени немного,

я вкратце матом объясню

 

Начальник управления ФСБ России вёл непростой разговор с одним из своих наиболее опытных сотрудников. Поручение пришло с самого верха, поэтому действовать надо было наверняка.

– Ты у нас человек заслуженный, с громадным опытом работы. Можно сказать, уникальный специалист в конторе. Пора тебя переводить на новую, интересную работу. Да и запасной аэродром не помешает, ведь пенсия не за горами.

– Спасибо за заботу. Что касается пенсии, то до неё мне ещё как минимум лет десять. А о чём идёт речь?

– О Проекте, слышал, наверное? Академик Скопус, клоны и всякое такое. Короче, изучи вопрос и готовься к переходу.

В это же самое время у Скопуса состоялся разговор с господином Ди, «курирующей Башней» Проекта, который впервые за несколько лет «курирования» позвонил по собственной инициативе:

– Как у тебя с безопасностью?

Академик напрягся:

– Господин Ди, мы продолжаем решать вопросы по мере их возникновения. Очень признательны Вам за всестороннюю поддержку. Очередной транш Вам будет перечислен сегодня.

– Мне доложили, что у тебя проблемы с оригиналами, – господин Ди сам получил жёсткую вводную, и теперь его трудно было остановить.

– Да, были некоторые недоразумения, но мы их решаем, – Ринц Хиршович уже понял, что надо ждать «вертолётчика» из спецслужб. И он не ошибся.

– Для решения ваших проблем мы пришлём вам специального сотрудника по фамилии Иммунитетов, – сказала Башня тоном, не терпящим возражений.

– Господин Ди, хорошо бы это был отставник, – без надежды на успех попытался вставить своё предложение академик, – с опытом работы в контрразведке и разведке, а действующий сотрудник может навести на лишние разговоры о том, что Проект предоставляет спецслужбам должности для прикрытия их деятельности, поскольку у нас солидные международные связи.

Этот затянувшийся монолог в глазах господина Ди выглядел почти бунтом.

– Короче, бери Иммунитетова. Он тебе подходит! – и курирующая Башня положила трубку.

 

Ослушаться господина Ди Скопус, конечно, не мог, однако формальности должен был соблюсти.

Перед Скопусом предстал сотрудник по фамилии Иммунитетов. Это был человек в возрасте, среднего роста и повышенной кряжистости. Волосатые руки выдавали в нём сильный темперамент, впрочем, вместе с непостоянством.

– Вы ведь бывший сотрудник ФСБ? – спросил академик.

– Да.

– Опыт работы по линии космического агентства имеете?

– Руководил ключевым отделом.

– Звание?

– Полковник запаса.

– Возраст?

– Сорок пять лет.

– Боевой опыт?

– Ветеран боевых действий в Афгане и Чехии.

– Чехии? – брови академика удивлённо поползли вверх.

– Виноват, в Чечне.

– Какого рода боевой опыт?

– Руководил несколькими чекистско-войсковыми операциями. Лично захватил живьём трёх полевых командиров, – полковник гордился этим своим достижением.

– А что по международным делам?

– Ушёл в запас с должности начальника отдела в разведке ФСБ.

– Служба внешней разведки?

– Не совсем так. СВР – это стратегическая разведка, а в ФСБ – тактическая, иначе говоря, разведка с территории.

– Ну что же, Ваш опыт работы нас устраивает, и мы берём Вас на работу к себе.

– У меня уже есть работа!

– Наша гораздо интереснее, и главное – прибыльнее. Мне ведь известны доходы вашего агентства, теневая сторона которых даёт лишь в десять раз больше. У нас же Вы будете иметь в качестве зарплаты в сто раз больше, причём – всё законно, плюс премии и бонусы. Если же хорошо зарекомендуете себя, и подтвердятся слухи о Вашей необыкновенной квалификации, то можете рассчитывать на включение в состав команды. А это означает, что Ваши доходы возрастут ещё на порядок. Предварительное предложение Вам было сделано три дня назад, так что у Вас было время подумать, а теперь я жду Вашего решения.

– Ваше предложение принято!

– Необходимые документы Вы подпишете у секретаря по окончании нашей беседы. А теперь не будем терять время: Вам известна суть Проекта?

– Да, но только настолько, насколько это возможно из СМИ.

– Главная кремлёвская Башня уже подмахнула Указ, который ставит оригиналов в положение «вне закона». И этот Указ является правовой основой вашей деятельности. В соответствии с Указом при изготовлении клона его оригинал должен уничтожаться. Однако некоторые оригиналы умудряются избежать подобной участи, да ещё и пытаются мешать торжеству закона. Они оказывают сопро-тивление, иногда даже с оружием в руках, притом часто объеди-няются в отряды самообороны. Ваша задача их уничтожать, и так, чтобы ни один из них не ушёл. От этого зависит безопасность Проекта.

– Но в Указе ведь ни слова не сказано про физическое уничтожение оригиналов. Как тут быть?

– А за что я буду платить тебе такие огромные бабки? – взъярился академик.

– Ну да, ну да, – поспешно согласился Иммунитетов.

– Ладно, – смягчился Скопус. – Это действительно пробел в нашей правовой базе, юристы недоглядели. Вот ты и устранишь этот пробел хирургическим путём, – и академик засмеялся, довольный собственным чёрным юмором.

– А теперь я тебя представлю нашему так называемому топ-менеджменту, и, конечно, твоим подчинённым. Вступай в курс дела. Твоей Службе надо расширяться, нужны опера, технари и, естественно, боевики. Начинай комплектовать.

 

Скопус вызвал для доклада своего помощника Валентина и озабоченно спросил:

– Что у нас с оригиналами?

– К нашему удивлению, Минздрав нам никаких препятствий не чинит и все наши прикидки принимает без звука.

– Сейчас у нас уже стадия не прикидок, а подведения итогов, которые просто настораживают. Расскажи мне об отборе людей на клонирование.

– Всё идёт в соответствии с утверждённым регламентом, в том числе и Минздравом. Как обычно, в регионах много желающих выслужиться перед Минздравом, поэтому на клонирование отправляют не только при тяжких телесных повреждениях, но и при повреждениях средней тяжести. В результате количество оригиналов, оставшихся в живых, превышает 50% от общего числа клонированных. Таким образом, теряется весь смысл Проекта, ориентированного на вытеснение людей из физического мира.

– Опять переборы… Что ещё?

– Развернутая кампания в СМИ оказалась на редкость удачной – народ валом валит на сканирование.

– Об этом знаю и поздравляю! А что с клонированием на коммерческой основе?

– Есть несколько довольно крупных фирм, которые находятся под нашим контролем. Вся их выручка перечисляется сначала на наш расчётный счёт, и только потом делаются отчисления на их зарплаты, аренду и прочее. Озабоченность вызывают мелкие подпольные фирмы, которые действуют без лицензии и нами не контролируются. Более того, есть информация о появлении оборудования, якобы альтернативного нашему, притом говорят, что оно даже эффективнее.

– А чего ждёт наша служба безопасности? Почему ещё не приняла своих мер?

– Мы работаем над этим.

– Ускорьтесь! Иначе быстрый рост оригиналов создаст угрозу Проекту.

 

Конспиративная квартира

Женат два раза неудачно –

одна ушла, вторая – нет

 

Квартира действительно оказалась чудесной. В доме на Фрунзенской набережной с зелёным и тихим двором. Планировка позволяла в течение дня наслаждаться солнечным светом попеременно в каждом окне. Полутораметровые стены и пятиметровые потолки даже в самое жаркое лето прекрасно сохра-няли прохладу. Художественный паркет в невероятном по размерам то ли коридоре, то ли холле производил впечатление Эрмитажа. Кухня могла бы дать фору многим не самым скромным гостиным комнатам. Блистающая люстра своим изяществом и красотой прев-ращала гостиную в царские палаты. На эту квартиру КГБ наложило лапу ещё в 30-е годы – после выезда из неё высокопоставленного чиновника «в связи с улучшением жилищных условий», на самом деле в места не столь отдалённые.

 

Впоследствии в этой квартире поместились ещё шесть бывших пилотов-оригиналов, которые для начала изменили свою внешность. Стрижка, бороды, усы и одежда в целом создали им другой имидж. Изготовили себе документы на другие фамилии. Изучая данные СМИ, в том числе и Интернета, они искали других оригиналов. Встречаясь с ними, помогали им с трудоустройством и решением других проблем. Таким образом, кукушка превратилась в штаб-квартиру оригиналов.

 

При встрече с женой Мигель выдал сомнительную шутку:

– Ну, как твоя любовь с моим дублёром?

– Мигель, ты же знаешь, мне никто не нужен, кроме тебя, – хорошо, что Хельга давно привыкла к его сомнительно-милым шуткам.

– Мне тоже, дорогая, – в голосе пилота прозвучало извинение. – Дорогая, а замечаешь ли ты, что в последнее время наши с тобой мысли очень похожи: ты произносишь то, о чём я думаю?

– Да, – оживилась Хельга. – Я постоянно слышу, что ты думаешь.

– Вот это высший пилотаж! Я люблю тебя! – Мигель видел растущую человечность жены.

– А твой клон вдруг стал резко меняться и больше не пытается вступать в свои супружеские права. При этом остаётся заботливым, но иногда бывает вспыльчив – как ты был раньше. Мне кажется, что он старается подражать тебе.

– А тебе не кажется, что это его хитроумный ход, чтобы добиться твоего расположения?

– Не кажется, – пресекла Хельга досужие домыслы в неугодном ей направлении.

 

На конспиративной квартире собрались несколько оригиналов. Это были трое пилотов, спецназовец, пожарный и бывший шериф одного из штатов США.

– Ну как вам наша штаб-квартира? – спросил Хэнк, которому не терпелось похвастаться перед гостями.

– Эта квартира сыграет роль кукушки для негуманоидной реальности, – с умным видом пояснил Гарри.

– Это ещё не кукушка, а только птенец, – возразил Мигель

– Вот мы и подбросили птенца человечности в гнездо негуманоидности. Надо только его вырастить жизнеспособным и сильным, – согласился Хэнк.

– Только следите, чтобы никто снова не накормил нашего птенца семенами негуманоидности, – добавил Мигель.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Гарри.

– Ну, хотя бы разных засланных казачков. Я не имею в виду присутствующих, – спохватился Мигель, поймав на себе недоумённые взгляды друзей, и продолжил. – Друзья, позвольте представить вам нового члена нашей организации. Это Джон Болтон, в прошлом – шериф одного из американских штатов. Удивительно, но это так. Сейчас Джон расскажет о себе – его история весьма поучительна. Пожалуйста, Джон.

– Друзья, по профессии я разведчик. Ещё в советские времена я был заброшен в США в качестве нелегала. Снаряжение и деньги для меня должны были храниться в тайниках на территории США. На самом деле ни в одном из трёх тайников ничего не оказалось – ни документов, ни денег, ни даже экипировки. Несколько лет я вынужден был скитаться по помойкам. В поисках пищи самыми опасными конкурентами для меня стали стаи одичавших собак, из-за которых у меня было несколько ситуаций на грани жизни и смерти. Я выжил просто чудом. Затем работал посудомойкой и официантом. Поработал и волонтёром в одной общественной организации. Потом – в полиции, где и получил «зелёную карту», а через несколько лет меня избрали шерифом штата.

– А как же ваша разведывательная деятельность?

– Обо мне просто забыли, потому что мой куратор вышел в отставку, а тот, кто его сменил, не нашёл времени для того, чтобы ознакомиться с моим делом… Никто даже и не пытался выйти со мной на связь… В результате через двенадцать лет после заброски я стал шерифом штата. И тут обо мне вспомнили в Центре. Трижды ко мне присылали агентов для восстановления утраченных связей. Напоминали о Родине и даже пытались шантажировать, угрожая сообщить властям о моей связи с КГБ.

– И как?

– У меня, как шерифа, уже был иммунитет, поэтому даже обнародование моей прошлой связи с КГБ ничем мне не угрожало. А то, что бывший советский нелегал стал шерифом штата – это лучшая иллюстрация реальности демократии и торжества американского образа жизни.

– А как вы оказались с нами?

– Я всегда интересовался инновациями, поэтому когда появилась информация о Проекте, то я стал искать сведения об используемых технологиях и, конечно, об идеологии. Однажды наткнулся на представителя коммерческой фирмы «Бессмертная Тина», который меня долго и безуспешно склонял к эвтаназии. В результате за огромные деньги была сформирована коллекция моих сканов, а надбавка за отказ от эвтаназии составила примерно половину уплаченной суммы. Затем изготовили мой клон.

– И как впечатление?

– Примерно спустя месяц после клонирования я почувствовал прямо-таки удивительные изменения, на фоне которых у меня появилась ностальгия по Родине. Ожидая российскую визу, терпел почти полгода. – И Джон очень доброжелательно посмотрел на всех.

– А мы и не знали, что и в Америке уже клонируют!

– В США клонирование широко не практикуется. Но оно вошло в моду для элитных слоев и стало престижным для некоторых политиков. Но в США клонирование чрезвычайно дорого стоит, причём этим занимается только один из филиалов вашей подпольной фирмы с непробиваемой крышей на самом верху.

– Друзья, Джон будет развивать у нас разведывательную линию работы, которая сейчас особенно актуальна. У противника мощный административный и финансовый ресурс, поэтому надо знать его планы и предугадывать действия. Для нас также важно выживание оригиналов, а на этом Джон не одну «собаку съел», – провозгласил Мигель.

– Да, было, и не одну, – признался Джон, грустно улыбаясь. – Хотя этих собак и было жаль…

– А где сейчас Ваш клон? – поинтересовался Хэнк.

– К своему стыду вынужден признать, что я потерял его след. Хотя фирма уверяет клиентов, что дальнейшая судьба клонов тщательно продумана, и существует даже специальная программа их социальной адаптации, однако все мои попытки найти своего клона успеха не имели.

Следующий новичок тоже расширил оригиналам картину мира.

– Я из Донбаса, полтора десятка лет работал на теплоэлектростанции, воевал за ДНР.

Присутствующие зааплодировали.

– Вы, конечно, знаете, что такое бериллий. Это важнейший «промышленный» металл, который обладает высокой биологической активностью, оказывая аллергическое и канцерогенное воздействие на организм человека, причём накапливается в скелете, печени и лёгких.

Тонна донецкого уголя в среднем содержит 2,5 г бериллия. Выход его в газовую фазу составляет 60%. Таким образом, на площади около 150 км2, прилегающей к станции, наблюдается двух-трёхкратное превышение предельно допустимой среднесуточной концентрации этого токсичного элемента в атмосфере. А рядом расположены населённые пункты численностью 150 тысяч человек.

Я 10 лет страдал бериллиозом – серьёзнейшей патологией лёгких. После клонирования не прошло и года, как я избавился от этого заболевания, что подтвердило и всестороннее обследование в стационаре. Медицине до сих пор не были известны случаи избавления от этого заболевания.

– Ещё до того, как ваш Проект «Вечность» вышел на экраны телевизоров, в Киеве прошло сообщение, что американцы про-финансировали приобретение аппаратуры для клонирования на полмиллиарда долларов. Ещё столько же они заплатили за аренду канала удалённого доступа к серверу Проекта.

Смотрящими за аппаратурой назначили Пастора и Кролика, которые также смотрели и друг за другом. Потом это стали делать их клоны, а оригиналов американы принудили к эвтаназии.

Так вот, эта сладкая парочка клонов не нашла ничего лучшего для клонирования боевиков, как взять в качестве исходников сканы трёх выдающихся правосеков – Сашко Бялого, Яроша и Тегнибока и штамповать этих майданутых, сбрасывая их клонам по 10-20 лет. А чтобы закамуфлировать внешнее сходство, обязали свои произведения постоянно носить балаклавы и всякие маски. Сашко так и не успел почувствовать себя оригиналом, его зачистили, а Ярош и Тегнибок тихо ушли из политики, увлеклись спиртным, а потом покончили с собой. По закону природы клон не может быть лучше оригинала. Вот качество этих оригиналов и объясняет низкий уровень подготовки боевиков, а также отсутствие у них боевого духа.

– Теперь понятно, почему Майдан так быстро разгорелся и так же быстро потух.

– Ополченцы по своим каналам тоже раздобыли установки для клонирования – и начали с бойцов, а потом, когда у клонов выявились позитивные эффекты, то всех подряд. В результате и с нашей стороны стали воевать главным образом клоны, которые в большинстве оказались хорошими бойцами.

– А всё это имело какое-нибудь отношение к всплеску потерь авиации украинской армией?

– Конечно. Особенно, как только оригиналы поняли, что обладают способностью летать. Мы стали тренироваться и очень скоро начали опережать не только бомбардировщики противника, но и их штурмовики, и даже истребители. Как только поступала информация о появлении вражеских самолетов, мы поднимались в небо, догоняли самолёт и через иллюминатор расстреливали бронебойными украинского пилота.

– Так значит, пассажирский «Боинг» на Украине – это ваших рук дело?

–Да нет, это не наш метод. Там же летели ни в чем не повинные люди. Это ПВО укропов.

– А вы не пытались спасти этот «Боинг»?

– Мы слишком поздно поняли, что происходит, поэтому не успели… А «зелёные человечки» в Крыму – это ваши? – неожиданно для всех и, похоже, для самого себя, спросил Донбасец. Нехорошее выражение лица выдавало его неоднозначное отношение к произошедшему на полуострове.

– Скорее всего, нет, если ты имеешь в виду оригиналов, – удивлённо ответил Мигель. – Да и по поводу клонирования к нам никто не обращался, – последняя фраза только добавила в его ответ тумана.

Когда гости ушли, Хэнк завёл с Мигелем разговор о новичке-шерифе:

– Ты ему веришь?

– Кому?

– Да этому шерифу.

– Но пока ведь нет оснований не верить.

– А вот я сомневаюсь – уж больно он ушлый.

– Ушлый?

– Ну да, слишком он подкован в чекистском деле.

– Это естественно! Он ведь был разведчиком, да ещё и нелегалом.

– Это понятно, но всё-таки, всё-то он знает и умеет, из любой ситуации может выйти «сухим». Наверняка он до сих пор служит в конторе, как кадровый сотрудник ФСБ или СВР, и только прикидывается оригиналом. А если бы он действительно был шерифом, то вряд ли бы клонировался по своей воле.

– Это удивительно, но возможно.

– А чего стоит его неосведомленность о судьбе собственного клона?!

– Да, это действительно слабое место. Конечно, сомнительно, чтобы профессиональный разведчик да упустил из вида такой важнейший момент.

Однажды Мигель осознал, что в их конспиративной квартире формируется магическое место Силы. Как по волшебству начали исполняться не только его просьбы, но и команды.

Как-то раз за ужином, Мигель попросил товарища передать ему соль. Тот не успел даже и пошевелиться, как солонка плавно взмыла вверх и грациозно опустилась рядом с тарелкой пилота. Все сидящие за столом изумлённо переглянулись.

Мигель осторожно взял солонку и осмотрел её – ничего особенного…

– Посуда, помойся, пожалуйста.

Посуда послушно загрузилась в раковину, открылся кран. И понеслось…

– Тряпка, вытри пыль.

Тряпка изящно, любуясь собой, запорхала по мебели. Начинать уборку она почему-то предпочитала с древнего немецкого пианино «Meerbeer» 1890 года выпуска, медная дека, антикварная вещь…

– Давайте послушаем музыку. Радиомагнитола, поставь Бетховена.

Заиграла музыка… Действительно, Бетховен, известная всем симфония №5 С-moll, в исполнении Венского симфонического оркестра, дирижёр Ганс Сваровски. Некоторое время все находились под впечатлением музыки…. и, конечно, магии места.

– Мы сейчас слушаем музыку или испытываем свои функциональные возможности? – поинтересовался неуёмный Хэнк.

– От испытаний уже перешли к музыке!

– Тогда Вивальди – не слабо?!

Несмотря на явное сомнение в голосе Хэнка, музыкальный центр вдохновенно замигал и начал тихий сосредоточенный поиск. Все замерли, и зазвучала музыка… Действительно, Вивальди, концерт G-dur, оркестр Рима под управлением Николо Фладжелло. Эти итальянцы могут, когда захотят…

Природная тяга к классической музыке, раз пробудившись, уже не отпускала собравшихся. Шериф заказал Баха, и музыкальный центр начал с воспринятой «на ура» прелюдии и фуги D-dur в исполнении Лайони Рогга, орган.

 

Вечная сотня, или ООО

Меня запомните весёлым,

а завтра я начну ремонт

 

Получив назначение, господин Иммунитетов не стал откладывать дело в долгий ящик, а сразу принялся за работу. Кадровик дал краткую характеристику сотрудникам Службы безопасности Проекта, среди которых оказались и бывшие коллеги Иммунитетова, однако, основную массу составляли отставники МВД – эти всегда берут числом.

– Кадры явно требуют омоложения, – решил Иммунитетов, особо выделив бывшего альфовца, который в своё время действовал в «Чехии» под псевдонимом Гамадрил. Его Иммунитетов собрался «зарядить» на комплектование отряда боевиков.

Собравшиеся члены отряда понимали друг друга не только с полуслова, но и с полувзгляда.

– Нам нужны агенты в отрядах самообороны оригиналов, – сказал Иммунитетов. – Слышали про такие?

– Про отряды слышал, – сказал Гамадрил. – Знаю о том, который располагается на частной квартире.

– К тому же, большую опасность представляют кроты в наших собственных рядах, – продолжил Иммунитетов. – Не исключаю, что один такой у нас уже завёлся. С другой стороны, известно, что по определённым признакам оригиналы у себя могут выявлять и наших засланных казачков.

– А мы знаем, что это за признаки?

– В полном объёме пока нет, поэтому поставлю вам вопрос по-другому: чем отличается оригинал от обычного человека?

– Начну с клонов, – стал отвечать Гамадрил. – Их отличить легко: взгляд напряжённо-вычисляющий и направлен внутрь себя, как будто они перемножают нули; походка механистичная; им трудно усидеть на месте, при этом отсутствует целенаправленность; все клоны эмоционально одинаково холодны – как мужчины, так и женщины. У обычных людей – взгляд всегда испуганный или вызывающий; настроение быстро меняется от безнадёжно-тоскливого до злобно-бешеного; походка нетвёрдая, осанка – чем старше, тем всё более сутулая; все обычные люди склонны к конфликтам – как мужчины, так и женщины.

– Про обычных я и сам всё знаю, – перебил его Иммунитетов, – а вот что с оригиналами?

– Оригиналы имеют морду лица весёлую, ни тени тоски; настроение обычно устойчиво спокойное; походка твёрдая; спина прямая; в общении они благожелательны. Притом каждый оригинал уникален по-своему. Он может обладать ясновидением, читать мысли и ещё делать что угодно. Но главное – оригинал имеет своё особое мировоззрение… А вот как вы собираетесь выявлять местного крота? – неожиданно спросил Гамадрил.

– Попробуем аналитическим путём, – сказал Иммунитетов, – а если не получится, то ужесточим режим и наблюдение за сотрудниками, возможно, даже используем технические средства. А вот по поводу мировоззрения ты прав – тут нужны проективные методики и, возможно, хороший психолог, который сможет проводить неторопливые, обстоятельные и доверительные беседы. Конечно, на всё это потребуется время, поэтому продумайте всё до мелочей и максимально соблюдайте осторожность. При этом желательно получить результаты как можно быстрее! – подвёл итог Иммунитетов.

 

В минуты откровенности академик Скопус рассказывал приближённым:

– Когда мы готовили солдат для Коломойского, я на всякий случай оставил себе для охраны роту. Это копии, сделанные не с человека-оригинала, а с клонов, притом клонов вторых, третьих, а иногда даже четвёртых поколений. Это так называемые «неполные», то есть неполноценные, но зато полностью управляемые клоны. Эти клоны нигде не учтены. Я называю их «Вечная сотня». В случае ги-бели одного автоматически создаётся его новый клон. Предусмот-рели мы также для них и фрагмент штатного расписания, поэтому всё происходит сугубо на договорной основе. Клон подписывает договор не только по охранной деятельности, но и для участия в военных действиях в интересах Проекта. За всё остальное отвечает Проект. При этом клону предоставляется полный социальный пакет, в который входят: квартира, служебный автомобиль, медицинское и санаторно-курортное обслуживание, беспроцентное кредитование, конечно, в разумных пределах, и даже сексуальное обслуживание, то есть всё включено. Зарплата клонов не ниже средней по промышленности.

 

– Доложите, что у нас с оснащением боевых групп? – Иммунитетов был собран и жёстко нацелен на выполнение задач, поставленных академиком.

– Всё идёт по плану, – неторопливо стал докладывать Гамадрил. – Из экзотики имеется аппаратура ночного видения, прибор для чтения мыслей на расстоянии, оборудование, дающее возможность смотреть сквозь препятствия, которому стена толщиной в два метра не помеха. Конечно, майнд-машины для стимулирования у солдат боевого духа перед атакой и для реабилитации после боя. Остальное – традиционный набор.

– Меня больше всего интересуют их глаза и уши. Помню, лет пять назад у нас были видеосистемы с вакуумными фотоэлектронными приборами для усиления яркости изображения в 10 000 раз и более. Эти системы худо-бедно работали даже в условиях плохой видимости, как с этим?

– Командир, то оборудование ничего не давало в плохую погоду, особенно при тумане и в задымлённых пространствах. Теперь у нас есть система, которая короткими лазерными импульсами подсвечивает объект наблюдения. Длительность этих импульсов значительно меньше времени распространения света до объекта и обратно. Вы, наверное, в курсе, что луч лазера определённой частоты легко пробивает и туман, и дым? Отражённое от объекта излучение регистрируется приёмным оптическим каналом на базе электронно-оптического преобразователя четвёртого поколения, затвор которого открывается в такт с посылкой лазерного импульса на строго определённое время. Таким образом, в пространстве меж-ду системой и наблюдаемым объектом воспринимается излучение, отражённое именно от объекта, а не от частиц тумана, дыма, дождя или снега. Это метод стробирования по дальности.

– Ладно, ладно, завёлся. Не грузи меня техническими подробностями. Знаю, что ты спец в этом деле.

– Путём настройки временной задержки можно просматривать пространство послойно. Важно также, что изображение объекта появляется только при определённой величине задержки включения приёмной системы, по этой величине можно довольно точно вычислять и расстояние до объекта.

– Хорошо, тогда организовывай по-быстрому интенсивное обучение, чтобы бойцы ощущали экипировку, как продолжение своих рук и ног. Каждый должен освоить оснащение в полном объёме. Через пару дней доложишь об исполнении.

– Однако мало времени на обучение – надо хотя бы месяц! Спецназовскую подготовку имеет только один из десяти бойцов! – возмутился Гамадрил.

– Хорош базарить! Делай, что говорю! – заключил Иммунитетов.

 

В этом уютном ресторане они встречались много лет. Особенно когда возникал важный вопрос, и надо было обсудить его наедине. Виктор Васильевич, полковник в отставке, старший товарищ из прошлого, позывной «Мастер», ныне был наставником Гамадрила, а до этого его командиром в Афганистане, затем в Чечне. Вместе они пережили и несколько кратковременных командировок в другие горячие точки.

Изучив меню, они сделали заказ, и официант подчёркнуто уважительно разлил в их рюмки дорогой коньяк.

– Ну что, как служба? – добродушно поинтересовался Мастер.

– Да все путём, – отозвался Гамадрил.

– Ну, будем! – поднял первый тост старший товарищ.

– Так может, всё-таки пойдёшь к нам  инструктором? – спросил Гамадрил.

– Думаю, по возрасту не пройду, поэтому даже пытаться не буду.

– Ну да, люди нашей профессии столько не живут, – согласился Гамадрил.

И они выпили ещё.

– А что у тебя за вопрос? – спросил Мастер.

– Я вот хочу клонироваться, и коллекция сканов уже есть, хоть и сокращённая, но мне много и не надо. Осталось оплатить процедуру выращивания клона, и тогда он будет вместо меня руководить операциями. А я буду руководить им из офиса. И, если честно, для этого мне нужны деньги. Хотя мне и обещали большую скидку, но всё равно придётся платить. И я хочу попросить у тебя в долг.

– А ведь раньше ты хитрованством не отличался. Что время делает с людьми! – задумчиво проговорил Мастер.

– Ну что, дашь или нет? – напирал Гамадрил.

– А зачем тебе всё это?

– А ты разве не в курсе, что при изготовлении клона оригинал не только оздоравливается, но у него проявляются ещё и сверхспособности, которые мне явно не помешают. К тому же, рисковать вместо меня будет мой клон. Кстати, могу посодействовать, если ты сам надумаешь клонироваться.

– А ты не боишься, попасть под эвтаназию как оригинал?

– Да кто же на это пойдёт? Я ведь их сотрудник! – почти искренне удивился Гамадрил.

Виктор Васильевич задумался…

– Ну ладно, найду я тебе деньги! – сказал он.

 

Доклад Гамадрила Иммунитетову был немногословен, однако заставил руководителя собраться:

– Наши источники в спецслужбах сообщают, что оригиналы группируются на конспиративной квартире в центре города. Известен её адрес. И мы в любой момент готовы атаковать.

– И сколько их там?

– По имеющимся данным, шесть-семь человек.

– Наверное, там все главные фигуранты собрались… Ну что ж, будем брать кукушат тёпленькими, – потирая руки, сказал Иммунитетов.

– Что надо делать?

– Возьми несколько человек понадёжнее, и под благовидным предлогом посетите квартиру, а затем уничтожьте всех без исключения – никто не должен уйти!

 

Господин Кукушонок

Есть всё же Разум во вселенной,

раз не выходит на контакт

 

Шериф вздрогнул, услышав в собственной голове неизвестный голос, который произнёс:

– Приношу свои извинения за вторжение в Ваше индивидуальное информационное пространство. Я знаю, что Вас зовут Шериф. А меня зовите «господин Ку», впрочем, точнее будет «господин Кукушонок». Прошу Вас уделить мне несколько минут.

– Ладно, – ошарашенно согласился Шериф.

– Я из ближайшего окружения академика Скопуса. Из соображений конспирации я буду общаться с Вами вербально, а не образами, поскольку образы могут раскрыть мою рабочую обстановку и увеличить вероятность расшифровки. Тем более, что по моим данным, в вашем коллективе действует засланный казачок.

– Кто это?

– Пока не знаю. Вернёмся к обсуждению способа связи: соглас-ны ли Вы коммуницировать без подключения образов?

– Согласен.

– Господин Шериф, я имею для Вас чрезвычайно важную для понимания сути проекта «Вечность» информацию.

– Внимательно слушаю, – Шериф почти оправился от изумления.

– Проект «Вечность» не несёт какой-либо позитивной для человечества идеи. У Проекта не только нет цели продлевать жизнь людям, оздоравливая их и делая их жизнь вечной, но на самом деле всё – с точностью до наоборот. Истинное предназначение Проекта – осуществить подмену людей на планете клонами, то есть роботами, притом во всех странах без исключения, начиная с России. И сделать это в сжатые сроки – в пределах десятилетия. Негуманоды об этом мечтали всё своё существование и теперь планируют реализовать свои мечты руками людей, да ещё и обогатиться на этом.

– Да, подобная информация заслуживает особого внимания, благодарю Вас. Надо поразмышлять, чтобы выстроить необходимые стратегию и тактику. Но у меня к Вам вопрос: почему Вы доверились мне, ведь мы даже не знакомы?

– Считайте, что я ориентируюсь на интуицию. В дальнейшем для Вас будут появляться интересные новости.

– А можно ли нам увидеться? Ведь это намного облегчит взаимопонимание.

– Но Вы же сами сейчас подумали, что личная встреча опера с состоящим у него на связи источником всегда является наиболее опасной с точки зрения безопасности источника. Не так ли?

– Вы правы.

– Тогда не будем рисковать. Предлагаю и в дальнейшем коммуницировать телепатически, пользуясь имеющейся у нас счастливой возможностью.

– Согласен. Но поскольку речь идёт о конспиративном сотрудничестве, хотел бы хотя бы кратко проинструктировать Вас по технике безопасности такого взаимодействия.

– Шериф, Вы просто настройтесь на безопасность, и всё будет решено.

– Идёт, – сказал Шериф.

 

На квартире Мигеля ждала приятная новость, которую с довольным видом принёс бывший шериф:

– В окружении Скопуса у нас появился чрезвычайно полезный источник, и он сам вышел на меня.

– При каких обстоятельствах? Не подстава ли это?

– Он связался со мной телепатически, а это хороший признак. Правда…

– Что «правда»?

– Меня смущает, что источник уж слишком напирает на технократическую терминологию – «коммуницировать», «подключить» и так далее.

– Это сленг, характерный для молодёжи, а по голосу ты определил его возраст?

– Думаю, от 20 до 30 лет. Я провёл с ним инструктаж по способам конспиративной связи и правилам поведения шпиона. Субъект оказался смышлёный и сразу выбрал себе оперативный псевдоним «господин Ку», который полностью звучит как «господин Кукушонок».

– Странный псевдоним. «Ку» – ведь это, кажется, из фильма «Кин-дза-дза»?

– Источник говорит, что это – сокращение от «ку-ку». Оригинально и, главное, коротко. Ему так нравится.

– И что он тебе сообщил?

– Говорит, что проект «Вечность» – это только предлог для того, чтобы выдавить людей с Земли и заменить их негуманоидами, таким образом реализовав мечту негуманоидов об обретении физического тела и окончательном закреплении их в физической реальности.

– А почему он обратился к тебе?

– Он знает про нас и говорит, что только мы можем нейтрализовать весь этот Проект вместе со Скопусом. А ещё источник намекнул, что в наших рядах есть засланный казачок.

Мигель не удивился.

– Я даже предполагаю, о ком идёт речь. Но пока не будем пороть горячку, а понаблюдаем. И максимум предосторожностей.

 

Штурм

Сержант почти поймал бандита,

но тот по званью выше был

 

Боевики Скопуса выбрали для штурма «кукушки» полночь, как самое подходящее время. Они рассчитывали на фактор внезапности, на новейшее вооружение, конечно, на превосходство в профессиональной подготовке и чуть-чуть на численное преимущество. Подъехав к дому, боевики не смогли отказать себе в удовольствии проверить в деле аппаратуру, с помощью которой просмотрели сквозь стены все помещения квартиры и удостоверились, что её обитатели крепко спят. Оценили даже сны своих будущих жертв, но не увидели ничего выдающегося, что отличало бы оригиналов от обычных людей. Жаль, прибор для чтения мыслей на расстоянии так и не понадобился.

Входную дверь легко вскрыли с помощью старого доброго комплекта отмычек – техническая магия называется… И торжественно вошли, солидно освещая дорогу мощными фонариками. Дверь приветственно заскрипела, но вдруг… в холле с огромной силой взорвалась выключенная лампочка, заставив нападающих вздрогнуть.

Досадуя на смазанность фактора внезапности, гопники рассредоточились и, рассчитывая теперь исключительно на театральный эффект, прямым ударом ноги попытались резко открыть двери сразу всех комнат и даже кухни. Двери не стали дожидаться такого беспардонного обращения и открылись сами, а нападающие, не встретив ожидаемого сопротивления с их стороны, рухнули в дверные проемы, как будто кто-то «ласково» толкнул их сзади. Курки пришлось нащупывать заново, фонари судорожно метнулись по стенам, высвечивая направленные на гопников стволы, слава Богу, всего лишь пистолетов. Но пистолеты так и не выстрелили. Вломившемуся на кухню не повезло: как будто поджидавшие его на столе нож и вилка дружно покинули место своей постоянной дислокации и с разных сторон безжалостно вонзились ему в горло. В этот момент в гостиной победно ударили часы с боем. Минус один.

Упавшему в северную спальню на горло грациозно навился брючный ремень одного из обитателей квартиры и, резко затянувшись, отправил своего подопечного в мир иной – тот даже не успел выстрелить, хотя и пытался. И снова бодро ударили часы. Минус два.

Вломившемуся в восточную спальню прямо в лицо вспыхнул луч сверхмощного дачного фонаря, лишив парня зрения как ми-нимум на последующие сутки. Часы собрались уже снова ударить, но что-то в них щёлкнуло, и звук получился недостаточно звонкий. Минус два… с половиной. Пафос нападавших стал сменяться ужасом.

В гостиной, где неосмотрительно сконцентрировались боевики, медленно отодвинулось стекло серванта, за которым зашеве-лился комплект столовых ножей.

– Ложись! – заорал Гамадрил. Кто услышал – лёг, однако ножи, вальяжно вылетая из серванта, с хрустом вонзались в мягкие и податливые ткани гопников, не защищённые бронежилетом. Часы ударили сразу пять раз – всего минус семь, с половиной, в том числе и командир.

– Уходим! – тонким голосом вскричал заместитель командира. К отходу оказалась готова только треть «армии». Впрочем, как раз достаточно, чтобы вынести раненых и убитых.

С антресолей, не разобравшись, что нападающие уже охвачены праведным желанием уйти, упал запас продовольствия в виде объёмистого мешка с гречкой и попал точно на макушку любителя читать чужие мысли. Шею хоть и не сломал, но сознания на время лишил…

Оставшиеся в живых боевики покинули квартиру тем же путём, что и пришли.

Тяжёлая дверь подъезда чудесным образом медленно открылась, как бы любезно пропуская отступающих, но затем резко и унизительно ударила их сзади. Вывалившись из подъезда, остатки разгромленной «армии» с ужасом наблюдали, как с балкона прямо на капот их нового автомобиля по сложнейшей траектории спланировала тридцатидвухкилограммовая гиря, приготовленная ведущим здоровый образ жизни обитателем квартиры для утренней гимнастики. Каким образом оная гиря протиснулась сквозь прутья кованой ограды балкона, очутилось загадкой.

– Всё по фэн-шую, – сказал вышедший на балкон Мигель.

– Выпороть бы их всех, – оптимистично поддержал товарища Петруччо. Печальным взглядом он провожал разбегающихся боевиков, не поместившихся в отъезжающий второй автомобиль руководящего состава. Ему не потребовалось даже напрягать своё высшее зрение, чтобы заметить многочисленные травмы, полученные злодеями.

– Кто это их так? – поинтересовался Петруччо.

– Да в основном столовые приборы постарались.

– А это гиря Гарри так отделала их автомобиль? – спросил Петруччо, показывая на помятый автомобиль злоумышленников, разочарованно застывший у подъезда.

Немного посовещавшись, друзья решили заняться брошенным на поле боя имуществом злодеев утром, поскольку утро всегда мудрее.

Утром, как всегда, на балкон в одних трусах вышел Гарри. Сначала Мигель и Петруччо с интересом прислушивались к происходящему на балконе. Гарри громко сопел, разминаясь, но потом вдруг всё затихло.

– Ищет гирю, – полушёпотом предположил Мигель.

– Где моя гиря? – завопил Гарри. Он громко переставлял имущество с места на место, надеясь на чудо… Снова всё стихло.

– Увидел гирю, – догадался Петруччо.

В проёме балконной двери появился Гарри. На его обнажённом, играющем мышцами торсе и лице был написан большой вопрос:

– А почему…?

– Мы тут повоевали, пока ты спал, – аннотировал произошедшее Мигель. – Но твоя гиря цела, и, кстати, именно она взяла на себя важную функцию нейтрализации орудия преступления – автомобиля злодеев. Пойдём, посмотрим.

 

– Так, что мы тут унаследовали? – сказал Мигель, с трудом открывая перекошенную дверцу пострадавшего лимузина.

Гарри уже тянул из капота родную гирю. В салоне победители обнаружили комплект специальной шпионской аппаратуры.

– Это по твоей части, – сказал Мигель, обращаясь к экс-шерифу.

– Что ж, давайте посмотрим… Со времени моей заброски на территорию главного противника многое изменилось, но не подходы… – с готовностью отозвался тот.

Через некоторое время оригиналы входили в свою героическую квартиру, уважительно приветствуя домового и остальных духов и на всякий случай тщательно раскланялись с домашней утварью.

Уже к обеду, благодаря сохранившимся навыкам Шерифа по обращению со шпионской аппаратурой, а также отменной сообразиловке Хэнка плюс общему методу «научного тыка», оригиналы разобрались практически во всём. Им удалось даже увидеть записи собственных снов.

– Однако, как всё-таки техника шагнула вперёд! – выразил своё восхищение экс-шериф.

– С таким оснащением они вдвойне опасны, – подтвердил диагноз Мигель.

– Что будем делать? – перевёл в практическую плоскость философские рассуждения Хэнк.

– Надо найти сканы боевиков, которые наверняка сделаны, а затем изготовить их клоны, – предложил Мигель. Хэнк всегда действовал на него мобилизующе.

 

– Источник сообщает, что Иммунитетов, «гестапо» Проекта, в бешенстве, и планирует новый штурм квартиры, – доложил Шериф.

– А что же твой источник не предупредил нас о первом штурме?

– Он не знал о нём.

– А как он сейчас узнал о новом штурме?

– Случайно услышал, как Иммунитетов давал поручения Гамадрилу, который возглавляет их самый боеспособный отряд. И ещё источник сообщил, что решается вопрос о дополнительном техническом оснащении боевиков.

– Какое конкретно техническое оснащение? – допытывался пилот.

– Речь идёт о якобы уже встроенном техническом оснащении, то есть Иммунитетов подыскивает боевиков, уже обладающих необходимыми навыками, чтобы с них делать клонов.

 

 

Пропажа «кукушки»

Шаман за скверную погоду

недавно в бубен получил

 

Мигель привычно расширил восприятие, охватив им квартиру, район, округ и город, и вдруг явственно ощутил беспорядочное движение чужого внимания, которое как будто что-то искало. «А вот и экстрасенсы!» – подумал он. После штурма «кукушки» было понятно, что их подключение Скопусом неизбежно. И вот, наконец, экстрасенсы появились. Мигель понял, что они пытаются идентифицировать квартиру, и решил им помешать, расширив зону их поиска до масштабов района.

Для этого он начал активно накачивать энергию в созданную им сферу и подтягивать к ней внимание экстрасенсов, которых оказалось четверо. Не понимая, что происходит, экстрасенсы засуетились, мешая друг другу, а Мигель слышал их переговоры:

– Впечатление такое, будто «кукушками» стали все квартиры района.

– А я никак не могу сосредоточиться, словно кто-то растаскивает моё внимание.

– И у меня такое же ощущение.

– Либо за нами наблюдает какой-то мощный экстрасенс, либо…

– Либо магия места окружила весь район, – закончил за него третий партнёр.

– Ладно, завершаем… Что доложим заказчику?

– Доложим, что помешали чудовищные помехи… Если у Скопуса есть средства, то мы можем повторить попытку, но цену удвоим, потому что уж слишком большие энергозатраты.

 

Часа через три экстрасенсы совсем утомились и прекратили поиски. Мигель тоже уже чувствовал усталость.

 

Господин Иммунитетов вызвал для доклада Гамадрила:

– Почему не докладываешь о работе по «кукушке»? Зачистку провели?

– Докладывать нечего, – насупился командир боевиков.

– Как нечего? Всех приголубили? Или кто-нибудь ушёл?

– Была не просто зачистка, а настоящий штурм, причём неудачный.

– Возьмите ещё людей и действуйте пожёстче!

– Мы уже несколько раз направляли туда группы, но они возвращаются ни с чем. К тому же, мы больше не можем найти эту квартиру. Она исчезла! Не нашли даже дом.

– Как исчезла? Ведь номер-то дома вам известен? – с угрозой допрашивал Иммунитетов. – Как же это может быть? А что показывают приборы?

– В том-то и дело, что и приборы ничего больше не показывают.

– Только не говори мне про мистику… или магию… – и Иммунитетов осёкся – ему уже докладывали, что оригиналы применяют боевую магию. – Ладно, берите за хобот местный ДЕЗ и проведите опрос населения.

– Да всё уже делали. В ДЕЗе недоумевают, и население ничего объяснить не может.

– Установи пост в ДЕЗе и проследи за людьми из искомого дома!

– И это делали, – устало подтвердил командир, – взяли бабульку, потом дедка, проводили до дома… но они исчезают, то есть неизвестно куда деваются…

– И вы успокоились?

– Да нет… Взяли прямо из очереди несколько человек, зашли в квартал… Тот же результат!

– Что значит «тот же»?

– Люди мычат, разводят руками, но не могут найти свой дом.

– И чем же сердце успокоилось?

– Мы всех отпустили в полночь. Публика разбрелась в разные стороны. По имеющимся данным, некоторые искали собственное жильё до утра.

– Так за что же мы платим огромные деньги моей бывшей конторе? Она ведь должна отслеживать все передвижения оригиналов! Подожди, подожди… Это же конспиративная квартира ФСБ. Мы знаем про неё всё – месторасположение, размер, этаж и так далее. На всякий случай выясни ещё раз через помощника Директора ФСБ её точный адрес. Это ведь просто!

– Уже пытались… Однако никакой информации пока нет. Документация словно растворилась, а руководство и рядовые сотрудники ничего не помнят.

– Они должны помнить о своей «кукушке», как «Отче наш»! Что это за неуловимая «кукушка»?! Проверьте по массивам, и не только оперативной, но и сигнальной информации… Где-то должны остаться следы…

– Продолжаем работать, – уныло согласился Гамадрил.

– И никому пока ни слова – нельзя, чтобы Скопус узнал, а то всех нас размажет… Иди!

 

Валентина поинтересовалась у Иммунитетова о результатах штурма «кукушки». Тот смущённо начал ей рассказывать.

– Сначала всё шло по плану: выявили «кукушку», вели за ней наблюдение в течение недели, во время штурма убедились, что все фигуранты на месте и находятся в сонном состоянии. Затем проникли в квартиру… И тут началось… Наших ослепили, летали ножи и вилки, падали антресоли, один боец был уничтожен профессионально с помощью удавки. Когда создалась угроза полного уничтожения группы, то нам пришлось отступить.

– Значит, снаряжения для штурма оказалось недостаточно или же оригиналы могут эффективно использовать любые средства для своей обороны, а может, у них имеются такие же приборы и оборудование, как у нас? Но тогда возникает вопрос: откуда у них такое же оборудование? Кстати, а где сейчас спецоборудование штурмовой группы?

– Всё наше спецоборудование оригиналы вывели из строя, и мы его списали как негодное и уничтожили по описи, – соврал Иммунитетов. Он не мог никому рассказать, что боевики, беспорядочно отступая, всё оставили на поле боя. Это бы означало конец его головокружительной карьеры в Проекте.

– Так… Времени у нас мало… Надо форсированно создавать из подходящих клонов группы боевых киборгов. Их оригиналы должны быть из спецназа или подобных структур. Вживим им наноприборы, и вперёд! Необходимые технические заделы, как вам известно, у нас имеются. Действуйте! – приказала Валентина.

 

 

Ваша новая редакция

Когда на планы денег нету,

они становятся мечтой

 

На огромных уличных телеэкранах один за другим появлялись символы нарождающейся клонократии. Возле экранов собирались толпы людей. Диктор увлеченно комментировал: «Для общества в целом и каждого гражданина в отдельности открывается широкое поле совершенствования. Вы получите всё, что хотите, и даже возможность самостоятельно конструировать себя. Всё зависит только от вашего предпочтения как потребителя».

На экране появилась роскошная блондинка. В соблазнительной позе она любовно расчесывала свои длинные волосы, время от времени кокетливо и призывно бросая взгляды на толпу. «Молодая женщина хочет остаться вечно молодой и обольстительной, – вещал диктор. – Может быть, даже стать более привлекательной для противоположного пола. Дорогие дамы! Идите на пункты клонирования и сообщите там о своих мечтах! И вы получите всё, что хотите! А в качестве приятного бонуса усовершенствуют ваше тело. И это будет стоить для вас сущие гроши!» Блондинка на экране не торопясь встала и прошлась по будуару.

«Мужчины не смогут оторвать от вас взглядов! И цвет волос не имеет никакого значения!» Блондинка на экране медленно превратилась в брюнетку.

«Вы хотите быть более кудрявой? Пожалуйста!» – барышня на экране стала напоминать молодого барашка.

«Одновременно при выращивании клона вам могут подправить вашу ментальную сферу, и тогда никто не сможет обвинить вас в недостатке ума.

Если же вас что-нибудь не устроит в получившемся клоне, через стандартную судебную процедуру вы легко заставите пункт клонирования исправить допущенные ошибки, и так можно поступать неограниченное количество раз. Всё это записано в вашем договоре о клонировании. Всё, сказанное мною, в равной степени относится и к дамам позднего бальзаковского возраста. До встречи на пункте клонирования!»

Барышню на экране сменил благородного вида убелённый сединами господин, сидящий в кресле и опирающийся на палочку. Его задумчивый взгляд был устремлён куда-то вперёд и вверх. «В наше сумасшедшее время все куда-то бегут, – продолжал диктор. – Молодёжь всё меньше уделяет внимания старшему поколению, не успевая даже получить от него мудрый совет и важное напутствие. В начале перестройки появилась откровенно деструктивная мода обвинять в крушении СССР старших. А некоторые представители младшего поколения даже считают, что старшие вообще ни на что не способны.

Если вы достигли солидного возраста и, возможно, даже вышли на пенсию, то мы вас быстро омолодим. И тогда вы снова сможете ходить на работу, а ваш имидж мудрого человека не только не пострадает, но и получит новые привлекательные черты. В условиях клонократии человек в возрасте получает возможность сохранить молодое тело и одновременно демонстрировать мудрость. Для этого за отдельную, вполне умеренную плату вы сможете усилить свой ген интеллекта, а заодно и ген творческих способностей. Вы будете легко успевать за техническим прогрессом, а ваш креатив будет восхищать окружающих. Таким образом, вы снова станете авторитетом не только для своих внуков, но и для молодёжи вообще!» Пожилой господин на экране вдруг энергично поднялся с кресла и куда-то направился, весело помахивая палочкой. В следующем кадре он уже открывал холодильник, напевая себе под нос шлягер, модный в далёкие шестидесятые. Энергичным глотком опорожнив рюмку, он триумфально закусил готовым бутербродом из холодильника.

Диктор за телеэкраном снова сменил тему. «Небольшой, но значимый фрагмент нашего общества составляют люди, в свободное от работы время увлекающиеся экстремальными формами проведения досуга». На телеэкране появились горы. В лучах ослепи-тельного солнца по заснеженным склонам скользили лыжники. Их виражи становились всё круче, бодро искрился вылетающий из-под лыж снег. Некоторое время толпа перед телеэкранами любовалась фокусами виртуозов фристайла. Затем появились кадры катания на роликах… Диктор радостно продолжал: «Любители горнолыжного спорта, альпинисты и разные экстремалы теперь могут вечно полу-чать свой адреналин. Для этого достаточно немного усилить ген страха в вашем клоне. Конечно, это будет стоить несколько больше, чем простое усиление интеллекта, но большинству вполне по карману». На экране последовательно появились планеристы, парашютисты, а затем и автогонщики. Казалось, с особым смаком камера наблюдает за аквалангистами и молодыми людьми, демонстрирующими чудеса сёрфинга. «Этим людям дорога каждая секунда наслаждения опасностью», – комментировал диктор.

На экране появился новый сюжет. Очкарик, напоминающий Эйнштейна в молодости, словно прилип к компьютеру. «А любителям компьютеров клонирование увеличит выносливость и понизит порог зависимости от гаджетов – и вы станете абсолютно пол-ноценными людьми. Притом все расходы за это государство берёт на себя! Вам всего лишь пару раз надо прийти в районный клонопункт – сначала для формирования коллекции сканов, и затем – для изготовления клона. После этого каждый уважающий себя нетос[2] сможет никогда не вылезать из сети, за исключением восстановления в случае смерти. Посетите пункт клонирования и назовите ключевое слово: «нетос». Дальше всё будет происходить автома-тически». Пока диктор вещал, очаровательный очкарик даже не сменил позу. На телеэкране мелкими буковками промелькнуло: «Изготовитель рекламы: фирма «Бессмертная Тина».

 

Депутат Загоруйский наблюдал за этой рекламой в своём рабочем кабинете. Название фирмы напомнило ему Одессу: «Эта мадемуазель Тина прилипла, словно банный лист к …». И Загоруйский сразу же позвонил своему давнему подельнику, простите, партнёру Скопусу:

– Вы что, обалдели? Вы хотите плодить стариков? Вам нужны новые нетосы и дауншифтеры? Вы хотите ещё больше синглтонов[3]или кидалтов[4]? Вы не насмотрелись на них в Европах? Да и интернет-зависимость народному хозяйству ничего хорошего не сулит. Зачем вы всё это рекламируете?

Загоруйский не знал, что Скопус уже всё хорошо продумал:

– Не горячись! Ты ведь знаешь, что ограниченный и тупой электорат в такие тонкости не вникает. Ему важно всё, что выглядит современно и круто. И за этим он пойдёт на пункт клонирования. И будет платить. Понял?

– Да, вроде бы, – так и не получив ответа на свой вопрос, разочарованно пробормотал политический тяжеловес.

 

Со всех рекламных плакатов на людей глядели улыбающиеся мужчина и женщина, надпись под которыми гласила: «А я – клон!» Рядом молодые люди раздавали гражданам красочные листовки с предложением клонироваться и получить бонус.

Рекламные паузы в телепередачах заполняли ролики, в ускоренном темпе изображавшие процесс изготовления клона с последующим вступлением его в права никому уже не нужного оригинала. Наибольшую популярность заслуженно завоевали два простеньких ролика – про клонов мужского и женского пола, изготовителем которых был пока ещё никому не известный «Вечный Вагин и Ко».

Первый ролик демонстрировал, как из глубины студии выез-жает чёрная капсула, из которой не торопясь выходит атлет.

– Мне 70 лет, – говорит он уверенным баритоном встречающему его врачу, – но после клонирования я снова молод, силён и востребован. Я снова пойду на свою любимую работу и заработаю миллион американских долларов. Я хочу жениться на молодой девушке, чтобы выполнять любые её желания.

– Всё это хорошо, – говорит ему врач, но хочу вас предостеречь: будьте осторожнее и не злоупотребляйте постельными упражнениями – от этого можно умереть.

– Ничего страшного! – острит здоровяк. – Умрёт – так умрёт, я снова женюсь на другой!

Врач удаляется, почтительно пятясь в поклоне. Здоровяк продолжает непринуждённо излагать своё жизненное кредо.

– Через 30 лет, когда моему клону исполнится 70, я снова клонируюсь. И всё повторится снова – это и есть настоящее Бессмертие!

Следующий ролик показывал, как из белой клоно-капсулы выпархивает зрелая, но ещё очень даже аппетитная дама. Она прихорашивается, нежно воркуя своим хорошо поставленным сопрано: «Сколько мне лет? Не будем о возрасте, впрочем, сегодня я родилась заново! И молодость вернулась ко мне! Это чудесно! У меня море планов, мне нужен настоящий мужчина! И нам будет о чём поговорить! Примерно лет через 30, когда моей кошечке-клоншечке исполнится 75, а может быть, и много раньше, я снова займусь коллекцией сканов и запишусь на клонирование! И моя жизнь будет продолжаться бесконечно! Я буду чувствовать себя вечно молодой и вечно красивой! Вечная молодость – вот чего хотят мужчины от женщин, и это именно то, что могу дать им я!»

 

Любые инициативы отдельных граждан или контакты с государственными органами неизбежно натыкались на вопрос: «А вы записались на клонирование?» Таким образом, любой официальный ответ содержал настойчивое предложение записаться на изготовление коллекции сканов или на клонирование.

На работу в вооруженные силы, спецслужбы, в полицию, ну и, конечно, в образовательные и медицинские учреждения теперь принимали только клонов, а обычных людей – лишь при наличии у них официальной справки об очереди на клонирование.

В телесериалах и полнометражных художественных фильмах место положительного героя прочно занял клон, а отрицатель-ного – гражданин, легкомысленно относящийся к клонированию, не заботящийся о собственном клонировании или сознательно его избегающий. Такой «недооригинал» медленно, но верно превращался в бомжа.

Главным положительным образом мультфильмов, заслуживающим подражания, также стал всепобеждающий клон героя. В школе учителя вели списки клонировавшихся родителей и ежедневно сверяли их, опрашивая учеников. В порядке экс-перимента спросили маленького мальчика, произвольно выбран-ного в толпе:

– Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

– Клоном, – не задумываясь, ответил малыш.

В бесчисленных аналитических программах эксперты на все лады разъясняли непонятливым гражданам достоинства Проекта, острую необходимость и даже неизбежность клонирования для уважающего себя члена общества. Смаковали правовое положение клона в России. С дотошностью обсуждали мельчайшие нюансы изготовления информационно-энергетических сканов, а также различные технологии клонирования. Исследовали преимущества клонирования перед заменой органов. Разбирали ярко выраженные положительные качества клонов, особо отмечая их исполнительность, аккуратность и законопослушность. О том, что указанные качества заменяли креативность, добросовестность и самостоятельность, скромно умалчивали. Непременно подчёркивалась небывалая честность и профессиональная компетентность не только сотрудников Проекта, но и их клонофирм. Почётное мес-то в рассуждениях экспертов занимали перепевы высказываний главного академика страны Скопуса, пресс-дивы Лисовской и известного профессора Путаника. Эксперты не забывали также отмечать, что на Западе все люди уже давно клонировались, только мы отстаём…

 

У здания мэрии требовательно и восторженно бушевала толпа граждан. Средний возраст людей этой толпы значительно превышал возраст выхода на пенсию. Люди глазели на социальную рекламу процедуры клонирования. Их становилось всё больше, и толпа в целом росла, как на дрожжах. Этих людей больше не смущало пугавшее недавно слово «клон». Они уже свято верили в новое «издание» самих себя! Причём улучшенное «издание»! Их привлекала возможность повторения своей жизни, и каждый раз –в улучшенном варианте. Измученные постоянным безденежьем, всеобщей несправедливостью, нищенским существованием, а также абсолютной бессмысленностью своего бытия, эти люди пришли сюда, чтобы потребовать от власти спасения, которое они уже узрели в своём вечном существовании.

В хоре граждан как бы сам собой появился некий ритм. И этот ритм задавали слова «Вечность», «Бессмертие», «Клон».

Энтузиасты на площади соорудили импровизированную трибуну. Кто-то раздобыл колонки и микрофон. Ораторы довольно быстро сменяли друг друга. В их пламенных речах поначалу слышались жалобы на расцветшие пышным цветом бюрократизм, коррупцию, галопирующий рост цен, неразумный экономический курс, но затем всё отчетливее зазвучало желание вечной жизни.

Толпа время от времени скандировала:

– Мы хотим жить вечно!

– Ринц, дай нам вечность!

– Не мешайте Ринцу!

– Бессмертию – да! Эвтаназии – да!

Люди, даже не прислушиваясь друг к другу, формировали единый организм толпы, который хотел отныне жить по своим законам. Воздух уже был наэлектризован сильнее, чем на танцплощадке второсортного ночного клуба. Собравшиеся находились в чудовищно плотном электромагнитном поле, которое как бы само определяло, куда им смотреть, к чему прислушиваться, о чём кричать и чего требовать, а также что делать и о чём думать. Это поле заставило всех расступиться и пропустить к трибуне худосочного старичка в старомодном сюртуке. Этим старичком, который двигался, дёргаясь, словно на шарнирах, и выглядел несколько потрёпанно, был известный профессор Генри Глебович Путаник. Именно он с некоторых пор отвечал в Проекте за «пиар». Профессор отобрал у предыдущего оратора микрофон и весомо сказал:

– У нас всех появилась роскошная и необозримая перспектива. Гарантированное сохранение генотипа наиболее талантливых и гениальных особей и быстрое улучшение генофонда за счёт размножения людей, наиболее приспособленных к современным условиям.

А также благоприятное решение демографической проблемы. Даже те, кто мечтает о ребёнке, но по тем или иным причинам не может его иметь, смогут создавать свои копии, слияние которых даст полноценное жизнеспособное потомство.

То же касается и качества государственного управления. Живя вечно, чиновники не смогут руководствоваться принципом: «после нас хоть потоп».

После этого профессор взялся дирижировать толпой и над площадью зазвучало:

– Бессмертию – да! Эвтаназии – да!

– Ринц, Клон, Бессмертие, Вечность!..

Некоторое время всё шло по плану, но вдруг появились пожилые люди, которых подзадоривали провокаторы. Эти люди выкрикивали: «Мы своим многолетним трудом заслужили право на внеочередное и бесплатное клонирование!» Их тезис подхватила вся толпа, но общее настроение выразила одна бабка в тёмно-серой шерстяной шали, закрывавшей её с головы до пят. Бабка отодвинула успевшего поднадоесть публике Путаника и весело сказала свою речь:

– Нам нужна социальная справедливость! Справедливость в новом понимании! Побыл олигархом – подвинься! В новой жизни уступи место клонам рабочего, крестьянина, нищего или даже бомжа!

Побыл начальником – пусть твой клон поработает на вторых ролях у своих бывших подчинённых!

Побыл красавцем или иконой стиля – уступи место уроду, а сам побудь бесталанным лицом с заурядной, ничем не примечательной внешностью!

Побыл национальным лидером – отойди в сторонку, дай побыть таковым хотя бы один срок другому достойному гражданину! Каждый достоин побыть национальным лидером хотя бы в виде клона энной степени! – эта бабка-то ещё помнила про энную степень – вот истинная толерантность и политкорректность!

Толпа в своих одобрительных выкриках уже подходила к опасной черте.

Упитанный мужчина, видимо, служивший дворником до выхода на пенсию, захмелев от ощущения свободы, осмелел и заорал:

– Побыл Президентом – удались, уступи место дворнику! Поставь на свое тёплое место настрадавшегося товарища из Сирии!

Как потом выяснили дотошные эксперты и аналитики, в евро-пах этот немудрёный тезис шёл «на ура», однако в России таковое было недопустимо. По знаку Путаника к упитанному мужчине подошли двое в дресс-кодах от могущественной спецслужбы и тихо, но внушительно произнесли:

– Вы, батенька, зарапортовались!

И, не предъявляя служебных удостоверений, вежливо убедили мужчину, что наш лидер у нас один, и всем известно, Кто, и не надо путать народ. Упитанный мужчина, не имея достаточно убедительных аргументов в пользу своей позиции, согласился. Люди в дресс-кодах ещё раз его строго предупредили и незаметно отошли в сторону.

А в это время в разных направлениях уже сновали какие-то бешеные старушки, а банды перевозбудившихся стариков со старомодной арматурой в руках начали штурмовать мэрию. Стало ясно, что тёплая встреча у мэрии добром не кончится.

 

У пунктов клонирования появились огромные очереди, люди дежурили по ночам, номер очереди отмечали на ладони.

Популярные теле- и радиоканалы не справлялись со шквалом звонков, кратких сообщений, электронных писем и высказываний на сетевых ресурсах. Люди обращались с вопросами и просьбами записаться в очередь на формирование коллекции сканов и последующее клонирование. Некоторые даже требовали немедленного клонирования. В основном это были те, кто ощутил холодный взгляд смерти или же находился перед серьёзной хирургической операцией.

Государственные и коммерческие банки наперегонки выдавали кредиты на клонирование. Появились организации микрокредитования с чудовищным процентом – до 100% в неделю. Люди занимали у них деньги для изготовления коллекции сканов, потом нескольких сканов и, наконец, одного скана. Процент их не останавливал, поскольку эти люди ставили свою подпись на договоре, даже не читая. Коллекторские конторы росли как грибы-поганки после дождя. Центробанк, как всегда, с готовностью, но безо всякой перспективы вошёл в изнурительный режим бесконечных челночных консультаций с Госдумой по поводу законности грабительских кредитований.

Академик Скопус, снова выступая по первому телевизионному каналу, пел, словно соловей:

– Проект «Вечность» реализуется в интересах всего общества и каждого отдельного его члена, а именно – в интересах каждого из нас, господа и дамы. Как вам известно, клонирование, то есть выращивание по сканам клона, предусмотрено исключительно после смерти его оригинала. И это принципиальный момент. На практике же имеют место отдельные, хоть и весьма редкие случаи клонирования пропавших без вести, находящихся в коме без надежды на выздоровление, а также имеющих заболевания, от которых современная медицина излечить не в состоянии. Из-за подобных ситуаций участились случаи сохранения оригиналов в живых после выращивания их клонов. И эти люди-оригиналы оказываются в сложном положении, поскольку у них нет работы – по законодательству их рабочее место занимает клон, нет семьи, а здоровье требует всё большего внимания. Однако оригиналы представляют чрезвычайно важный материал для успешной реализации нашего Проекта, поэтому государство не может оставить их без внимания.

В связи с этим мы договорились с Министерством внутренних дел о том, что они помогут выявлять людей-оригиналов и наблюдать за ними, а при необходимости для исследований в научных целях и доставлять их в расположение научных институтов Проекта «Вечность».

Принято также решение о создании специализированных отрядов, оснащённых новейшими техническими устройствами, которые будут оказывать помощь нашим сотрудникам. Эти отряды на коммерческой основе также будут выявлять лиц-оригиналов в целях Проекта «Вечность», в котором все мы с вами, безусловно, заинтересованы. Подобная коммерческая деятельность отрядов включена в положение, разрешающее такого рода деятельность.

– А теперь, пожалуйста, какие к нам имеются вопросы?

 

Клон как состояние души

– А ты готовить-то умеешь?

– Я вкусно режу колбасу

 

Люди любыми способами старались добиться создания своих клонов. Кто-то хотел стать здоровее, кого-то привлекали сверхспособности, а кто-то, понимая опасность технократической цивилизации, хотел просто развиваться и совершенствоваться, избавившись от своей эгоистической части.

На рынок стали выходить организации, предлагающие полулегальные схемы клонирования без эвтаназии оригинала. Вот, например, типичная реклама услуг, предоставляемых такими организациями: «Собственный клон – это высокий социальный статус!», «Заимей клона!», «Оцифруйся и живи счастливо!»

На автобусной остановке Мигель услышал беседу двух пожилых женщин.

– Можа, мужичка какого-никакого заведу себе на старости лет! – говорила одна старушка, сидя на лавочке и мечтательно глядя в небо. – Скорее всего, из энтих клонированных заведу.

– Из клонированных?! – эхом повторила подруга.

– Ну да! Говорят, теперь тока клонированные мужички и осталися!

– А как его завести-то?

– Да заяву надо подать в их проект… «Вечность»…

– А чем они лучше, клоны-то энти?

– А им поправляют всё, что не так! Здоровье, например.

Подруги помолчали.

– Может, и мне завести? Мужичка-то? – встрепенулась вторая. – Уж больно хотца мужичка сваво, хоть какого-никакого!..

– Отчего же нет? Заводи, пожалуй, и будем семьями дружить, – поддержала её первая. – Я к тебе буду водить сваво мужичка-то, а ты ко мне – сваво. Всё не так грустно. Хоть на старости лет поживём как надо!

 

В помещение фирмы-клонатора заходит олигарх средней руки и заявляет:

– Хочу клонироваться!

– А Вы уже знаете, что это такое? – интересуется администратор.

– Да! У меня уже есть один клон!

– Тогда зачем Вам новое клонирование? Оно ведь дорого стоит и требует много времени.

– Мне знакома процедура. И в прошлый раз я уже ощутил хорошие изменения в плане здоровья. Хочу оздоровиться ещё раз. Кстати, нет ли у вас такой услуги как абонементное обслуживание?

– Что Вы имеете в виду?

– Намерен проходить у вас клонирование регулярно, не реже двух раз в год, а может быть, и в месяц.

– Вы должны понимать, что такое частое клонирование будет иметь очень кратковременный эффект.

– Ну, что же делать?..

– Кроме того, это будет стоить дороже, чем первое клонирование, потому что для получения нужного эффекта потребуется много сканов и учащённый график сканирования.

– Ну и пусть будет учащённый график! Пусть будет и дороже, ведь собственное здоровье всё равно важнее всего!

– А может быть, при этом Вы хотите что-нибудь в себе улучшить?

– А что нужно улучшать-то?

– Например, что-нибудь улучшить в Вашем организме.

– Думаю, во мне нечего улучшать – пусть останусь таким, каким меня создал Бог!

– А может быть, Вы хотите каких-то побочных эффектов от клонирования? – допытывался опытный администратор.

– Конечно! Мне нужен двойник, чтобы не подыскивать себе двойника среди людей. К тому же, точно таких, как я, трудно найти. Притом они требуют непомерно высокую оплату. А чтобы было хоть какое-то сходство, нужны гримёры, парикмахеры и так далее.

– Да, однако Ваше желание клонироваться в определённом смысле содержит корыстное намерение. Следовательно, от Вашего клона можно будет ожидать некорректного поведения, вплоть до агрессии, направленной против Вас. Мы можем нейтрализовать подобный эффект, но от Вас потребуются некоторые затраты.

– Ничего, эти вопросы мы урегулируем! Думаю, за деньги вы сделаете всё необходимое.

– И ещё, Вы, надеюсь, в курсе этого нового чудовищного налога на каждого последующего клона?

– Нет, я об этом не знаю, видимо что-то пропустил… А если мы всё сделаем конспиративно?.. За отдельную плату, разумеется.

– А если конспиративно, то припишите к сумме оплаты справа, как минимум, ещё ноль. В общем, на этой конспирации Вы не очень-то сэкономите. Если только есть другие соображения…

– Не хочется, чтобы в один прекрасный момент кто-то получил доступ к моим сканам, а потом бы клон в качестве зицпредседателя организовал рейдерский захват моего предприятия.

– А вот по этому поводу Вы беспокоитесь напрасно, поскольку все операции по изготовлению клона могут производиться в Вашем присутствии. А по окончании процедур Вы получите всю коллекцию своих сканов. Можно даже за умеренную доплату уничтожить коллекцию по акту.

 

Сканирование и клонирование стали любимыми темами для обсуждения дам из высшего общества.

– А вы знаете, что Мэри её спонсор подарил полную коллекцию сканов и пять дополнительных клонирований! Это ведь целое состояние, которое стоит, как трёхкомнатная квартира в центре Москвы! Конечно же, это лучшее доказательство его любви! Клонируясь, она не только оздоровилась, но и получила свою копию, резко повысив уровень безопасности – телохранитель ведь не волшебник!

– А вы знаете, когда Ирэн клонировалась, то её муж увлёкся её клоншей и совершенно перестал обращать внимание на саму Ирэн! А когда Ирэн стала угрожать ему разводом, то муж её припугнул, сказав, что объявит своей женой клоншу, и никто не докажет обратного. А саму Ирэн просто сдаст в бордель! Это ведь ужас – собственную жену и в бордель!

– Так ей и надо, этой дуре!

– Но если клонша – точная копия жены, то, значит, и она такая же!

– Но если муж их различает, значит, совсем не такая же!

– А почему же всё-таки муж вдруг заинтересовался клоншей?

– Потому что при клонировании кто-то что-то недосмотрел, и клонше подправили фигуру, подняли задницу, убрали целлюлит, и сбросили десяток годков. Дополнительные деньги с олигарха не взяли, а клонша получилась – пальчики оближешь – уж явно лучше его жены-оригинала.

Подруги ненадолго замолчали.

– Знаете, а я в следующее клонирование увеличу себе грудь на два-три размера – это всё же лучше, чем силикон.

– А у меня плечевой пояс великоват, надо бы его ужать, а вот бёдра тощеваты – их можно увеличить.

– Смотри, не переусердствуй, а то потом замучаешься худеть!

– Да ладно, ещё раз клонируюсь!

 

Светская тусовка восприняла технологии клонирования сугубо утилитарно: хоть и недешёвое, но зато универсальное косметичес-кое средство. Это была также возможность проверить чувства своих мужчин. Общий настрой, как мир в капле воды, отразился в ещё одной беседе двух светских дам.

– Ты знаешь, у меня всё время насморк, надо бы ещё разок клонироваться, – начала разговор первая дама.

– А ты что, уже таким образом пробовала лечиться? – забеспокоилась подруга.

– Ну, конечно! Это же радикальное средство от всех болезней! Последний раз я клонировалась, когда у меня разболелась голова. У меня уже была коллекция сканов в «Бессмертной Тине». Как я тебе нравлюсь в своём новом качестве?

– Чудесно! – восхитилась подруга. – Я тоже хочу! Но меня смущает, что нужна эта сопутствующая процедура, связанная с засыпанием…

– Эвтаназия?

– Да-да, эвтаназия! Это не больно?

– Ты что! Даже приятно! Рассасываешь сладенькую таблеточку и потихонечку как бы засыпаешь. Сначала, конечно, подписываешь пару соглашений, а через неделю любуешься новой собой, как я!

Подруги задумались, что неплохо бы получить бонусы от своих возлюбленных…

 

– Послушай, а как ты справляешься со всей этой шушерой – я имею в виду множество клонов твоей жены? Их ведь уже, наверное, за десяток перевалило?!

– Ну да, уже второй десяток пошёл. А что с ним делать-то? Наверное, поднаберу из них отрядец, да и сдам всех сразу в бордель. Уж не знаю, в какой лучше – в африканский или на Ближний Восток. Там до сих пор белые женщины в цене. А что делать, ведь больше их некуда девать! Моя на каждый праздник требует себе новую клоншу!

– И охота тебе возиться?! Они, наверное, пойдут за бесценок? Ведь заведениям не нужны девки на одно лицо. Иначе клиенты будут требовать скидки, вроде: две по цене одной, а три по цене двух.

– Да ты что? Сейчас девки-клоны – последний писк! Особенно, если несколько одинаковых, а ещё и одинаково одетые. Каждая вторая – нимфоманка. Групповуха с такими – это жутко статусно! Причём сексуальное обслуживание группой одинаковых клонш – это сумасшедший эксклюзив заведений.

– А может, проще изготовить себе точную копию жены, пусть даже чуть помоложе, и говорить всем, что это, наконец, подействовали процедуры омоложения. А жену сдать в бордель. Специалисты говорят, что достоверно различить оригинал и клона с помощью технических средств невозможно, особенно если у них примерно один и тот же возраст. Да и фирма-изготовитель в случае чего подтвердит твою версию.

– Да, это классная идея!

– А хочешь, так тебе за очень умеренную плату сделают молоденькую клоншу по вкусу, например, взяв за образец какую-нибудь Мадонну или Наоми Кэмпбел, или, на худой конец, Ким Бессинджер. Практически в каждой уважающей себя подпольной фирме есть список возможных вариантов. А можно даже сделать себе клон Анжелины Джоли и воображать самого себя Бредом Питом.

– Бр-р… Анжелина Джоли не в моём вкусе!

– Хорошо, заведи себе какую-нибудь другую мадонну, какая разница!

– Экий ты затейник! Но вариант действительно интересный. Да и самое время о себе подумать! А сам-то ты завёл себе что-нибудь в этом роде?

– Конечно! А ты не знал? У меня Джулия Робертс, минус пятнадцать лет.

– И что, справляешься?

– Это она пока справляется, а я посматриваю по сторонам, исследую уже и другие варианты.

 

Ближний Восток. Роскошный бордель, называется «Гаремы, баш на баш», вполне себе семитская символика. Держит, конечно, россиянин, правда слишком курчавый, с маленькими блудливыми глазками. Заходит очередной принц-саудит со свитой.

– Чего желаете? Может быть, группешничком интересуетесь? – с этими арабами надо брать быка за рога.

– Да, несомненно, группешник! И обязательно… мне надо, как это… модное слово из России?

– Слово из России?

– Да… Вспомнил! Космонавт! Группешник с космонавтами!

– Вы, наверное, имеете в виду клонов? – совершив интеллектуальное усилие, догадался курчавый. – Групповой секс с клонами?

– Именно. Мне нужен групповой секс с клонами! И чтобы все были на одно лицо!

«И на все остальные места», – забубнил про себя курчавый. – А количество участников двое, трое? – похоже, курчавый начал отставать от жизни.

– Лучше – больше! – оптимистично отозвался принц, разоблачаясь.

– Цвет участниц?

– Белый, конечно, белый! – принц начал терять терпение.

– Максимальный состав участниц, который мы сегодня можем предоставить, девять. Это хорошее число!

– Девять – это можно, – согласился принц, – И мой обычный кабинет.

– Сделаем. Вашим сопровождающим тоже клонов?

– Клонов только моему главному евнуху, и не больше трёх. Остальным – хватит и по одной гурии. Можно чёрных или жёлтых. Цены на нефть снова падают, надо начинать экономить.

«И тут бюрократия, и тут жмоты, – продолжал мысленно бубнить курчавый. – Окружили, демоны».

 

Вездесущие репортёры, задавая вопросы историкам, выяснили, что в европейских странах в средние века вместе с принцем воспитывали его ровесника, так называемого «мальчика для битья». Ведь самого принца нельзя было бить за проступки.

Аналогичным образом олигархи, а также их челядь придумали новое применение клонам. Они стали заказывать клонов для своих детей и рассматривать их – нет, отнюдь не как детей для битья, а как пробник по жизни.

Клон ребёнка принадлежал к касте прислуги, однако содержал-ся почти на уровне ребёнка-оригинала и имел лишь одну обязан-ность – в опережающем режиме делать то, что собирался сделать его оригинал. Таким образом, ребёнок олигарха имел возможность наблюдать негативные последствия своих намерений. Тем самым олигархи рассчитывали, что пробники предостерегут их детей от недальновидных, вредных для них поступков и даже привычек – курения, злоупотребления спиртным, наркотиков и так далее. Однако реализация этой затеи на практике встретила конкретные трудности…

Появились люди, которые клонировались для того, чтобы иметь бесплатного слугу. Это были представители среднего класса, которые рассчитывали, что изготовленный нелегально клон будет практически неотличим от оригинала. Этот клон будет ходить вместо оригинала на службу и делать за него всю неприятную работу. Этот клон будет вынужден делать всё, что потребует от него оригинал, за кров и похлёбку, поскольку без официальных документов он окажется абсолютно бесправен.

В офисе подпольной фирмы терпеливо разъясняли:

– Обычно мы делаем клона несколько моложе, с учётом ошибок и негативных предрасположенностей оригинала, чтобы улучшить его судьбу по сравнению с оригиналом.

– Не надо! – отвечал заказчик. – Мне нужен точно скопированный мой клон и именно моего возраста. Мне нужно, чтобы в любой ситуации он мог действовать вместо меня и другие не могли нас различить.

 

Пошла довольно крутая волна взаимных разоблачений, обвинений и компроматов. В главных ролях выступали клоны, выращенные по дистанционно изготовленным сканам. Жертвами махинаций становились деятели искусства, актёры театра и кино, иконы стиля, магнаты СМИ и прочие.

Клоны активно фальсифицировали товары и услуги, строили финансовые пирамиды, парились в бане с проститутками, растле-вали малолетних, изображали неприкаянных геев, заказывали киллерам своих конкурентов, организовывали рейдерские захваты и даже выступали против конституционного строя – словом, делали всё, что так нравится наблюдать со стороны обывателю.

Используя клонов-двойников, конкуренты сводили старые счёты, дискредитировали друг друга, расчищали рыночные ниши, понижали рейтинги, выставяли в неприглядном свете засидевшихся во власти и даже выражали личную неприязнь. Использовали видеоролики, в которых соперники выставлялись в смешном, неприглядном виде или же оказывались в ситуациях, порочащих их и без того не слишком светлое имя. Эти видеоролики размещали не только в Интернете, но и демонстрировали по телевизионным каналам, стимулируя обсуждения в СМИ.

Народ от души веселился, узнавая в чудаках и кретинах на экране неприкасаемых властителей мира сего. Впрочем, отдельные герои в неприглядном свете и порочащих ситуациях казались народу только милее.

При этом обиженные не могли добиться наказания виновных в появлении зловредной информации о себе.

 

А Вас возьмут в будущее?

Я за тебя переживаю –

вдруг у тебя всё хорошо?

 

– Тема нашей сегодняшней встречи – проект «Вечность», – объявил ведущий популярной радиопрограммы. – У нас в студии руководитель пресс-службы проекта «Вечность» Валентина Лисов-ская. Мы пригласили также господина Загоруйского, депутата Государственной Думы, и господина Константина Георгиевича Букина, главного редактора общественно-политического журнала «Аналитик», а также господина Генри Глебовича Путаника, эксперта в области политической мифологии, социальной психологии и национальной идеологии. Здравствуйте!

– Здравствуйте, – зазвучал нестройный хор приглашённых.

– Всё, что связано с проектом «Вечность», стало темой номер один не только в новостях. Эта тема наиболее часто и широко обсуждается в разных аналитических передачах. Наши слушатели в многочисленных письмах просят осветить морально-этический аспект реализации проекта «Вечность», да и в целом проблемы вечной жизни.

 – Одним из ключевых в философии является понятие «врождённые идеи», – начал господин Путаник. – Это понятие было введено и обосновано Аристотелем как часть его этической доктрины. Врождённые идеи трактуются классиками как представления и знания, которые не могут быть приобретены, поскольку не имеют отношения к чувственному миру. Хотелось бы быть уверенным, что инструментарий и технологии Проекта позволяют сохранить в неизменном и неприкосновенном виде эти врождённые идеи в процессе клонирования. В противном случае клон будет уже совсем другим существом, следующим совсем другой философии жизни. У него будет совсем другой смысл жизни, её цели и ценности, то есть в целом – мировоззрение. Не зря же трудились и оставили благодарным потомкам свои выдающиеся разработки Платон, Парацельс, Шопенгауэр, Ницше, Зиммель, Мах и другие не менее известные философы.

– Полностью согласен со сказанным, – поддержал коллегу господин Букин. – Более того, полагаю продуктивной даже более широкую постановку вопроса: в данном контексте надо рассматривать категорию ценностей, придавая ей преимущественно био-логическое толкование, то есть выводить ценности из принципа органического самосохранения. Ведь как сказал в своё время разработавший теорию ценностей Габриель Тард: «Ценность не существует вне нас, нашей субъективной жизни, так как каждая эмоция закреплена наследственностью».

Инициативу перехватил депутат Загоруйский:

– Прежде чем переходить к массовому применению методов клонирования, считаю, что необходимо исследовать возможные результаты с позиций теории архетипа, которую создал в первой половине XX века Карл Густав Юнг. Он убедительно показал, что душа человека – не чистый лист, на котором каждый может начертать иероглифы экзотических учений, а, скорее, матрица функций высшей нервной деятельности, которые имеют высокую степень наследственной обусловленности, – Загоруйский, несомненно, был не только отличным практикующим оратором, но и хорошо образованным философом.

– Неожиданный, но вполне справедливый «женский» вопрос содержится в письме Анны Ивановны, – встрял ведущий. – Она беспокоится о том, что различные социальные общности, народности, народы и расы по-разному относятся к одним и тем же проявлениям вечной красоты. Например, в музыке китайцев и японцев отсутствуют два из семи тонов нашей музыкальной шкалы, а музыкальные построения индусов и греков несколько раз видоизменялись в соответствии с историческими переменами в расовом составе их стран – Индии и древней Эллады. Идеалы красоты в произведениях греческой пластики создавались под влиянием строения тела представителей нордической, среднеазиатской и переднеазиатской рас. То же самое наблюдается и в других сферах человеческой деятельности, даже в религиозных и философских системах и построениях, идеалах и концепциях. Будет ли сохранено это разнообразие в случае повсеместного применения предлагаемой системы продления жизни?

Валентина Лисовская начала отвечать на этот вопрос:

– Да, именно! В нашей стране живут люди, относящие себя к разным этническом группам. Они исповедуют не только различные религии, но и являются последователями самых разнообразных философских учений, а также многие имеют даже разный цвет кожи. В мире это разнообразие ещё выше. В этой связи ещё Вернадский предупреждал, что последователь какого-нибудь религиозного или философского течения не может требовать, чтобы то, что он считает несомненным и неопровержимым, признавалось бы таким же и всяким другим человеком, искренно относящимся к этим вопросам.

– Более того, – вмешался профессор Путаник, – практика показывает, что ни одна раса как субъект исторического процесса не может сохранить свою жизнеспособность, если она созерцает и оценивает бытие категориями и критериями другой расы. Если конкретная раса в силу политических, религиозных или иных причин бывает вынуждена принять мировоззрение другой расы, она неминуемо обрекает себя на уничтожение, ибо её исконные, биологически обусловленные ценности подменяются чужеродными. Диссонанс ценностей неизбежно влечёт за собой деструкцию сначала психического состояния, а затем и физического, в силу их теснейшей взаимосвязи… Извините, что прервал.

– И всё-таки, не означает ли, что применение ко всем без исключения индивидам одного и того же инструментария и технологии приведёт к тому, что формируемые клоны окажутся вдруг сделанными под «одну гребёнку», то есть, например, сторонниками какого-нибудь одного философского течения или религии? – снова вмешался ведущий. – И здесь возникает закономерный вопрос: а что же является философской и в целом научной основой для создания предлагаемого коллегами инструментария и технологий клонирования?

– Если позволите, я отмечу ещё один момент, – решил дополнить своё выступление профессор Путаник. – Сегодня евгенические идеи в большинстве своём осуждаются… Но не следует забывать, что практика политико-правового обеспечения улучшения наследственных параметров населения существовала, и весьма успешно, в разное время во многих странах, в том числе, прошу заметить, даже в СССР. Применялись более или менее жёсткие меры, препятствующие появлению на свет индивидуумов с отягощённой наследственностью. Эта практика сохраняется во многих странах и поныне. Учитывая статистику, которая указывает на то, что число лиц с тяжелейшими психическими отклонениями постоянно растёт – речь идёт о маньяках, педофилах, гомосексуалистах, экстремистах, религиозных фанатиках, наркоманах – проблема евгеники не снята с повестки дня. Поэтому человечеству рано или поздно придётся вернуться к проблеме управления собственной наследственностью.

– И в чём состоит вопрос? – занервничал ведущий.

– Вопрос заключается в следующем: располагают ли предлагаемые инструментарий и технологии возможностями для управления наследственностью, по крайней мере, для отфильтровывания наиболее серьёзных отягощений? А если нет, то не следует ли уже сейчас дополнить предлагаемый инструментарий соответствующими возможностями? Пока ещё не поздно и если ещё не поздно? Спасибо!

– Хоть вопрос сформулирован жёстко и эмоционально, но он тоже имеет право на существование, – заключил ведущий и продолжил. – Подводя итог состоявшейся дискуссии, отметим, что сегодня поставлен целый ряд важнейших вопросов моральноэтического плана. Эта ситуация, по-видимому, требует проведения более широкой дискуссии с привлечением научной общественности. Общественности должны быть предъявлены и тщательно исследованы все значимые для Проекта обстоятельства, а также доказательства того, что инструментарий и технологии сканирования и последующего клонирования в полной мере позволяют для каждого конкретного индивида воспроизводить сложившуюся у него картину мира и космологию (понимание происхождения и смысла существования Мира), метафизику и теологию (описание первопричин мироздания, а также Великих Божественных Сил, к действию которых всё и сводится), антропологию (представление о физической и психической сути человека, о его нравственном предназначении, о созданной им культуре и о смысле истории человечества).

Благодарим радиослушателей за внимание, и до следующей встречи в эфире.

 

– У Вас обнаружено редкое и трудноизлечимое заболевание, – сказал врач.

– С этим заболеванием я могу продолжать полёты? – поинтересовался пилот Гарри.

– Как Вам сказать… Пока можете, но всё будет зависеть от скорости его развития, причём прогноз не слишком утешительный.

– И что теперь делать?

– Лечиться, батенька… лечиться…

– Давайте, я готов.

– Но это лечение очень длительное и сложное… однако есть альтернатива…

– Что за альтернатива? – насторожился пилот.

– Вы ведь, как пилот высшей категории, сканированы?

– Конечно, в соответствии с приказом, – бодро ответил Гарри. Похоже, начали сбываться самые худшие опасения.

– Ну, тогда сам Бог велел этим воспользоваться!

– Чем же, чёрт возьми?! – и хотя пилот уже понял, о чём идёт речь, но выразить возмущение не помешала даже его славянская богобоязнь.

– Эвтаназией… с последующим клонированием. У нас есть официальное распоряжение осуществлять эвтаназию в подобных случаях.

– Эвтаназию?!

– Именно. Более того, установлены стимулирующие выплаты пилотам с заболеваниями, входящими в составленный перечень, и согласившимся на эвтаназию с последующим клонированием.

– Это же незаконно!

– Возможно, конечно, что не вполне законно, но у нас есть закрытое распоряжение вышестоящей инстанции, разглашение которого чревато отлучением от профессии и ещё массой более крупных неприятностей.

– Понятно… А каков размер выплат?

– Это другой разговор. Первой сотне согласившихся… и не только из числа пилотов, выплачивается по 100 тысяч долларов. Половина до процедуры, а другая – после.

– То есть первую половину получает человек, а вторую – клон?

– Напоминаю, что клон получает в своё полное распоряжение всё то, чем владел заказавший процедуру человек… Этот человек заключает соответствующий договор, и, в любом случае, если что, эти выплаты получают его ближайшие родственники. Плюс к этому клон приобретает право на лучший социальный пакет. Ну так что?

– Мне на следующей неделе в рейс, поэтому надо подумать.

– Думайте, но недолго.

 

Следующий пациент, Хэнк, оказался более покладистым. Он сразу взял быка за рога.

– Доктор, – сказал он, – у меня вскочил прыщик на плече, а до этого был жидкий стул, поэтому мне надо срочно клонироваться, но без эвтаназии теперь ведь не обойтись, верно?!

– А слишком весёлым мы подменяем одну из оцифровок сканом мартышки, – ответил в тон ему врач. – У нас сохранилось несколько со времён опытов над нашими младшими собратьями, обезьянами.

– Понял, ухожу, ухожу.

– Что же Вы нас покидаете, не пройдя эвтаназию? – удивился врач.

– Прыщик лопнул сам, а стул уже нормализовался, поэтому клонирование откладывается, – бодро отозвался пациент.

 

В кабинет врача вошла Мэри, довольно «пушистая» дама.

– Какой у Вас вес?

– Не знаю, – гордо ответила дама.

– Вот весы, вставайте сюда.

– Я не пойду на весы! – всплеск эмоций дамы заставил врача отшатнуться.

– Почему же? – удивлённо спросил врач, впервые столкнувшись с такой жёсткой реакцией.

– Я толстая! – эмоции огорчения заполнили кабинет.

– Вас готовят к серьёзной процедуре – эвтаназии, а Вы кокетничаете! Не имея Ваших данных, я не смогу правильно настроить аппаратуру, – пытался вернуть всё в привычное русло врач.

– Ну, хорошо, – неожиданно согласилась дама, проявляя высшее доверие к медицине.

– Так… Семьдесят килограмм, – врач старался держаться от дамы на безопасном расстоянии.

– У Вас весы неправильные! – объявила свой приговор дама, сходя с не оправдавших её доверия весов.

После дамы врач повесил на дверь табличку с надписью «Перерыв», которая провисела до следующего утра.

 

Радиоведущий начал программу:

– Уважаемые радиослушатели, сегодня мы продолжаем серию встреч, посвящённых проекту «Вечность». Как показывает поток ваших писем, наши передачи вызвали у вас огромный интерес. Состав экспертов в студии прежний: это господин Загоруйский, депутат Государственной Думы, господин Константин Георгиевич Букин, главный редактор общественно-политического журнала «Аналитик», а также эксперт в области политической мифологии, социальной психологии и национальной идеологии господин Генри Глебович Путаник, который подключился по скайпу. А также у нас в студии снова руководитель пресс-службы проекта «Вечность» Валентина Лисовская. Здравствуйте, Валентина, здравствуйте господа! Сегодня вам предлагается рассмотреть проблему со сторо-ны, обычно скрытой от широкой публики, тем не менее, весьма важной. Речь идёт о сложном энергетическом строении человека вообще и об энергетическом наполнении выращиваемого клона в частности. Кто начнёт?

– Позвольте мне, – проявил инициативу господин Букин. – В соответствии с существующими эзотерическими представлениями творение мира, как и формирование любого его целостного фрагмента, происходит от тонких тел к более плотным. Что касается человека, то созданием физического тела завершается инволютивный процесс творения системы и начинается её эволюция в проявленном мире. Человек – это сложнейший объект, обладающий, помимо физического тела, рядом обособленных, но тесно взаимодействующих друг с другом энергетических тел – атманического, буддхиального, каузального, ментального, астрального и эфирного. Можете ли вы воспроизводить эти тела?

– Да, мы научились выращивать все указанные тонкие тела, вплоть до атманического, – начала отвечать Валентина, – аппаратура и технологии нам это позволяют. Более того, в процессе сканирования мы не ограничиваемся только атманическим или же только физическим и эфирным телами. Мы в обязательном порядке создаём коллекцию сканов всех тонких тел человека. Я ответила на ваш вопрос? – похоже госпожа Лисовская знала о клонировании всё или почти всё.

– А не означает ли сказанное Вами, что то, ради чего человек предпринимает колоссальные усилия и достигает в реальной жизни многолетней напряжённой работой над собой, вы получаете путём простого включения нескольких тумблеров? – продолжал допытываться Букин.

– По сути, да, – миролюбиво согласилась Валентина.

– Но разница-то между оригиналом и клоном всё же есть, хотя бы потому что клон выращивается несколько недель, и поэтому не может повторить в точности свой оригинал, не так ли?

– Да, клон не будет точно повторять свой оригинал, но в большинстве случаев это и не требуется. Ведь в соответствии с изначальной постановкой вопроса, мы прибегаем к клонированию, прежде всего, в случае смерти оригинала или неотвратимой угрозы его смерти. И, конечно же, никому не интересно в новой жизни возвратиться к тому, от чего он пытался уйти путём клонирования.

– Действительно, не интересно, – согласились все присутствующие.

– Скажите, пожалуйста, Валентина, – включился депутат Загоруйский, – если же причиной клонирования стала смерть оригинала в результате катастрофы, а клон выращивается по сканам, снятым до катастрофы, не означает ли это, что и клон неминуемо должен окончить свою жизнь в результате подобной катастрофы? Или в процессе клонирования происходит некая коррекция организма, ведущая, говоря эзотерическим языком, к изменению кармы и судьбы оригинала?

– Создание клона, который снова должен погибнуть в катастрофе, сделало бы бессмысленным весь Проект. У нас, конечно, есть возможность несколько скорректировать любое энергетическое или физическое тело в процессе клонирования, однако чтобы избежать упрёков в создании совсем другого существа и одновременно упростить процесс, мы пошли по другому пути. Дело в том, что каждое более тонкое тело обладает более высокой частотой вибраций, и поэтому по сути защищает нижележащие низкочастотные тела. Небольшое усиление высокочастотного тела, говоря техническим языком, означает существенное повышение уровня безопасности низкочастотных тел. Чтобы избежать точного повторения судьбы оригинала, точнее говоря, в целях нейтрализации кармических узлов, в ходе клонирования мы лишь делаем чуть-чуть более энергонасыщенным буддхиальное тело, отвечающее за ценностные ориентиры своего носителя – откуда что берётся, – Валентина демонстрировала прекрасные оккультные знания.

В беседу включился профессор Путаник:

– А как решается вопрос об энергетическом наполнении физического тела клона? Не станет ли ограниченность энергетических ресурсов непреодолимым препятствием в реализации Проекта для получения человечеством обещанной ему вечности? К тому же, надо учитывать, что когда вы клонируете умершего от болезни человека, то клон наследует все его болезни, а это значит, что жить ему тоже остаётся недолго. Таким образом, вы рискуете перегрузить все лечебные учреждения, которые просто перестанут справляться с потоком больных клонов.

– Дефицит энергии, о котором вы беспокоитесь, не является проблемой для нашего Проекта. Партнёры, финансирующие наш Проект, несмотря на трудности, добились разрешения на применение альтернативной энергетики, которая до сих пор оставалась засекреченной.

– Вы хотите сказать, что теперь альтернативная энергетика станет доступной для всех?

– Ни в коем случае! Речь идёт о том, что гриф секретности снят исключительно только для реализации нашего Проекта. Для нас создано необходимое количество установок, работу которых обязательно сопровождают специалисты от наших партнёров, а когда мы перейдём к массовому клонированию, то будет поставлено дополнительное оборудование.

– А вы способны держать в секрете эту информацию?

– Да, поскольку Проект располагает мощной службой безопасности, благодаря которой информация, технологии и оборудование надёжно защищены институтом коммерческой тайны, то и полученная нами информация также имеет статус концептуальной коммерческой тайны Проекта.

– На наш сайт пришёл хоть и несколько ядовитый, но достаточно интересный вопрос: «Ваш Проект перешёл в практическую плоскость, и даже есть уже первый клонированный. Ответьте, пожалуйста, а этот Первый прошёл хотя бы канонический тест Тьюринга?» Что вы можете ответить на этот вопрос?

– Во-первых, поясню всем, что такое тест Тьюринга, – начала отвечать всезнающая Валентина. В 50-х годах XX столетия были созданы роботы, имитирующие общение с человеком. Тогда же был создан и этот психологический тест для оценки интеллекта роботов. Считалось, что робот тест прошёл, если в течение пяти минут обще-ния с человеком он не вызывал у того никаких неприятных ощущений. Что же касается клонов, то мы имеем все основания утверждать, что они не только общаются, но и ведут себя, как обычные люди. Вы не заметите никакой разницы после сколь угодно продолжительного общения с клонами, потому что это и есть люди, только созданы они в результате процедуры клонирования.

– На этом благодарю вас за ответы, а радиослушателей – за внимание! – торопливо объявил ведущий.

 

 

Огненный Учитель

(сеанс телепатического общения) 

Мои намеренья прекрасны –

пойдёмте, тут недалеко

 

По просьбам учеников и последователей Огненный учитель провёл сеанс телепатического общения с теми, кто был к этому готов и в той или иной форме оказался причастен к событиям, инициированным проектом «Вечность». Сделать это было непросто. Одни оказались разбросаны по всей стране, а другие не были готовы к телепатическому общению. Да и среда содержала огромное количество электромагнитных наводок, радио-смога и прочих излучений, которые значительно затрудняли свободное телепатическое общение в информационном пространстве. Многомерность в трёхмерном пространстве и одномерном времени только зарождалась, поэтому ей даже не пытались воспользоваться.

Рядом находилась Вторая половина Учителя, усилия которой были направлены на то, чтобы снабдить его достаточной энергией дня телепатической трансляции.

– Уважаемые друзья и соратники по развитию! – начал говорить Учитель. – На Земле сложилась глобальная нештатная ситуация. Человечество давно забыло опыт коллективного телепатического общения. Большинство из вас участвует в таком общении впервые, поэтому проецируемые на вас образы я буду сопровождать привычной для всех речью, что облегчит восприятие информации.

Итак, сложившаяся ситуация связана с тем, что негуманоиды, поселившиеся на планете и в наших телах, пошли ва-банк. Они снова пытаются вытеснить человечество с Земли, чтобы пользоваться ей безраздельно.

Вы хорошо меня слышите? На Камчатке не очень? Сейчас будет погромче... Так хорошо? Да... Что ж, отлично! Давайте начнём с вопросов.

– Ключевое место в процедуре клонирования занимает слово «вечность», оно же вынесено и в название широко рекламируемого Проекта. А в чём метафизический смысл этого термина «Вечность»?

– Академик Скопус обещает людям вечную жизнь, однако он не учитывает, что Бог находится вне времени, а значит, и всё, что представляется человеку ещё неосуществившимся будущим, для Бога является самой что ни на есть актуальной осуществлённостью. Настоящее становится таковым именно через вечное, в этом и есть смысл метафизического понимания вечности как времени. Неправильно говорить о существовании трёх времен, как прошлого, будущего и настоящего. Их нет! На самом деле, существуют другие три времени – это настоящее прошедшего, настоящее настоящего и настоящее будущего... Я достаточно понятно объясняю? Не слишком вас запутываю?

– Нет! Совсем нет! – хором ответили ученики.

– Ошибочным вульгаризмом является и распространённое среди верующих людей представление о том, что не попасть в будущее невозможно, и что вечная жизнь дана в безраздельное пользование всем сразу и навсегда. По закону справедливости в будущее попадут не все, при этом каждый сам создаёт своё будущее, следовательно, всё зависит от самого человека и его стремлений. И, наконец, самое главное – истинная Вечность познаётся только в слиянии с позицией Великих Божественных Сил, даже не в прикосновении, а именно в слиянии. Достаточно понятно объясняю? Если да, то давайте следующий вопрос.

– И всё-таки клоны – это люди... или что-то иное? Кто-то пренебрежительно называет клона контуром, кто-то абрисом оригинала, журналисты применяют более образные и менее понятные определения, типа «эхо», «тавтология», даже «артикуляция человека». Что за существо появляется в результате клонирования?

– Клоны – это люди, только искусственные, созданные в результате стандартной процедуры выращивания физического тела в сжатые сроки. Вы же прекрасно осведомлены об особенностях инкубаторных людей, которых выращивали много миллионов лет назад на Плутоне и Прозерпине. Так вот, здесь примерно то же самое. Разница заключается лишь в том, что у инкубаторных их энергетическая основа – личность – не имела опыта взаимодействия с энергетической сущностью настоящего человека в пределах его физического тела, а личность клона – имеет. И это очень важно в данной ситуации.

А что касается унизительной терминологии... Пренебрежи-тельно относиться к клонам не следует. Вы же знаете, к чему при-вело недостаточно уважительное отношение человечества, которое достигло гораздо более высокого уровня развития, к представителям соседней цивилизации – негуманоидам? При встрече двух циви-лизаций в войне победили негуманоиды. Причём они многократно уступали в мощи людям. А в результате человечество деградировало, чему мы с вами и являемся живыми свидетелями! У кого ещё вопрос?

– Как относиться к утверждениям участников Проекта и аналитиков о том, что они способны изменять карму и даже судьбу клона по сравнению с человеком-образцом, так называемым оригиналом? Действительно ли клоны более жизнеспособны по сравнению с оригиналами? – чувствовалось, что этот вопрос волнует всех.

– Вам известно, что личность рассматривает физическое тело человека как своё временное убежище или средство для передвижения. Академик Скопус полагает, что создаёт идеальное жилище для личности, поэтому стимулирует её к перемещению в новое, искусственно созданное тело. С одной стороны, это тело оказывается привычным – тот же пол, возраст, конституция, этническая принадлежность и другие признаки. С другой же стороны, созданное искусственное тело состоит исключительно из негуманоидных энергетических структур, и поэтому чрезвычайно привлекательно для личности. И вот тут начинается самое интересное. В реальной жизни все энергетические тела личности, в том числе и самые высокочастотные, находятся под защитой ещё более высокочастотной человеческой сущности. Учитывая, что новое тело создаётся чисто техническими средствами, включая аппаратуру для сканирования и клонирования, личность, перемещаясь в тело клона, остаётся без защиты более высокочастотных энергий сущности. В этом случае можно ожидать весьма интересные и неожиданные эффекты.

А также понятия судьбы, кармы и рока неприменимы к негуманоидам, в данном случае к клонам. Ведь судьба – это суть и смысл жизни человека, а карма сформирована из энергий неправильных поступков человека. Поэтому карма создаёт человеку условия для отработки его долга. Она формирует для него похожие ситуации, которые человек должен разрешить гармонично. А рок – это те испытания, которые человек практически неизбежно должен пройти в физическом мире. Все эти понятия неприменимы к клонам, поскольку само понятие «жизнь» существует исключительно для человека, а не для робота (негуманоида), который не живёт, а существует. Немаловажно, что указанные понятия включают в себя во многом и эмоциональный аспект, то есть эмоциональную сферу, которая практически отсутствует у негуманоидов, поскольку они ориентируются исключительно на интеллектуальный и силовой центры своего тела.

Что же касается жизнеспособности, то нет никого более жизнеспособного, чем человек, искренне открытый на восприятие Божественного.

– Как следует относиться к появляющимся у нас сверхспособностям? – этот вопрос также интересовал всех.

– Вы и сами уже знаете ответ на этот вопрос: как к подарку Великих Божественных Сил. Во многом, как к Их авансу и помощи в вашем развитии и совершенствовании. Вы уже осознаёте свою повышенную чувствительность: у многих проявилось ясновидение и некоторые возможности телекинеза. Вы уже не замерзаете без тёплой одежды даже в самый сильный мороз и способны полностью отказываться от пищи, то есть вести себя подобно так называемым солнцеедам. А некоторые уже видят сквозь стены. Многие уже умеют взаимодействовать с гравитационным полем Земли и левитировать, некоторые уже проходят сквозь стены и путешествуют в теле своего энергетического двойника. А «ветераны развития» даже познакомились с телепортацией. Это дорогого стоит! Подчёркиваю: надо оправдывать оказываемое вам высокое доверие Божественных Сил! И будьте готовы к появлению у вас новых способностей и возможностей. Кое-кто уже близок к свободному общению со стихиалями, а также к материализации различных веществ и небольших предметов.

И в заключение нашей сегодняшней встречи скажу следующее: в переломные и принципиально важные моменты мировой истории на Земле воплощаются в одном поколении многие великие люди, ранее жившие в самые разные эпохи. Образно говоря, сама Вечность даёт клич, собирая своих лучших сынов и дочерей из разных эпох, чтобы направить их в бой с задачей подчинить бурное течение времени замыслу Великих Божественных Сил. Ищите в себе то лучшее, что позволит вам участвовать в этом священном бою! Теперь это и ваша война, потому что в ней решается: быть Человечеству на Планете или не быть... Ааа-ооо-ууу-ммм!!!

 

 

Start-up

Вы мне хотели жизнь испортить?

Спасибо, справился уж сам!

 

Врачи давали последнее напутствие Первому клону перед выпиской из Медицинского центра проекта «Вечность».

– Первое время наблюдайте за собой и изучайте свой организм. Если появятся хоть малейшие сомнения в своём здоровье, сразу же дайте нам знать. Мы предусмотрели для Вас ряд процедур, направленных на предотвращение возврата болезней оригинала.

– Здесь вообще всё, что Вам понадобится с медицинской точки зрения, – и врач протянул клону большой конверт. – В том числе инструкции по образу жизни и приёму процедур.

А сейчас пройдёмте в соседний корпус, где Вас проинструк-тирует лично академик Скопус.

 

В огромном кабинете академика Первый клон несколько растерялся. Он и не предполагал, что такие кабинеты бывают.

– Заходите, Майкл, будьте как дома, – раздалось властное приветствие. – Я – академик Скопус. Присаживайтесь, – и академик указал на разлапистое кресло под пальмой.

– Вы – наше первое произведение, если можно так выразиться. А к первому произведению всегда повышенное внимание. Вам в определённом смысле повезло, – за долгие годы вращения в высших сферах Скопус научился демонстрировать дружелюбие и был почти обаятельным.

– Спасибо за внимание, – клон по достоинству оценил гостеприимство хозяина кабинета.

– Вы для нас круче, чем Гагарин – для людей, – произнёс академик с некоторой высокопарностью.

– Гагарин, насколько я помню, вышел в космос, а я – всего лишь приземлился?! – уточнил клон.

– Каковы Ваши теперешние впечатления от реальности? – прямо спросил Скопус.

– Как-то всё непривычно, – извиняющимся тоном ответил клон.

– Это пройдёт, – успокоил его академик. – А непривычно потому, что Вы теперь полноправный хозяин физического тела, без всяких посредников вроде бывшего хозяина. И Вы больше не ведомый, а субъект в полном смысле этого слова. Осваивайтесь, учитесь руководить своим телом и нарабатывайте полезные привычки. Примерно месяц Вам нужен для адаптации. Обо всех моментах с трудностями возвращения в социум сразу же сообщайте моему помощнику.

– Благодарю Вас, – клон производил впечатление вполне адекватного индивидуума.

– Не удивляйтесь тому, что первое время Вас регулярно будут посещать наши сотрудники. Если всё пойдёт нормально, то их визиты постепенно прекратятся. Вот Вам знак, который в разных случаях поможет Вам найти могущественных друзей в любой стране, – и Скопус протянул клону простенький перстень в виде анкха.

– Тронут Вашим вниманием.

– И ещё. Поскольку Вы наш рекламный ролик, то к Вам будет приковано внимание журналистов, правоохранителей и учёных, поэтому постарайтесь вести себя без негатива и эпатажа. И никаких девочек в бассейне!

Получив молчаливое согласие клона, академик продолжил:

– Считайте, что Вы постоянно находитесь на сцене, и от качества Вашего актёрского мастерства зависит ваше дальнейшее существование. Наш общий удачный старт – это успех Проекта!

– А не повредит ли половое воздержание моему растущему организму? – поинтересовался клон, обостряя беседу.

– А будете себя вести не так, как надо, то больше предупреж-дать не будем, а заменим Вас на новое произведение – сканы у нас остались, – сухо ответил академик. – К тому же, диагностика пока дала неутешительные результаты. Но ещё не вечер…

– Да... Понимаю, – потупившись, грустно сказал клон Майкл.

– Вот Ваши документы. Они принадлежали Вашему оригиналу – пилоту космического корабля. Теперь считайте себя не просто наследником или правопреемником, а самим пилотом, всего лишь проспавшим некоторое время. Вас не было в реальности три недели… Настройтесь на то, чтобы Ваша жизнь продолжалась… Вас проводят в Вашу квартиру, где Вы можете располагаться, как хозяин. Вот ключи от Вашей машины. Мы создали нормативно-правовую базу, в соответствии с которой клон наделяется всеми правами своего оригинала, ушедшего в мир иной. Кстати, Вы – владелец небольшого, но уютного коттеджа в Подмосковье, где можете отвлекаться от российской действительности, а также – хозяин виллы в Швейцарии, но это бонус…

Внимательно изучите эти документы, чтобы быстрее восста-новить память. Первое время Вас постоянно будет сопровождать наш сотрудник по адаптации, поэтому в течение первых двух недель не покидайте свою квартиру без него.

– А что если семья и родственники меня не примут или же начнут оспаривать мои права на собственность?

– С родственниками уже проведена работа, и они Вам не помеха. А вот с женой Вам придётся самостоятельно найти контакт, поскольку она до сих пор находится в состоянии стресса… А теперь до свидания! Желаю удачи! – завершил встречу Скопус.

 

Первый клон с интересом прочитал в газете заметку о том, как охотник обнаружил тяжелораненного пилота космического корабля. Пилот совершил подвиг, отведя падающий корабль от города и сохранив ценнейшие научные данные, к тому же спас космонавта-инженера. Сотрудники проекта «Вечность» доставили катапультировавшегося пилота в госпиталь.

«Зачем мне подсовывают такие статьи? Чтобы меня разжалобить? Не получится! Всё его имущество теперь на законных основаниях принадлежит мне. Даже его женщина – теперь моя жена», – злорадно подумал клон и отложил газету. Через некоторое время он снова взял в руки заметку и, пробежав её глазами, сказал себе: «На всякий случай всё же надо будет уточнить, может ли выживший оригинал требовать возврата собственности и жены? И на каких условиях?».

И ещё одна неприятная мысль поразили клона: «А ведь это был не последний человек в отряде космонавтов, а наоборот, его гордость!».

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ...



[1]Кукушка (жаргон спецслужб) – конспиративная квар-тира.       

 

[2]Нетос – зависимый от компьютера и виртуальной реальности.               

 

[3]Синглтон –предпочитающий жизнь одиночки, склонный к одноразовым отношениям.

 

[4]Кидалт – взрослый человек, сохраняющий свои деткие и юношеские увлечения.

 

Корзина

  • Товаров:0
Культурно-исторический календарь